За чашкой кофе

- Вы кто? - Пермяков овладел собой и спросил просто. - Правильно, лейтенант, нечего гадать… Гробов Николай. Устроит такой ответ? - Не очень. Паспорт предъявите! - Что ж, пожалуй, документы у меня в порядке. Моей физиономии мало? - Человек правой рукой залез во внутренний карман пиджака и замер. - Не напрягайся, предупреждал уже… Паспорт тут, не пушка. - Что делать, привычка. - Пермяков только сейчас обратил внимание на костюм хозяина, дорогой, с отливом. В областном центре такой поискать надо было, о Горбуново и говорить было нечего. - Держи, - хозяин во избежание недоразумений достал паспорт медленно и протянул Пермякову. - Чай будешь? - Не откажусь, - лейтенант подошел к столу, где было посветлее. С потолка свисала лампочка на витом проводе, редком в наше время. - Гробов Николай Семенович, место рождения Горбуново… Значит местный? - Здесь родился, - хозяин поставил на стол два стакана в подстаканниках, сахарницу, чайные ложки. - Заварки как? - Покрепче. - Это можно, только заварил, -

- Вернулся? - Спросил машинист дрезины, когда пассажиры, доехавшие до Горбуново, разошлись по домам. - Жоркин дом решил посмотреть… Как ты советовал, - усмехнулся лейтенант Пермяков. - На экскурсию значит к нам. - Проводишь? - Провожать-то нечего, по центральной улице и третий переулок налево. Жоркин дом приметный, мимо не пройдешь. - Поговорить вроде хотели... - В другой раз, сегодня никак, извини лейтенант! - Ну, как знаешь. - Ты не обижайся, правда не могу… Участкового захвати, дядю Лешу, они тоже про этот дом знают. - Машинист свернул в первый переулок направо и тут же пропал. Нехорошо получилось, - размышлял про себя Пермяков, а что вышло не так, понять не мог. - Может и правда Путилова позвать, кто его знает, как там… Нет, к Угоднику надо одному идти, только так разговор может получиться, если вообще получится. - Непонятные догадки возникали сами по себе, размышлять смысла не было. - Чем больше думаешь, тем хуже выходит, - возникло и такое, не догадка, прилетело из другого места

Дальнейшая судьба Ирины Викторовны Волковой решилась быстро, но не просто. Начальник райотдела полиции созвонился со своим областным руководством и доложил ситуацию. Может и переборщил, но был близок к истине. Главное, на что заострял внимание начальник, заключалось в двух моментах. Подследственная, хотя и покушалась на убийcтво внештатного сотрудника полиции в Голованово, проходила по основному уголовному делу, возбужденному в соседней области. Расследование покушения было завершено. Обвиняемая признала вину, правда оставались некоторые нюансы в части тяжести содеянного. Но с этим эпизодом преступной деятельности Волковой могли разобраться и соседи, приобщив материалы. Вторым обстоятельством являлось то, что райотдел не мог обеспечить безопасность обвиняемой. Кстати Волкова сама настаивала на гарантиях своей жизни и писала жалобы в прокуратуру. Можно было перевезти Ирину Викторовну в областной СИЗО, только зачем. Представлялось целесообразным отправить ее сразу в соседний областной це

Пермяков проснулся в номере гостиницы от стука в дверь не сразу. С вечера уснул крепко и просыпаться не хотелось. Звук воспринимался как нечто постороннее, причем не из сна, и не из ночной реальности. Только стучали все требовательней, потом и голос дежурной послышался. - Лейтенант, вам из полиции звонят, срочно что-то! - Слушаю, Пермяков! - Лейтенант наконец-то очнулся от сна, быстро надел брюки и подбежал к телефону. - Подследственная твоя на допрос просится, - сообщил дежурный по райотделу. - До утра не могла дождаться? - Недовольно спросил Пермяков. - Мне из больнички позвонили, я тебе передал. Сам решай. - Ладно, иду, - пробурчал лейтенант, - скажи, сейчас буду. Дежурка свободна? - На вызове, драка. - Хорошо, сам дойду, - энтузиазма у Пермякова убавилось. - Давай! Что там у Волковой? - Дорогой рассуждал лейтенант. Под ногами хрустел ледок, в ночь хорошо подморозило. Даже познабливало, недавняя ангина все еще давала о себе знать. - Вспомнила важное, признаться в чем-то захотела.

По внешнему виду никак нельзя было сказать, что Ирина Викторовна чувствовала себя не очень. Морщилась, конечно, когда неловко поворачивалась, но ведь такое могло быть и от лукавого. Улыбалась Волкова вполне искренне, но разгадать или понять женскую улыбку суждено далеко не каждому мужчине. Лейтенант Пермяков такой способностью явно не обладал, хотя и работал в уголовном розыске. Получил закалку характера вполне прямолинейную в военном училище и командуя взводом, а потом и ротой срочников. Теперь наверстывал упущенное, старался быть мягче, прозорливее, но получалось не всегда. Исправить свой характер все же трудно, а может и невозможно. - А я вас заждалась, - Ирина Викторовна встала с кровати, показывая, как ей тяжело, и устроилась на стуле у зарешеченного окна. При этом ее лицо оставалось в тени, а солнечные лучи хорошо подсвечивали эмоции Пермякова. - Здравствуйте, Ирина Викторовна, - лейтенант неловко топтался в центре маленькой камеры тюремной больнички. Второго стула не имелось, а

Когда в замке нашли Георгия Гробова, сидящего за столом с открытыми глазами, правда бездыхaнного, то вопросов не возникло. Возраст у старика был преклонным, поэтому и уход мог быть вполне естественным. Заброшенный полуразрушенный замок давно затерялся в лесу, Георгий жил один, и интереса ни для кого не представлял. Наверняка он и сам так думал, однако, как оказалось, связи с внешним миром все же поддерживал. Правда в последнее время встречался лишь с Валентиной Серовой, женой своего брата Григория. Баба Валя приносила Жоре продукты, он тоже навещал усадьбу брата, тайком приходил ночью к Валентине в боковушу на первом этаже. Разговоры они вели долгие, все больше об устройстве мира, как видимого, известного простым смертным, так и сокрытого от человеческого глаза. Кстати об этих разговорах Серова Пермякову не рассказала, нет не скрыла. Лейтенант, по убеждениям строгий материалист, сам не захотел слушать непонятные россказни, так назвал их про себя. А может и зря, мог быстрее докопаться

На больничной койке лейтенант Пермяков не раз пытался читать тетрадки Григория Рассохина, однако ничего не получилось. Тетрадки представляли несомненную ценность, в них детально раскрывались замыслы и их реализация. Причем нередко вносились корректировки в начальные планы, даже описывались причины, почему так произошло. Дед Григорий был педантичным в своей работе. Да, получалось так, что Рассохин относился к преступной деятельности, как к работе, даже некоторой рутине. Лейтенанту конечно не хватало знаний в экономике, законодательстве, регулирующем деятельность хозсубъектов, властных структур. Да много чего Пермяков не знал, был сыскарем из уголовки, плохим, хорошим - другой вопрос, скорее хорошим. И вряд ли бы лейтенант пошел работать в отдел по экономическим преступлениям или по организованной преступности. Про Антибиотика сериал смотрел, посмеивался, но на себя такую работу никогда не прикидывал. Сбивала с толку и болезнь, высокая температура, особенно в первые дни тяжелейшей ангины

Эту шапочку купил в Ижевске в магазине индийских редкостей.. Как оказалось, она сплетена из конопли. Подошла сразу, как тут и была. Заболела голова - надел, и как рукой сняло недомогание. Действует лучше любой таблетки. И мысли приходят интересные в плане продолжения незаконченных сюжетов. Кстати, чешский тырделник тоже хорош. Правда, может кому-то не понравиться, но это к вопросу о вкусе и предпочтениях. Да, вот беда, оказывается писать в путешествии все же трудно. Лучше накопить впечатлений, фотографий из расзных мест, вернуться домой, закрыться в любимом кабинете и продолжить творить. Придумывать ничего не надо, персонажи толпятся за спиной и требуют, да, именно требуют от автора действий. Поверьте, сдерживать натиск героев, вдруг оживших. очень не просто, но приходится. И перед вами, уважаемые читатели, прошу прощения. Иначе никак! Осталось совсем немного до дома. До встречи на страницах моих произведений. Обязательно пишите комментарии, ну и выполняйте другие важные для автора фор

Наталью ждали и нет. Дядя Леша порывался пойти навстречу дочери, а мама Валя его отговорила. - Не вернется в Горбуново, - так сказала коротко, но уверенно и без пояснений, ненужных. - А нам с тобой подумать надо, как ей помочь... - Забрать, да и все… Не прожить ей в лесу! - А мы с тобой на что?! В деревне у Натальи хозяйство, огород… картошка не выкопана. Вот и будем к ней ходить, не пропадет. У Георгия харчи закончились... - Ты и это уже прикинула? - Прикинула… Вот насчет дров сомневаюсь. - В Горбуново что ли? - В Жорином замке! Не заметил случайно, есть чем печку топить? - У сарая поленница, - задумался Алексей, - но на зиму точно не хватит. - Так что работы у нас с тобой теперь много… Понял? - Как не понять, я вообще бы у Жоры тоже пожил... - У дочери, - поправила Валентина. - А узкоколейка как же? - В рельсу колотить? - Усмехнулся дядя Леша. - Машинист дрезины сам где надо пути поправляет. Я не на зарплате, на пенсию живу… А теперь вот и рука… - Она так и висела у Алексея на перевя