Людмила Вершинина

В 1829 году английская пианистка Мэри Новелло навестила в Зальцбурге слепую восьмидесятилетнюю старушку и с горечью записала в дневнике, что та, всеми забытая,  живёт в скорби и нищете. Ту бедную старушку звали Мария Анна Моцарт, и была она первым вундеркиндом знаменитой семьи Моцартов, одной из первых женщин-концертанток Европы и человеком, сохранившим для мира наследие любимого брата. Так почему же случилось так, что в истории музыки ее имя благополучно позабыли? Отец, Леопольд Моцарт, был требовательным педагогом и тонким стратегом. Он начал обучать дочь игре на клавесине в восемь лет – по меркам XVIII века это считалось ранним стартом: в семье Бахов детей сажали за инструмент не раньше десяти. Мария Анна схватывала всё мгновенно, и уже в десять она играла сложнейшие пьесы точно и совершенно свободно, приводя в восторг взрослую публику. Младший брат внимательно наблюдал за её уроками, а потом садился за инструмент и повторял все, что видел. Отец не мог поверить собственным глазам –

Рихард Зорге не был похож на расхожий образ скромного «рыцаря плаща и кинжала». Он кутил, гонял на мотоцикле по Токио, имел множество романов и тратил деньги направо и налево, но при этом оставался убеждённым коммунистом, готовым отдать жизнь за идеалы, которые его буржуазная семья презирала. Как же получилось, что сын состоятельного немецкого инженера сначала добровольно пошёл на войну во славу кайзера, а затем через годы сомнений пришёл к коммунизму и, оставшись в одиночестве, погиб на чужбине? Рихард родился в 1895 году в Баку в семье немецкого инженера и русской матери. В 1898 году семья переехала в Германию, где юный Зорге получил воспитание, типичное для образованного бюргера. Но шовинистический угар начала Первой мировой войны увлёк и его: в октябре 1914 года, не закончив школу, Рихард добровольцем ушёл на фронт. Война стала той «школой», которая навсегда изменила его мировоззрение. Он прошёл ужасы Западного и Восточного фронтов, был дважды тяжело ранен. Осколком ему раздробило

21 марта 1920 года в петроградской больнице имени Карла Маркса, которая до революции носила имя Святого Георгия, в семье выходцев из Эстляндской губернии родился мальчик, которого назвали Георгом. Кто мог знать, какая судьба ждёт малыша... Через несколько десятилетий его будет знать и любить вся страна, он прославится в качестве одного из величайших баритонов ХХ века. Георг рос в творческой атмосфере. Его отец — Карл Отс — был известным оперным певцом, солистом театра «Эстония». Дед Ханс руководил хором и играл на органе, прадед Тыну учительствовал в эстонской деревне и играл на скрипке. Поначалу юный Георг не проявлял особой предрасположенности к пению. Но в доме постоянно звучала музыка, отец репетировал оперные партии. Однажды, когда к отцу пришла в гости итальянская певица Арманда Дельи Аббатти, мальчик, спрятавшись под столом, накрытым скатертью, поразил гостью тем, что спел песню Карузо «O sole mio», повторив запись с пластинки. В юности Георга Отса сильнее всего увлекал спорт. О

Приготовьтесь к культурному шоку! Забудьте о классических мраморных изваяниях, потому что китайская скульптор Лу Ли Ронг вывела искусство лепки на совершенно новый уровень. Ее работы настолько реалистичны, что кажется, будто они вот-вот заговорят, вздохнут и шагнут в нашу реальность. Это не просто скульптуры – это живые портреты, застывшие во времени. Лу Ли Ронг обладает невероятным талантом передавать красоту и грацию человеческого тела с такой точностью, что дух захватывает. Магия в деталях: Секрет ее мастерства – в невероятном внимании к деталям. Каждая складка кожи, каждый изгиб пальцев, каждая прядь волос – все проработано до мельчайших подробностей. Пропорции идеальны, анатомия безупречна. Кажется, будто Лу Ли Ронг не лепит скульптуры, а клонирует живых людей. "Я всегда стараюсь уделять максимум внимания деталям," - говорит Лу Ли Ронг в одном из интервью. "Для меня важно, чтобы каждая скульптура была максимально реалистичной и передавала эмоции и чувства." Волшебство в каждо

«Солнце жжёт; перед грозою Изменился моря вид: Засверкал меж бирюзою Изумруд и малахит» «Солнце жжёт; перед грозою...», А. К. Толстой (1856) Бирюза относится к числу редких непрозрачных минералов. Благодаря своему шелковистому блеску, наличию вкраплений в виде тонкого сетчатого рисунка и цветового многообразия бирюза с древних времен занимает почетное место в ювелирном искусстве. Считается, что название «бирюза» имеет персидские корни и означает «камень счастья». В Европе, куда этот минерал попал по шелковому пути из Персии через Турцию, он получил название «турецкий камень» — от французского turquoise. В ювелирных украшениях бирюза используется в виде кабошонов, плоских вставок или мелких «бусин». В основном мастера выделяли драгоценную и полудрагоценную бирюзу. Самой ценной признавалась драгоценная бирюза — яркая сине-голубая или голубая, молодая, твердая, просвечивающаяся по краям. Такой камень в виде кабошонов закреплялся в ювелирных украшениях в сочетании с алмазами, жемчугом, руб

Станиславский посмотрел на неё и сказал прямо: «Более голой и бездарной я её не видел». Зал при этом рукоплескал. Критики писали восторженные рецензии. А импресарио выстраивались в очередь. Это не парадокс эпохи. Это история об одном конкретном таланте, который не значится ни в одной программе консерватории. Ида Рубинштейн не умела танцевать. Не умела играть. Голос её современники описывали как «странный» и «с дефектами дикции». По меркам профессиональной сцены начала XX века она не должна была выходить дальше любительских гостиных. Но она вышла — и затмила всех, кто умел всё то, чего не умела она. Как это возможно? И что именно она делала, если не танцевала и не играла? Родилась она в Харькове в 1883 году, в семье, которая входила в число богатейших на юге Российской империи. Рано потеряв родителей, Ида стала наследницей огромного состояния и переехала в Петербург под опеку родственников. Здесь к ней приглашали лучших педагогов по всем направлениям — от античной словесности до музыки.