Наши забавные животные

Ревность Гость стоял в прихожей и растерянно шарил взглядом по полу. - Я точно ставил их вот сюда, - сказал Борис, указывая на коврик у двери. Нина почувствовала, как щеки заливает жаром. Это был третий мужчина за последние полгода, чья обувь исчезала в ее доме. И она прекрасно знала, кто в этом виноват… Пантелей, помесь эрделя с двортерьером, лежал в углу коридора, положив голову на лапы, и спокойно смотрел на Бориса. Крупный, широкогрудый, с сильными лапами, с пышной эрделевской «бородкой» на морде и живыми, умными карими глазами, он выглядел воплощением невинности. Но Нина-то прекрасно знала своего пса. - Пантелей, - строго сказала она, - где ботинки? Пес даже ухом не повел. Борис стоял в носках посреди прихожей, и Нина видела, как он силится улыбнуться, мол, ничего страшного, бывает. Но в глазах его уже мелькнуло выражение, которое она научилась распознавать безошибочно. Легкая оторопь, переходящая в желание поскорее оказаться где-нибудь в другом месте. - Сейчас найду, подожди, - сказала Нина и бросилась искать. Ботинки нашлись под кроватью в спальне, задвинутые к самой стене. Пантелей утащил их виртуозно, бесшумно, пока они беседовали на кухне. Нина вернула обувь Борису с извинениями. Тот обулся, поблагодарил за вечер и ушел. Больше он не звонил. Нина села на табуретку в коридоре и посмотрела на пса. - Ты делаешь это нарочно? Пантелей подошел, ткнулся носом ей в колено и вздохнул так глубоко, будто именно он тут был жертвой обстоятельств. *** Нина завела его четыре года назад, когда ушел муж. Не к другой женщине, просто ушел, сказав, что устал. От чего именно он устал, от нее, от квартиры, от жизни вообще, она так и не поняла. Дочка к тому времени давно жила отдельно в другом городе. Поэтому одиночество в своей трехкомнатной квартире Нина ощущала довольно сильно. Пантелея она взяла из приюта. Выбрала самого крупного и самого грустного щенка-подростка, которого вернули прежние хозяева, потому что он грыз мебель. Нина мебель ему грызть не позволила и плотно занялась его воспитанием. И Пантелей вдруг стал главным мужчиной в ее жизни. *** Проблемы начались, когда Нина решила, что пора ей с кем-нибудь познакомиться. Ей было пятьдесят три года, она работала переводчицей в небольшом издательстве, выглядела хорошо и еще вполне могла быть кому-то интересна. Подруга Светлана уговорила ее зарегистрироваться на сайте знакомств, и Нина, поколебавшись, согласилась. Встреча с Анатолием, тихим, вежливым инженером-проектировщиком, закончилась тем, что Пантелей утащил его левый ботинок на балкон и спрятал за ящиком с рассадой. Второй гость Виктор, музыкант на пенсии, лишился тоже лишился обуви, Пантелей каким-то образом затащил их за стиральную машину. Теперь вот Борис… - Я превращаюсь в городскую легенду, - пожаловалась Нина Светлане по телефону. - Женщина, собака которой ворует обувь у мужчин… Скоро обо мне будут рассказывать страшилки. Светлана, к ее чести, не стала смеяться. - Просто закрывай его в комнате, когда приходят гости, - посоветовала она. *** Нина попробовала. Пантелей, запертый в спальне, издавал такие звуки, будто его подвергали средневековым пыткам. Он выл, скулил и отчаянно скребся в дверь. Ни о каком разговоре за чаем не могло быть и речи. На этом Нина почти сдалась. Решила, что, видимо, не судьба ей кого-нибудь встретить, а значит, так тому и быть. Они с Пантелеем проживут и вдвоем. А потом в издательстве появился Михаил. Его наняли вести новый проект, серию детективов. Нине в нагрузку поручили редактировать его тексты, и они стали работать вместе. Михаил был ее ровесником. Он не старался шутить через слово, не рассказывал про бывшую жену и не пытался произвести впечатление. Говорил он спокойно, внимательно и по делу. И Нина вдруг начала каждое утро выбирать блузку чуть тщательнее обычного. Их первый разговор не о работе случился в курилке. Михаил рассказал, что живет один, что у него есть взрослый сын и кошка, которая презирает весь мир. - А у меня собака, которая ворует ботинки у мужчин, - сказала вдруг Нина. - Только у мужчин? - переспросил с интересом Михаил. - Только у мужчин, - подтвердила Нина. - Женскую обувь он не трогает. Подруги приходят, все на месте. Но стоит в доме появиться мужчине - все, ботинки исчезают. - Ревнует. - Наверное. - Я бы на его месте тоже ревновал, - сказал Михаил и смущенно улыбнулся. *** Как-то Нина предложила Михаилу зайти к ней домой, чтобы обсудить одну сложную главу. Предложила и тут же пожалела об этом. Пантелей… Она попробовала было пристроить пса на этот вечер к соседке, но та загремела в больницу со сложным переломом. Потом Нина подумала было пригласить коллегу не домой, а в кафе, но тут же отмела эту мысль, невежливо все-таки получается... Тогда она посмотрела на собаку и строго сказала: - Значит, так, Пантелей. Если ты и в этот раз отмочишь этот же фокус, я не буду тебя любить. Пес только носом повел. *** Михаил пришел ровно в семь. Когда он снял ботинки и надел приготовленные для него тапочки, Нина тут же подхватила его обувь, унесла в гостиную, убрала в шкаф-купе и плотно задвинула дверцу. Если Михаил и удивился, то не подал виду. - Это и есть тот самый грозный страж? - спросил он, увидев пса. Пантелей стоял в коридоре и изучающе смотрел на гостя. Он не рычал, но и не вилял хвостом. - Он самый, - усмехнулась Нина. Михаил присел перед ним на корточки и протянул ему руку. - Здравствуй, - сказал он псу, - я Миша. Обещаю, что буду хорошо себя вести. Пантелей подошел ближе и обнюхал сначала пальцы гостя, потом ладонь. Михаил не торопился, не пытался погладить его, а просто ждал. Наконец Пантелей развернулся и ушел на свое место. - Хороший пес, - сказал Михаил и улыбнулся Нине, - умный, с чувством собственного достоинства. - Он, по-моему, чересчур умный, - подумала Нина. *** Они пили кофе и спорили о переводе несколько часов, потом Михаил рассказывал про свои путешествия, а Нина про то, как в юности мечтала уехать навсегда за границу. Время шло так незаметно, что когда Нина взглянула на часы, было уже почти одиннадцать. - Ого… Засиделся я, однако, - сказал Михаил и пошел в прихожую. Нина пошла в гостиную, открыла шкаф-купе и похолодела от ужаса. Полка, на которую она поставила ботинки гостя, была пуста… Дверца шкафа была сдвинута совсем чуть-чуть, ровно настолько, чтобы просунуть морду. Нина представила, как Пантелей тихо отодвинул дверцу и вытянул добычу, и ей поплохело. - Одну секунду, - сказала Нина и бросилась искать. Посмотрела под кроватью - пусто. Глянула за стиралку - пусто. На балконе тоже было пусто. Она обыскала всю квартиру, заглянула под каждый шкаф, за каждую дверь. Ботинок не было нигде… Нина вернулась в прихожую, готовая провалиться сквозь пол. Михаил стоял в коридоре. Рядом с ним сидел Пантелей и смотрел на Нину. А между ними ровно посередине стояли ботинки. - Он принес их сам, - тихо сказал Михаил, - вышел из комнаты, положил передо мной и сел рядом. Нина стояла и не знала, что тут можно сказать. А Пантелей встал, подошел к ней, ткнулся носом в ладонь, потом вернулся к Михаилу и уселся у его ног.

К жене торопится...🙂

Старичок 😍

Муж избавился от моего кота, пока я была в отъезде

Очень вкусно! #cобаки

Тоска На Галину Петровну напала тоска. Та, что хорошо знакома русскому человеку и рвет душу на части. Галина Петровна мучительно стремилась неизвестно к чему, плохо спала, теряла аппетит. Уныние пугало и мешало жить. — Может, у тебя кризис среднего возраста? Как-никак сорок лет исполнилось, — со знанием дела уточнила подруга Галины, которая имела за плечами большой опыт психотерапии. Галина Петрова окинула её тяжёлым взглядом. Она не верила психологам и считала походы к таким специалистам веянием моды и очередным способом выкачивания денег. «С жиру бесится», — пришла к нелестному умозаключению подруга, но не стала говорить об этом вслух, дабы не портить их крепкие отношения. Галина Петровна снова осталась один на один с непонятно откуда взявшейся тоской и задумалась. Она словно смотрела на свою жизнь со стороны и понимала, что у неё все отлично. У Галины Петровны было крепкое здоровье, цветущий вид, любимая работа, которая приносила хороший доход. Она имела возможность ездить на отдых и покупать красивые вещи, жить в просторной квартире с дизайнерским ремонтом. Ничего не могло нарушить её покой, и все же… Да, у Галины Петровны не было супруга и непоседливых детей, которые не давали спать по утрам в выходные и требовали вечного внимания. Женщина считала, что это к лучшему. Но, может, она ошибалась? Возможно, пора было что-то менять... В конце концов тоска так измотала эту сильную и независимую женщину, что она решила обратиться к специалисту. Конечно, Галина Петровна могла взять координаты надёжного и проверенного психолога у подруги. Но что-то помешало этой мудрой женщине так поступить. Возможно, причиной тому был взгляд подруги, в котором явственно читалось это самое «с жиру бесится». — Я вам ещё всем покажу, как я бешусь с жиру! — твердила сквозь зубы Галина, просматривая объявления о психологических услугах на сайте. Надо отдать ей должное – все специалисты прошли тщательный отбор. Галина Петровна сразу отсеяла молодых психологов без опыта и пожилых мужчин, которые смотрели с экрана тяжёлым взглядом. — Нет. Молодежь не поймет моих проблем. А старики и сами нуждаются в помощи профессионалов, судя по выражению их лиц, — приговаривала Галина, продолжая поиски. Наконец она нашла подходящего специалиста. Павел Олегович Перебейнос выглядел весьма представительно. Среднего возраста, с солидным опытом работы и даже иностранным дипломом. Имелись у специалиста и рекомендации счастливых клиентов, которые все, как один, заявляли, что Перебейнос помог им пережить тяжёлые удары судьбы. — Хм, ну что ж. Вызывает доверие, — решила Галина Петровна и тут же позвонила специалисту... ***** Павел Олегович в тот день откровенно скучал. Работа уже давно не радовала. Последнее время его жутко раздражали вечно недовольные клиенты, которые делали из мухи слона и видели во всем проблему. Сам Павел Олегович мечтал поскорее отработать последний месяц и переехать в небольшой город у моря. — Больше никаких консультаций, — решил он. Финансовые возможности позволяли мужчине наслаждаться неспешным течением жизни, посвятив себя рыбалке и выращиванию яблонь в небольшом саду. Правда, было одно но – недавно Павел Олегович похоронил мать. И в наследство ему, помимо трехкомнатной квартиры в престижном районе города, достался сиамский кот по имени Зигмунд. — Павлик, обещай, что не бросишь Зигмушу. Позаботься о нем. Ведь у несчастного малыша никого нет в этом мире, кроме тебя, — шептала мать на прощание. Павел что-то мычал в ответ. Он не привык спорить с мамой, которая была женщиной весьма требовательной и властной. Именно она в своё время настояла, чтобы Павлик осуществил её мечту и стал психологом, а не агрономом, как мечтал с детства. Оставшись один на один с Зигмундом, Павел ощутил полную беспомощность. Он, конечно, знал, что мамин любимец обладает прескверным характером, но чтобы настолько... Зигмунд сразу же обозначил в квартире Павла свои границы и вообще вёл себя вызывающе. Вместо лотка предпочитал обувь Павла Олеговича и даже портфель из кожи крокодила. Просыпался Зигмунд в четыре часа утра и сообщал об этом громогласным воем. Первые дни Павел вздрагивал, считая, что это звучит пожарная сирена. Затем мужчина купил беруши и жизнь немного наладилась. Но Зигмунд оказался крепким орешком, и к утренним воплям прибавились акробатические номера, которые кот предпочитал выделывать исключительно на кровати Павла Олеговича. По прошествии двух недель мужчина полностью лишился покоя и сна. Он мечтал лишь об одном – отделаться от несносного кота. Однако совесть не позволяла ему нарушить данное матери обещание. Перед его глазами всплывал последний разговор с мамой, её взгляд, полный надежд, и руки сами собой опускались... Усугубляло положение то, что Зигмунд был достаточно молод и полон сил. Коту недавно исполнилось четыре года, а это означало, что он ещё долго мог «радовать» несчастного Павла Олеговича. — Да отдай ты его кому-нибудь и дело с концом, Паха! — советовал Павлу лучший друг Женька. — Тебе легко говорить, Жека. Да кто ж заберёт себе этого невоспитанного зверюгу? — вздыхал обречённо Павел, понимая, что жизнь загнала его в тупик. — Пристрой одной из своих ненормальных клиенток, — хихикал Женька ободряющее. Павел Олегович задумчиво закатывал глаза. Его друг был мастером давать глупые советы... ***** Но сегодня, когда в кабинет зашла некая Галина Петровна, Павел вдруг вспомнил слова Евгения. Все дело в том, что женщина была очень похожа на его мать в молодости. Даже голос был тот же. — Только давайте сразу обсудим условия нашего… ммм… сотрудничества, — начала она с порога, и Павел Олегович, вздрогнув, кивнул. Выслушав Галину Петровну, мужчина уверенно произнес: — У меня есть для вас верное решение. Несколько лет назад я был в Англии. И там мои коллеги используют очень действенный метод избавления от депрессии – анималотерапия! — Чего «мало», простите? — переспросила женщина, задумавшись. Через пятнадцать минут Галина Петровна наконец-то поняла суть загадочного иностранного метода. Не то чтобы она не любила животных. Но две недели держать дома незнакомого кота не входило в её планы. — Зигмунд – настоящий профессионал. Воспитан, умен, талантлив. Работает со мной уже год. Результаты впечатляют. Решайтесь, иначе можете не успеть! — заявил психолог Перебейнос и замолчал. Возникла неловкая пауза. Галина Петровна судорожно соображала, сможет ли она продержаться две недели в обществе незнакомого Зигмунда. Павел Олегович молился всем богам, чтобы копия его матери сказала «да». — Да! — вдруг эхом раздалось в кабинете. И Галине Петровне показалось, что в этот момент психолог радостно выдохнул... На следующий день мужчина сам привёз Галине кота. «Вот это я понимаю – сервис!» — подумала женщина, разглядывая переноску, в которой, насупившись сидел кот. К Зигмунду также прилагалась когтеточка, корзинка для сна, пакет игрушек, корм, лоток, наполнитель. — Вы его как будто навсегда привезли! — рассмеялась Галина и пригласила психолога на чашечку чая. Однако мужчина не оценил шутку. Он как-то странно дернулся и, сославшись на срочные дела, покинул жилище Галины. «Видимо профессиональная этика не позволяет ему гонять чаи с клиентами. Что-то я не подумала», — объяснила поведение специалиста Галина Петровна. Она подошла к переноске и выпустила кота. С этой секунды жизнь Галины заиграла новыми красками... ***** — Что значит месяц не можешь связаться с психологом? А ты ездила к нему? — спрашивала озадаченно подруга Галину Петровну. — Конечно, Таня! Он уехал. Понимаешь? В другой город перебрался, — стараясь сдержать волнение, говорила Галина в телефонную трубку. — Ну и дела, подруга. Надо было тебе к моему специалисту идти. Геннадий Иванович отличный психолог и никому не подбрасывает котов, — хмыкнула Татьяна. — Дело в том, что я совсем не против кота. И специалист мне попался отличный. Моё состояние улучшилось. Я снова захотела жить. Но я переживаю, что Павел Олегович в любой момент может вернуться за Зигмундом, а мне бы этого не хотелось, — призналась Галина Петровна. Она и правда забыла про хандру. В первый же день Зигмунд принялся со рвением выполнять возложенные на него кошачьи обязанности. Кот старался изо всех сил. Ходил по дому с грозным видом и мяукал, осматривая свои новые владения. Галина Петровна в этот момент вдруг поняла, как устала от звенящей тишины, которая наполняла квартиру все эти годы. Затем кот заблудился и перепутал её тапочки с лотком. — Ты прав, Зигмунд. Они мне никогда не нравились, — поняла вдруг Галина и отнесла испорченные вещи на мусорку. Кот с интересом наблюдал за новой хозяйкой. Коронный номер программы он запланировал на четыре часа утра. Но каково же было его удивление, когда Галина сама встала раньше него и прошла на кухню. Затем села за стол и заплакала. Зигмунд осторожно наблюдал из-за угла. Он был немного растерян от происходящего. Кажется, эта странная женщина его опередила. Кот прищурился и подошёл ближе. — Мне так одиноко, Зигмуша. Я совсем запуталась. Как хорошо, что ты у меня есть! — с болью в голосе произнесла она. Кот вздрогнул. Зигмуша – именно так называла его прежняя хозяйка. Даже интонация была той же. Он осторожно подошёл ближе, а затем, не в силах выдерживать слез, запрыгнул на руки. Галина Петровна обняла Зигмунда и прижала к себе, как самое ценное сокровище. Кот снова почувствовал себя нужным и тихо замурлыкал в тёплых руках.

Последний день августа В июле, после сдачи последних экзаменов, многие студенты-старшекурсники обычно начинали искать подработку. Дмитрий, который в тот момент учился на третьем курсе строительного института, не был исключением из правил. Он, конечно, мог поехать домой — в поселок, где жили его родители. Вот только что там делать? На шее у мамы с папой сидеть два месяца? Они и так учебу ему оплачивали. Поэтому… …поэтому Дмитрий, как и многие другие студенты, стал каждый день просматривать сайты с вакансиями. Вариантов было немного: курьер, доставщик пиццы, грузчик, разнорабочий… Он уже почти было согласился пойти на стройку, как и в прошлом году, но знакомый его отца — Геннадий Федорович, который «держал» небольшую базу отдыха в одном из приморских городков, неожиданно позвонил ему и предложил до конца лета поработать спасателем. «Наверняка, это мама его попросила» — догадался Дмитрий. — У тебя же разряд по плаванию есть, верно? — спросил Геннадий Федорович по телефону. — Ну да, есть, — ответил Дмитрий. — Вот только опыта работы спасателем у меня нет. — Да какой там опыт? Не надо никакого опыта. Работа несложная. Это тебе не на стройке горбатиться… «Точно мама попросила… — усмехнулся Дмитрий, прижимая телефон к уху и одновременно просматривая вакансии в интернете. — Геннадий Фёдорович никак не мог знать, что я на стройке работаю. Только мама могла рассказать». — Ты меня слышишь, Дима? — спросил Геннадий Фёдорович. — Работа, говорю, несложная — знай поглядывай себе на море с девяти до восемнадцати на пляже и смотри, чтобы никто не утонул. Ну что, согласен? Жить в гостевом домике будешь. Питание за мой счет. Заодно и отдохнешь. Дмитрий подумал немного, и согласился. Предложение действительно было очень заманчивым, и отказываться от него было глупо. На стройке ему платили, как подсобнику, то есть — копейки. И жить приходилось прямо на объекте без каких-либо условий. В вагончике. А тут вроде и работа полегче, и жилье нормальное, и питание. Да и зарплату обещали неплохую. Через несколько дней Дмитрий был уже на базе отдыха. Гостевой домик, в который его поселили, оказался довольно комфортным. Кровать, стол, два стула, маленький холодильник, кондиционер и микроволновка. И самое главное, что внутри были душ и туалет. — Ну что, нравится тебе тут? — улыбнулся Геннадий Фёдорович, протягивая Диме ключи от входной двери. — Да, нравится, — кивнул Дмитрий. — Вот и отлично. Сегодня отдыхай, с дороги всё-таки. А завтра с утра на работу. Я тебе всё подробно расскажу и покажу. Надеюсь, справишься. На улице было жарко, но сидеть целый день в гостевом домике, несмотря на наличие кондиционера, Дмитрию не хотелось. Поэтому он решил пойти на море. Надел плавки с шортами, кроссовки поменял на шлепанцы, взял с собой полотенце и отправился на пляж. Людей на пляже было много. И это не только те, кто приехал отдохнуть на базу отдыха, но и местные жители. Дмитрий остановился, снял шлепанцы и посмотрел по сторонам. Его внимание сразу привлекла девушка. Очень красивая девушка. В тот момент, когда он пришел на пляж, она как раз выходила из моря и направлялась к своему покрывалу, которое лежало на песке. Дима глаз отвести от неё не мог. А когда они встретились взглядами, он улыбнулся ей. А она… она почему-то сразу отвернулась. По её лицу было заметно, что Дмитрий не произвел на неё никакого впечатления. Но Дима был не из тех, кто легко сдается. Бросив полотенце на песок, и быстро сняв шорты, он пошел к морю. — Привет. Как водичка? — спросил он, когда проходил мимо. — Я просто только сегодня приехал, не купался еще. Меня, кстати, Дима зовут. А тебя? — Ну вот иди искупайся, и узнаешь, как водичка, — резко ответила ему девушка. — Не хочешь составить мне компанию? — Тебе? — усмехнулась она. — Нет, не хочу. И давай я тебе сразу скажу: если ты решил со мной познакомиться, то можешь не тратить время зря. Ничего не получится. — Парень есть? — Слава Богу, что уже нет, — сказала она. А потом села на покрывало, надела солнцезащитные очки и стала читать книгу. — Ну а зовут-то тебя как? — Тебе незачем это знать… Дмитрий, конечно, расстроился немного, что не получилось познакомиться, и пошел купаться. В конце концов, у него впереди еще два месяца. Наверняка, встретятся еще не раз. Собственно, так оно и вышло. Дмитрий видел эту девушку на пляже практически каждый день. Он стоял на спасательной вышке, наблюдал за людьми, и время от времени бросал взгляд на прекрасную незнакомку. Девушка, когда впервые его там увидела, сначала удивилась немного — видимо, она совсем не ожидала, что Дмитрий работает тут спасателем. Но потом сделала вид, что ей это неинтересно и отвела взгляд в сторону. «Ты посмотри, какая принципиальная…» — подумал Дмитрий, улыбаясь. Каждый день Дмитрий, прогуливаясь по берегу, проходил мимо неё, но стоило им только встретиться взглядами, она сразу же отворачивалась, словно он ей был противен. Наверное, другой на его месте давно бы махнул рукой. Ну не хочет она знакомиться, что тут сделаешь? Насильно мил не будешь, как говорится. Но Дмитрию эта девушка очень сильно понравилась, и он, продолжая украдкой наблюдать за ней, ждал удобного момента, чтобы подойти и поговорить. И однажды такой момент ему подвернулся. В тот день девушка, как обычно, купалась в море, а Дмитрий внимательно наблюдал за ней, стоя на спасательной вышке. И вдруг рядом с её покрывалом вдруг нарисовалась небольшая собака. На покрывале находился пакет, и собака, подойдя к нему почти вплотную, увлеченно его обнюхивала. Дмитрий с любопытством смотрел на собаку и даже не заметил, как девушка выбежала из воды. — А ну пошла отсюда! — крикнула она. — Тебе чего здесь надо? Пошла. Собака тут же отпрыгнула в сторону, но не убежала. Она несколько раз вильнула своим хвостом и продолжала смотреть на девушку. А та снова стала её прогонять, и даже замахнулась на неё рукой. Бить она её не собиралась, конечно. Просто хотела защитить свой обед. У неё в пакете бутерброды с колбасой и сыром лежали, и делиться ими она ни с кем не собиралась. — Иди к своим хозяевам, — громко сказала девушка. — Пусть они тебя кормят. — Так, что тут у вас происходит? — улыбнувшись, спросил Дмитрий. Он уже успел быстро спуститься с вышки и подойти к девушке. — Что за шум, а драки нет? — А тебе обязательно, чтобы драка была? — огрызнулась девушка. — Ты почему не следишь за тем, чтобы по пляжу собаки не разгуливали? А если она кого-нибудь укусит? — Да кого она укусит? — рассмеялся Дмитрий. — Ты посмотри, какие у неё глаза добрые. И красивые. Такие же, как у тебя. — Так, стоп… Это твоя собака, что ли? — нахмурилась девушка. — Ты что, специально её ко мне подослал, чтобы был повод познакомиться? Зря стараешься. Я же тебе вроде всё сказала. — Да не моя это собака. Я её, если честно, вообще впервые тут вижу. Потерялась, наверное… — Так иди и найди её хозяев! Ты же спасатель вроде. Или ты сюда устроился, чтобы с девушками знакомиться? А спасатель — это типа прикрытие, да? Ну как же я сразу не догадалась. — Нет, — мотнул головой Дмитрий. — Я действительно спасатель. И приехал сюда, чтобы работать, а не знакомиться. — Ну вот иди и работай. И хватит уже искать повод познакомиться со мной. Дмитрий посмотрел на девушку. Он всё никак не мог понять, чем заслужил такую немилость. Он ведь ничего плохого ей не сделал. Другие девушки, наоборот, заглядывались на него (парень он был спортивный), улыбались ему. Даже приглашали его в бар выпить по коктейлю. А эта… Эта только хамит ему постоянно, дерзит и взгляд в сторону отводит. Но она всё равно ему нравилась. Это, конечно, не любовь с первого взгляда. Однако Дмитрий чувствовал, как сильнее начинает колотиться я его сердце, когда он видит её. И он ничего не мог с собой поделать. И почему-то Дима был уверен, что рано или поздно они обязательно познакомятся. Тем временем уже закончился июль и наступил август, а познакомиться с ней Дмитрию так и не удалось. Он даже до сих пор не знал, как её зовут. Единственное, что он смог узнать — это то, что девушка эта не приезжая, а местная. Но где она живет, Дмитрий так и не смог выяснить. Приходила она рано, за несколько часов до того, как у него начиналась смена. А уходила за несколько часов до того, как смена у него заканчивалась. Так что проследить за ней у него не было возможности. Единственное, что ему оставалось в этой ситуации — просто наблюдать за ней. Вот Дмитрий и наблюдал. И знаете, что он понял? Он понял, что эта девушка не просто приходила на пляж позагорать, как другие. Она любила море. И плавать любила. Он не раз видел, как она шла к морю, а потом разбегалась и прыгала в него одним махом — безо всяких там ужимок и постепенного привыкания к воде Плыла она при этом очень уверенно и даже профессионально. А потом, вдоволь накупавшись, выходила на берег и смешно скакала на одной ноге, пытаясь вытряхнуть воду из уха. Иногда она уплывала очень далеко, и Дмитрий внутренне напрягался. Переживал потому что. И только когда девушка выходила на берег, только тогда он успокаивался. — Ну что стоишь, спасатель? — усмехнулась она. — Хозяев собаки искать будешь или нет? Её голос вернул его к реальности. — Пойдем, — сказал Дмитрий, посмотрев на собаку. — Поищем вместе твоих хозяев. И собака, завиляв хвостом, послушно пошла следом за ним. В тот день Дмитрий несколько раз обошел пляж вдоль и поперек, но хозяев собаки так и не нашел. И что самое странное: никто из присутствующих на пляже не видел эту собаку раньше. Да и он сам, как ни пытался вспомнить, не припоминал, чтобы видел её здесь. — Это что же получается? — удивленно посмотрел Дмитрий на собаку, вернувшись к спасательной вышке. — Ты бездомная, что ли? А чего тут делаешь? Позагорать пришла? Собака ничего ему не ответила. Только лизнула его пальцы и легла на песок, виляя хвостом. — Голодная, наверное? Ну давай я тогда с тобой едой поделюсь. Курочку отварную будешь? С тех пор эта собака каждый день «дежурила» вместе с Дмитрием. Утром она его встречала радостным лаем рядом со спасательной вышкой, а вечером — провожала до гостевого домика и возвращалась обратно на свой пост. Геннадий Фёдорович как-то спросил у него, что эта собака на территории базы отдыха делает, и где её хозяева, и Дмитрий рассказал ему, как встретился с этой собакой, добавив в конце, что, по всей видимости, хозяев у неё нет. — И ты решил эту собаку себе завести? — улыбнулся Геннадий Фёдорович. — А когда в институт поедешь, куда её денешь? Бросишь? — Да я… я не собирался её заводить, — растерянно пробормотал Дмитрий. — Я просто хотел хозяев найти, целый день с ней по пляжу ходил, вот она ко мне и привязалась. А что потом с ней делать, не знаю… Я как-то не думал об этом. — Ладно, — махнул рукой Геннадий Фёдорович. — Если до конца лета её хозяева так и не объявятся, попробую пристроить её куда-нибудь. Вроде неплохая собачка. Девушка, кстати, когда на следующий день увидела Дмитрия вместе с собакой, сразу нахмурилась. А ближе к вечеру она подошла к нему сама и спросила: — Не твоя собака, значит? И не стыдно тебе врать было? Я уже молчу о том, что использовать животных в своих корыстных целях, как минимум, низко и подло. — Да это правда не моя собака, — тут же стал оправдываться Дмитрий. — Просто я хозяев её не нашел, и вот… — Ну да, — рассмеялась девушка. — Только не говори, что ты решил её себе оставить. — А что тут такого? — Вы, мужчины, на такие поступки совершенно не способны. Вы только предавать умеете! Дмитрий хотел было возразить, но девушка не стала ничего слушать. Она резко развернулась и ушла. А сам Дмитрий, посмотрев на собаку, которая лежала рядом с ним, только тяжело вздохнул. Кажется, он понял, почему она такая неприступная и категоричная. Но легче ему от этого не стало. Лето близилось к концу, скоро он уедет и больше никогда её не увидит. И даже не узнает, как её зовут. ***** Наступил последний день августа. Последний день лета. И последний день, когда Дмитрий работал на базе отдыха спасателем. Было раннее утро, и он еще спал. А вот девушка, о которой Дмитрий думал почти всю ночь, с утра пришла на пляж. И, несмотря на то, что на море были большие волны, она пошла в воду. Чарли — тот самый пес, который каждый день бегал за Дмитрием хвостиком — лежал возле спасательной вышки и внимательно наблюдал за девушкой. Когда она подошла к воде, он вскочил, пробежал немного вперед и громко залаял. Девушка обернулась. — Что? Страшно? — рассмеялась она. — Вот и сиди там, жди, когда твой спасатель придет. Хотя какой он спасатель, так — одно название только… Девушка зашла в воду. Первые волны заставили её немного отступить, но потом она привыкла к ритму моря. Переждала одну волну, нырнула под следующую и поплыла вперёд. Чарли подошел почти к самой кромке воды и, сев на песок, продолжал наблюдать за ней. Сначала она плыла вдоль берега, потом очередная большая волна вынесла её дальше в море. Она нырнула, вынырнула и снова поплыла. Чарли не сводил с неё глаз. Девушка видела собаку, сидящую на берегу, и улыбалась. Она уже наплавалась и теперь плыла в сторону пляжа. Волны действительно были большие, и ей не хотелось рисковать. А через несколько минут она с удивлением для себя обнаружила, что берег почему-то не становится ближе. Наоборот, до пляжа было уже заметно дальше, чем минуту назад. Девушка стала грести активнее, и через несколько десятков гребков она снова подняла голову. Берег оставался почти на том же месте. Тогда она впервые почувствовала тревогу. А вместе с ней тревогу чувствовал и Чарли. Он уже понял, что что-то не так — девушка плывет к берегу, но никак не может доплыть. Пес вскочил, забежал в воду и громко залаял. Тем временем девушка продолжала отчаянно грести в сторону берега. Она уже поняла, что происходит. Это было отбойное течение. Оно тянуло воду от берега в море узкой, почти незаметной полосой между волнами. Девушка не видела его и поначалу не понимала, почему, несмотря на все усилия, почти не продвигается вперёд. А теперь поняла и… …ей стало страшно. И не только потому, что она не могла выплыть. А еще и потому, что людей на берегу не было. Снова и снова она пыталась плыть в сторону пляжа, но снова и снова у неё ничего не получалось. Через какое-то время её руки начали тяжелеть. «Надо не прямо к берегу», — мелькнула у неё мысль. — «В сторону, как папа учил». Вот только ни прямо, ни в сторону плыть не получалось. Море шумело дыхание сбилось, а следующая волна ударила по телу, закрутила и потащила вниз. Она вынырнула, судорожно хватая воздух. — Помогите! — крикнула она. — Кто-нибудь! Очередная волна ударила ей в плечо, и она захлебнулась. На несколько секунд исчезла под водой, вынырнула и начала беспорядочно барахтаться, уже не разбирая, куда плыть. Чарли услышал её крик, и бросился в воду. Вот только плыть ему было нелегко. Первая же волна ударила его в грудь и отбросила назад. Пес снова поплыл вперёд, отчаянно перебирая лапами, но следующая волна накрыла его с головой. Чарли выбрался на берег, отряхнулся и снова посмотрел вдаль. Никого не было. — Гав! Гав! — яростно залаял пес, переминаясь с лапы на лапу. Девушка на мгновение появилась на поверхности и снова пропала. Чарли заскулил. Он снова бросился в воду, но теперь уже не поплыл прямо. Несколько секунд пес изо всех сил пытался пробиться вперёд, затем резко повернул обратно.

Как находят Друзей...💗💗💗 На крыльце сидел Кот. Два глаза как две зеленые искорки отражали свет открытой двери. — Ты чей? — Человек подошел поближе, рассматривая «гостя»... Рваные уши, морда в шрамах, мощные короткие лапы, настороженный взгляд... — Всё с тобой ясно... Ничей. Жрать хочешь? Он отсыпал из своей тарелки горку еще теплых макарон. Добавил туда одну из двух сосисок. Мелко нарубил кусок колбасы... Пододвинул миску к Коту. Сам сел за стол, звякнул бутылкой... — Извини, тебе не предлагаю. Ну, за встречу! — За встречу... Зеленые глаза сверкнули укором: — Сопьешься, дурак! — Все может быть... Ты ешь, ешь, приятель! Ну, давай по второй... За женщин! Хотя нет, давай лучше за родителей... — Это можно. Святое. Присоединяюсь. Котяра сыто прищурился и подошел поближе, демонстрируя шрамы на мощном загривке. Сел, начал было умываться, но передумал, развернулся и пошел обратно — в темноту осеннего вечера... — Ну, мне пора... Дела, брат. Спасибо тебе. — Да, в общем, не за что. Ну, давай... Заходи, если надумаешь. А то мне одному знаешь как-то... — Непременно.. И исчез в темноте так же внезапно, как и появился. Только пустая вылизанная до блеска миска осталась стоять на полу... Котяра пришел через два дня. Тяжело проковылял по саду, приволакивая заднюю лапу и оставляя за собой красным пунктиром кровавый след... На правом боку темнела свежая рана. — Кто ж тебя так? — Собаки, чтоб их... Расплодились... Порядочному коту и пройти негде. — Лежи, не двигайся. Сейчас аптечку принесу. Спирта нет, придется водкой промывать... Терпи, боец! ... Еще через час... —Ну вот и все. Ты как, живой? Знобит? Это нормально. Много крови потерял. Давай я тебя к печке положу... Если надо чего, подай голос, я рядом. ... Спать не хотелось. Человек сел в кресло, включил торшер и протянул руку за книгой. Кот жалобно застонал и попытался перевернуться на другой бок... Потом приподнялся, посмотрел вокруг мутными от боли глазами и снова упал на заботливо сложенное вчетверо ватное одеяло. ... Через три дня... — Я ухожу... Котяра захромал к двери. — Куда? — Неважно. Просто ухожу. У меня нет дома. И никогда не было. Я уже здоров. Мне пора. — Ты и двух недель не протянешь! А если и протянешь, то эту зиму не переживешь... — Значит, судьба такая... Кот невозмутимо открыл лапой дверь, неловко спустился с крыльца и пошел по мерзлой земле к калитке. ... Он не пришел на следующий день. К вечеру ветер усилился, и на поселок обрушилась снежная метель... Первая в этом году. Ветер гнул старые сосны, свистел в трубе, выдувал тепло из дома и пел какую-то свою жутковатую песню на одной ноте... Человек вышел на крыльцо, прислушался к отдаленному собачьему лаю, зябко поежился, попытался рассмотреть что-то в белесой мгле... Постояв пять минут, вернулся в комнату и подбросил дров в печку. Потом подошел к шкафу, достал еще один свитер, черную вязаную шапочку и выгоревший армейский бушлат. Неторопливо и тщательно оделся... Взял фонарик, аккуратно закрыл за собой дверь и исчез в ледяном холоде ноябрьской ночи. ...Человек вернулся через два часа. Батарейки в фонарике «сели» окончательно. Он зажег «летучую мышь», подумал, налил полстакана, втянул в себя водку посиневшими от холода губами. И снова ушел в ночь... Он нашел Кота только под утро. Случайно увидев струйку пара, пробивающуюся из подтаявшего сугроба, яростно начал разгребать снег негнущимися замерзшими руками... Сорвал с себя бушлат, завернул в него окровавленное, начавшее уже коченеть тельце и побежал к дому, взрыхляя снег негнущимися ногами в тяжелых армейских ботинках... Кот на короткие мгновения приходил в себя, шипел, оскаливал в жуткой гримасе клыки, пытался выпустить когти, но силы быстро заканчивались, и он снова проваливался в беспамятство... Он был еще там, в своем последнем бою... А потом... Потом был сумасшедшая гонка машины по обледеневшему шоссе, врач, удивленно качающий головой, операционная... Котяра выжил. ... Еще через два дня... Он осторожно поднял голову, покачиваясь, поднялся с лежанки и, с трудом подтягиваясь на передних лапах и путаясь в бинтах, залез на кровать. Встал в изголовье, долго и внимательно смотрел на лицо спящего... И медленно, словно удивляясь самому себе, потерся головой о небритую щеку, удовлетворенно вздохнул, свернулся калачиком и блаженно закрыл глаза... #интересныеистории

Я слышу Августа прощальные шаги, Как быстро промелькнуло Лето...

И ЛАПОЧКА ДОЧКА !