Князь Ярославский

В 1223 году новгородцы под началом Ярослава Всеволодовича пытались поддержать эстонское восстание против крестоносцев. Поход оказался не слишком удачным и не достиг своих целей, хотя Ярослав брал в осаду центр датских владений – город Ревель, который на Руси называли Колывань (современный эстонский Таллин), и вернулся с богатой добычей. Затем в 1228 году Ярослав собирался идти в поход на Ригу – богатый город в устье Западной Двины, центр католической епархии и ключ ко всему региону. Но это предприятие сорвалось из-за разногласий между новгородцами и псковичами. Для этого похода Ярослав не собирался ограничиться своей переславской дружиной и новгородским ополчением, но призвал из своего наследного княжения большое войско, которое, правда, пришлось распустить. С другой стороны, Ярослав добился заметных успехов по ту сторону Финского залива. Так, в 1226 году он совершил удачный поход на землю племени емь, а в 1227 году начал обращение карелы в православие. Последнее предприятие было куда

В 1226 году, когда Ярослав Всеволодович одержал свою знаменитую победу под Усвятом над литовскими налётчиками, его соперник Михайло Всеволодович оказался вовлечён в распрю со своим сородичем князем курским Ольгом Святославичем. Михайло обратился за помощью к своему шурину великому князю володимерскому Юрию Всеволодовичу, который не замедлил лично выступить в поход на юг во главе своих полков и в сопровождении неизменно преданных племянников Константиновичей – князей ростовского Василька и ярославского Всеволода. Назревавшее большое кровопролитие было предотвращено вмешательством двух высших авторитетов Русской земли – великого князя киевского и митрополита. После гибели Мстислава Старого в битве на Калке (а он, напомню, приходился дедом по материнской линии нашим Константиновичам) золотой киевский стол занял его родственник (двоюродный брат) Володимер Рюрикович. Митрополичью кафедру с 1224 года занимал грек Кирилл I, первый русский митрополит, приехавший из Никеи, а не из Константинопо

В своё второе новгородское княжение Ярослав Всеволодович не совсем удачно пытался бороться с крестоносцами за контроль над территорией, лежащей между Финским заливом и рекой Западной Двиной. Отдельные военные успехи не давали новгородцам, псковичам и приглашаемым ими князьям большого преимущества в этой борьбе. Немцы и датчане прочно держались на завоёванных территориях благодаря искусно возведённым каменным крепостям, которые русские не умели правильно осаждать. В итоге от русских походов больше страдали местные прибалтийско-финские племена: нарова, чудь (эсты), либь (ливы), а также балтское племя летигола (латгалы). Ярослав попытался достичь бóльших результатов на другом направлении – в районе реки Невы и озера Нево (оно же Ладожское), где также жили прибалтийско-финские племена: водь, ижора (инкери) и карела, и по ту сторону Финского залива – емь (хяме) и сумь (суоми). Водь издавна была в сфере влияния Новгорода, но остальные оставались относительно независимы, хотя и платили Новгор

Прочные связи старшей (суздальской) ветви Мономашичей с черниговскими Ольговичами были традиционными с эпохи Юрия Долгорукого, когда только складывалась система земельных княжеских династий. Юрий опирался на Ольговичей в борьбе со своими племянниками Изяславом и Ростиславом, от которых произошли две младшие ветви Мономашичей (волынская и смоленская соответственно). Несмотря на то, что и с Ольговичами у потомков Юрия Долгорукого случались конфликты, в целом этот союз был прочным, имел свои естественные основания и логику развития. Если посмотреть на карту средневековой Руси, совокупность русских земель имела вертикальную ось с ключевыми городами Новгородом, Смоленском и Киевом. Последние два стольных города стояли на великой реке Днепр, которая служила естественной границей между западной и восточной половинами Руси. Смоленск был отчиной династии Ростиславичей, которые стремились обладать Киевом, оспаривая его у черниговских Ольговичей, и Новгородом, оспаривая его у суздальских Юрьевиче

Русское средневековье, как и любое другое средневековье, обладает неисчерпаемым потенциалом для творческого осмысления. Для одних средневековье – образ исторического безвременья, эпоха спящего разума и господства грубых страстей, для других – образ героического времени, эпоха живой веры, господства идеалов мужества и чести. В русской литературе жанр исторического романа, основанного на средневековой истории, занимает своё почётное место. В советское время, когда литература рассматривалась как часть идеологии и как инструмент пропаганды, жанр исторического романа был востребован как средство воспитания гражданских добродетелей. Впрочем, такое утилитарное отношение к искусству, ориентация художника на «государственный заказ» не исключали подлинной одарённости автора и высокого качества его произведений. Михаил Александрович Рапов (1912-1978) – один из наиболее известных советских писателей из Ярославской области. Одна из улиц города Рыбинска носит его имя. «Зори над Русью» – самое извест

Битва на Калке 1223 года стала для всей Руси эпохальным событием. Её яркое описание в летописях составляет самостоятельное произведение, известное в нескольких редакциях. Как и в разбиравшейся ранее повести о битве на Липице 1216 года, в повести о битве на Калке есть явный ростово-суздальский след, хотя сюжет, на первый взгляд, совсем далёкий от Залесской земли. Три старших князя Мстислава, которые командовали русско-половецкими войсками, представляли смоленскую и черниговскую княжеские династии, и три главных княжеских стола южнорусских земель – Галич, Киев и Чернигов. Однако с Суздальской землёй и непосредственно с Ростовом этот сюжет связан напрямую. Напомню, что в 1212 году князь Мстислав Мстиславич Удатный (князь торопецкий, новгородский, галицкий и торческий из смоленского династии) вместе с новгородцами выгнал из Киева главу черниговских князей Всеволода Святославича Чёрмного, и посадил на его место своего двоюродного брата Мстислава Романовича. Все эти трое князей были кровно с

Когда русские князья воевали с инязором Пургасом, в Болгарской земле произошло из ряда вон выходящее событие. Некий купец по имени Авраамий начал проповедовать в городе Биляре («Великий город» русских летописей) христианство. Болгары пытались его образумить, просили прекратить проповедь и самому обратиться в мусульманство. Поскольку Авраамий упорствовал, болгары от увещаний перешли к угрозам, от угроз к пыткам, и 1 апреля 1229 года изнурённому и искалеченному Авраамию отрубили голову. Казнь христианина потрясла других христиан, живших в Болгарской земле. Они забрали тело Авраамия и погребли на своём кладбище. Вскоре в Биляре произошёл сильный пожар, почти уничтоживший болгарскую столицу. Христиане восприняли это как кару городу за убийство праведника. Позднейшее житие Авраамия уточняет, что он сам был болгарином и воспитывался в мусульманской вере, а крестился уже взрослым человеком под впечатлением своих поездок по христианским землям, в том числе и по Руси. Этим отчасти объясняется н

Основание Нижнего Новгорода в устье Оки в 1221 году поставило вопрос о положении мордовских племён, которые издавна населяли буферную зону между русскими и болгарскими землями (примерно в долине реки Суры). Мордва как единое целое существует в восприятии своих русских соседей, на самом же это два отдельных народа – мокша и эрзя. Исторически в XII-XIII веках мокша тяготела к зависимости от Руси, а эрзя ориентировалась на Болгарское царство. Управлялись два мордовских народа своими племенными князьями (инязорами). В русских летописях (прежде всего, в Лаврентьевской) содержатся отрывочные сведения о многолетней войне, которую великий князь Юрий Всеволодович вёл с мордовским инязором Пургасом и его «Пургасовой волостью». Помимо вассальных суздальских и муромских князей Юрий Всеволодович опирался на помощь своего «ротника» (то есть служившего ему по «роте» - клятве), мокшанского инязора Пуреша. При этом под властью Пургаса жила какая-то своя русь, которая воевала вместе с ним против мокшан

Ослабление Суздальской земли вполне естественно повлекло за собой пересмотр сложившихся при прежних её властителях отношений с богатым и сильным соседом по Волге Болгарским царством. В начале этих отношений, когда болгары первыми наносили удар, они проникали в Суздальскую землю вверх по Волге, её притоку Оке и далее по Клязьме в самое сердце Северо-Восточной Руси. Так они напали на Суздаль в 1107 году. Этим же путём они проникали в Муромскую землю, набег на которую они совершили ещё в 1088 году. Но был другой путь, прямиком на верховья Волги через малозаселённые в тот период костромские земли – так они напали на Ярославль в 1152 году. Походы суздальских князей Юрия Долгорукого, Андрея Боголюбского и Всеволода Большое Гнездо позволили им надолго перехватить инициативу в этом вечно тлеющем конфликте и навязать болгарам свои условия, которые могли касаться волжской торговли и сбора дани с поволжских финских племён. Строго говоря, в чём заключались противоречия между русскими и болгарами,

Одним из последствий Липицкой битвы 1216 года стала утрата сыновьями Всеволода Большое Гнездо политического авторитета на Руси и за её пределами, авторитета, который с великим трудом завоевал их отец. Зависимое от суздальских князей положение их муромских и рязанских соседей, влияние на выбор князя в Новгороде, искусное выстраивание баланса между враждующими родами черниговских Ольговичей, волынских Изяславичей и смоленских Ростиславичей и решающее слово в решении судьбы великокняжеского киевского стола, наконец, наступательная позиция в отношениях с болгарами на Волге и с половцами в Степи - детям Большого Гнезда предстояло постепенно возвратить всё это утерянное могущество своей земли и своего рода. Новый великий князь Юрий Всеволодович, вторично заняв Володимерь после смерти своего старшего брата Константина в 1218 году, проявил себя с лучшей стороны, явно показав, что липицкий урок был им хорошо усвоен. Во все двадцать лет своего правления Юрий Всеволодович оставался безусловным ли