Фантазии на тему

Она готовила кофе, когда зазвонил телефон. Номер был незнакомый. – Джейн? – Кто это? – Слушай внимательно. Времени очень мало. Через минуту к твоему дому подъедет микроавтобус. – Это кто? Я ничего не заказывала. – Ты должна мне поверить. Эти люди опасны. – Какие люди? Кто это? – Джейн, сейчас в стекло веранды врежется и разобьётся насмерть ворон. – Что вы… Она вздрогнула и едва не выронила телефон от сильного удара в окно. Побежала в гостиную. Медленно, нехотя подошла к высоким панорамным стёклам. Чёрный ворон распластался на выкрашенных досках пола снаружи, рядом с ножкой плетёного кресла. Он не шевелился. По спине побежал холодок. – Джейн, машина! – раздалось в трубке. – Ты её видишь? Она вскинула глаза – к дому подъезжал, замедляя ход, синий минивэн с тонированными стёклами. – Беги к чёрному входу. Ты должна успеть добраться до соседа. – Что вы… Дверь пассажирского сиденья фургона открылась, и она увидела человека в белом защитном комбинезоне. На нём был респиратор и широкие очки лы

Утром у Веры был запланирован поход в супермаркет. К десяти утра она успела выспаться, позаниматься дома с гантелями, принять душ и позавтракать. Быстрый ритм жизни приучил её планировать день даже в выходной. Её дни всегда были заняты заботами и рабочими звонками и только вечером Вера могла расслабиться, ужиная с подругами в ресторанах или смотря дома фильм. После развода шесть лет назад она жила с сыном Димой, который учился на втором курсе и жил отдельно от матери с однокурсниками в съёмной квартире. В свои сорок четыре Вера не думала о новых отношениях и считала, что уже взяла от жизни всё, что ей полагалось, и отклоняла предложения знакомых познакомить её с деловыми мужчинами. Грохот за стеной испугал Веру и она бросилась к пожилой соседке, чтобы узнать, всё ли у неё в порядке. – Лидия Васильевна, что у вас стряслось? Ответьте! – громко стучала она после того, как соседка не отреагировала на дверной звонок. – Сейчас, Верочка. Как больно! – крикнула Лидия Васильевна из-за двери и ч

Ночью зазвонил телефон. Агата вскочила с постели и посмотрела на часы. Циферблат показывал 4:15. В соседней комнате заскрипела кровать. ― Мама, не вставай. Я возьму. Агата подбежала к телефону, взяла трубку, услышала: «Тревога», «Тревога», «Тревога» ― голосовой робот повторял снова и снова, пока она не бросила трубку. Как же не хотелось собираться на работу! Вчера вернулась домой поздно ― заканчивала очередное дело в авральном режиме, поджимали сроки. ― Может, успеешь поесть? ― спросила Анна Ивановна. ― Давай по-быстрому кофе сварю. ― Спасибо, мамуль, что бы я без тебя делала! ― Семью тебе надо, деток нарожать, а мне внуков, ― стала ворчать мать. ― Мам, ну не начинай, пожалуйста. ― Работаешь в мужском коллективе, а все одна да одна… ― Мама, хватит, я уже не успеваю, кофе не буду, ― сказала Агата, желая прекратить разговор. Быстро одевшись, она вызвала такси и поехала на работу. Подъехав к управлению, увидела толпу людей, выстроившихся на плацу. Отметившись в списках, Агата встала в стр

Арина дремала на стульчике возле детской кроватки, в которой спала ее дочка. Могла она лечь и на диван, старый и скрипучий, но уснуть на нем все равно не сможет. Будет подскакивать к Катеньке, даже если та будет крепко спать. Проверять будет, все ли с ней нормально. Добрые бабки напичкали Арину всевозможными историями про то, как дети на пустом месте заболевают, а мамаш потом прав лишают. Арина и рада была не слушать, но пока сидела по бесконечным очередям, чтобы получить государственную милостыню по уходу за ребенком, непроизвольно впитала все сплетни, домыслы и откровенное вранье, связанное с младенцами. На стульчике было неудобно, но Арина была рада хоть такому отдыху. Днем спать не получалось, а ночью, пока только так. Да и место было новое, необжитое, хотя и свое. Материнский капитал аккуратно уложился в комнату в общежитии. От ипотеки Арина отказалась сразу, потому что уверенности, что получится вовремя платить, не было Не о таких апартаментах мечтают люди, покупая недвижимость в

Время около полудня. Снег слегка припорошил лёд перед крыльцом, с вывески банка свисает малюсенькая сосулька. Из подъезда жилого дома выбегает женщина лет сорока в наспех накинутом пальто с капюшоном, осенней обуви. Пара секунд, и картинка в ее глазах опрокидывается, не по-декабрьски яркое небо с быстро бегущими облаками уезжает куда-то ввысь, а затылок ощущает невыносимую жесткость асфальта. "Господи, как неудачно-то! Неужели сотрясение? Закрыть глаза, полежать немного..." — Лена! — на пятом этаже окно распахнуто, старушечий надтреснутый голос, — Ты чего разлеглась? Он опять мне звонит, звонит! Скорее переводи деньги, подсудное дело же... Лена протяжно вздыхает, встаёт на ноги, отряхивается, аккуратно, шажками, добирается до крыльца и скрывается за дверью банка. — Девушки, пожалуйста, помогите мне перевести четыреста пятьдесят тысяч с моей карты, очень срочно, — говорит она консультантам. *** Часом ранее. — Алло, алло, женщина, добрый день, вы продаете двигатель toyota funcargo 2003 г

Сидя на длинной деревянной скамье, отец Николай задумчиво смотрел на темную гладь пруда, прикрывая глаза от яркого солнца. И хотя половина пруда еще была затянута ледяным панцирем, на свободных ото льда участках вовсю резвились недавно вернувшиеся утки. Отец Николай время от времени отламывал от лежащего рядом батона небольшие куски и бросал их птицам. Утки тут же налетали на угощение и ссорились между собой, шумно хлопая крыльями. Церковь, в которой служил отец Николай, находилась неподалеку от пруда. Это был небольшой храм с потемневшими куполами, который только недавно был восстановлен от многолетней разрухи. Те несколько лет, которые ушли на восстановление храма, отец Николай неотлучно провел со своей немногочисленной паствой. Маленький поселок, куда отец Николай приехал десять лет назад, мало интересовала духовная жизнь. Жители не нуждались в пересказе библейских притч, проповедях и наставлениях, и потому редко ходили в храм. Лишь несколько стариков составляли основной костяк прих

― Лизавет, ― сказала ей подруга, перед тем как Лиза отключилась и вошла в кафе. ― Слушай, я знаю, сейчас не время, но твой Костя… какой-то он чудной. ― Ничего не чудной, ― возразила Лиза. Настя на том конце вздохнула. ― Насть, от людей, как и от цветов, не нужно ждать совершенства. ― Ты с этим своим цветочным магазином совсем уже… ― Я побежала! ― оборвала Лиза, пожелала подруге хорошего вечера и сунула телефон в сумочку. Оглядела себя с ног до головы, прежде чем войти в кафе. Спрятала под рукав желтый браслетик, который подарил ей сегодня какой-то ребенок, зашедший с мамой в магазин. Костя говорил, что желтый цвет приносит неудачу. Если увидит на ней желтый браслет, сразу же начнет драматизировать. Вздохнув, Лиза вошла в кафе. А вот и Костя ― сидит за столиком, приветливо улыбается ей. Какой же он красивый! Прямо как герой романа или фильма. И порой говорит такие же странные вещи… Например, несколько дней назад, он вдруг выдал, когда вез ее домой: ― Если вот прямо сейчас светофор загор

Объединившее Сергея и Марину увлечение может показаться странным многим людям, но именно оно свело их вместе. В их среде это называется «сталкерство», а для посторонних существует безобидный термин «промышленный туризм». На этот раз целью их путешествия была заброшенная радиомачта высотой более ста метров. В годы Великой Отечественной здесь был резервный радиоцентр, потом потребность в нём отпала, и он уже много лет был заброшен. Узнав о таком «вкусном» объекте, Сергей стал собираться в дорогу. Марина предпочла бы посетить заброшенную базу ракетных поездов, но согласилась с выбором друга. Сам объект находился вдалеке от транспортных путей, что обещало хорошую сохранность, но и усложняло дорогу. В принципе 30 километров можно преодолеть и за день, но потом не останется сил, чтобы обследовать объект. После долгих прикидок остановились на варианте двухдневного пешего перехода. Первый день прошёл удачно — погода, как и обещал прогноз, оказалась хорошей, и им удалось пройти намеченное расст

Саша хотел котенка. Если бы его спросили, зачем это ему нужно, он бы не смог ответить сразу. А началось всё с Киплинга. Когда он в третий раз посмотрел «Книгу джунглей» (он бы посмотрел и в четвертый, но родственники закончились), то решил завести черную пантеру или леопарда: так не хотелось расставаться с героями фильма. Саша подолгу задерживался у клеток передвижных зверинцев, где лениво прохаживались большие кошки, в цирке его интересовали больше всего представления с хищниками, он искал иллюстрации зверей в толстых книжках, таскал родителей за покупками фарфоровых статуэток животных. Получилась небольшая коллекция. Пополнять её он стал сам при помощи пластилина. Пластилиновые звери все больше походили на настоящих, но они замирали в позе, которую им придавала Сашина рука. Ожить они не могли. А за живой пантерой надо ехать в Индию. Он поговорил с отцом. Оставалось только написать Хрущеву, чтобы получить разрешение — так сказал отец! Про Хрущева Саша знал, что он Никита Сергеевич, чт

Дети были голодны, муж был пьян. Дети сидели перед телевизором, уткнув носики в телефоны, муж храпел тут же в кресле. Диана скинула с себя пальто и повесила на крючок. - Мама, мы люди взрослые, разберемся что, к чему. Иди, погуляй с подружками! Не надо за нас волноваться! – сказали ей дети перед долгожданной встречей Дианы с девчонками. «Зря, не позвонила!» - подумала Диана. Это Катя ее отговорила звонить: - Сыну твоему уже тринадцать лет, дочке – девять. Даже если у мужа где-то что-то заиграет, детки далеко не младенцы, в сиюминутном уходе не нуждаются. В крайнем случае, если бы у них что-то случилось, они бы сами тебе позвонили! Сложно спорить с доводами разума, но, оказывается, иногда надо! Детям была заказана пицца. Не самая полезная еда, но становиться к плите в десять часов вечера не хотелось, а то, что было в холодильнике, никто не захотел. Муж продолжал храпеть в кресле, так и не заметив прихода жены. «Пусть спит, - решила Диана, - Во-первых, ночь в кресле ему утром аукнется бо