Вокруг Байкала Туры

10 минут до испарения целого города Если вы думаете, что крушение поездов или кораблей — это просто груда искореженного металла, то история, случившаяся в канадском Галифаксе, перевернет ваше представление о масштабах катастроф. Декабрь 1917 года. В порту сталкиваются два судна. Одно из них, «Мон-Блан», было под завязку набито взрывчаткой: тротил, пикриновая кислота и бензол. Корабль загорелся. Экипаж быстро сообразил, что сейчас произойдет нечто невообразимое, и в панике сбежал на шлюпках к берегу, даже не попытавшись предупредить горожан. Корабль дрейфовал прямо к пирсам Галифакса. В это время на станции работал железнодорожный диспетчер Винс Коулман. Когда ему крикнули, что горящий корабль с тротилом вот-вот взлетит на воздух, он побежал к выходу. У него было от силы минут десять, чтобы спасти свою шкуру. Но вдруг Винс вспомнил: через пару минут на станцию должен прибыть пассажирский поезд №10 из Сент-Джона, в котором едут 300 человек. Коулман остановился. Развернулся. Сел за свой телеграфный аппарат и начал отбивать морзянкой в эфир: «Задержите поезд. Судно с боеприпасами горит и взорвется. Прощайте, парни». Он стучал это сообщение снова и снова, пока не произошел взрыв. Мощность взрыва составила 2,9 килотонны — это был самый сильный неядерный взрыв в истории человечества. Осколки якоря весом в полтонны улетели на три километра. Город Галифакс был стерт с лица земли за миллисекунду, две тысячи человек погибли на месте. От Винса Коулмана и его будки не осталось ничего. Но тот самый поезд №10 успел затормозить на безопасном расстоянии. 300 жизней были спасены благодаря стуку телеграфного ключа. Современная культура учит нас возводить в абсолют личные границы и «спасать сначала себя». Это, наверное, правильно. Но когда я читаю текст последней телеграммы Коулмана, меня пробирает дрожь. Каким куском титана нужно быть, чтобы смотреть в глаза неминуемой смерти и вместо инстинкта самосохранения выбрать спасение совершенно незнакомых людей? "6 декабря 1917 года в гавани канадского города Галифакс произошёл взрыв. Это событие считают мощнейшим взрывом доядерной эпохи, оценивая его эквивалент в 2,9 килотонн тротила."

Вомбат какает кубиками. Физики 3 года не могли понять как. Это не шутка и не интернет-байка. Вомбаты — коренастые австралийские сумчатые размером с небольшую собаку — производят фекалии идеальной кубической формы. С ровными гранями, прямыми углами, стабильным размером. Примерно 2 сантиметра на 2 сантиметра. Как угли для кальяна. Когда зоологи впервые это зафиксировали, решили что это аномалия конкретной особи. Потом выяснилось: так делают все вомбаты. Каждую ночь. По 80-100 кубиков. Но главный вопрос был не «зачем», а «как». Потому что с точки зрения физики мягких тел это не должно работать. Кишечник круглый в сечении, перистальтика выдавливает содержимое равномерно во всех направлениях — на выходе должна получаться колбаска, как у всех остальных млекопитающих. Кубики противоречат базовым законам гидродинамики. Группа физиков и биологов из Технологического института Джорджии и Университета Тасмании 3 года изучала кишечники мёртвых вомбатов, проводила компьютерное моделирование, делала замеры эластичности тканей. Результаты опубликовали в 2021 году в Soft Matter — одном из ведущих журналов по физике мягких материалов. Ответ оказался элегантным и совершенно неожиданным. В последней трети кишечника вомбата есть участки с переменной эластичностью стенок. 4 жёстких участка чередуются с 4 мягкими. Когда содержимое проходит через эту зону, жёсткие участки формируют плоские грани, а мягкие — слегка скруглённые рёбра. Кишечник работает как биологический экструдер. Теперь зачем. Вомбаты оставляют кубики на камнях, брёвнах, возвышенностях — помечают территорию. Круглые катятся вниз, их сдувает ветром. Кубики остаются на месте. Это территориальная маркировка, которая работает в условиях, где другие методы бесполезны. Что меня зацепило: природа изобрела решение инженерной задачи, которую человечество решало тысячи лет через станки и матрицы. Вомбат делает кубики из мягкого материала без единого твёрдого инструмента — только переменной эластичностью живой ткани. Мы до сих пор не можем повторить этот механизм искусственно в промышленных масштабах. Эволюция обогнала технологии. И сделала это ради того, чтобы экскременты не скатывались с камня.

Как бурятские ламы внесли свой вклад в Победу.