Галина Борохова (Масливченко)

Письмо из нотариальной конторы Марина нашла случайно — оно упало за тумбочку в прихожей, и если бы не закатившаяся туда серёжка, она бы никогда его не увидела. Конверт был вскрыт. Аккуратно, канцелярским ножом, по верхнему краю. Так вскрывал письма только Андрей. Марина развернула лист и пробежала глазами первые строки. Потом перечитала. Потом ещё раз, медленно, по слогам, как ребёнок, который учится читать и не верит тому, что складывается из букв. В письме говорилось о праве собственности на квартиру. На эту самую квартиру, в которой она стояла босиком на холодном кафеле прихожей. Собственником значилась Зинаида Фёдоровна Крылова. Свекровь. Руки задрожали так сильно, что бумага зашуршала, выдавая её волнение пустой квартире. Марина прислонилась спиной к стене и медленно сползла на пол. Кафель был ледяным, но она этого не чувствовала. Холод внутри был сильнее. Три года назад, когда они с Андреем расписались, свекровь сама предложила: «Живите здесь, детки. Квартира ваша. Я её оформлю н

Три года назад у меня и Дмитрия родился сын Артём. Бабушка, Валентина Петровна, очень ждала появления внука, ведь её собственный ребёнок — это лишь мой муж Дима, и ей всегда хотелось иметь большую семью, но судьба сложилась иначе. Сразу после родов бабушка сказала: Алена, как только вас выпишут, приезжайте прямо ко мне. У меня всё готово! Она пришла встречать нас из роддома с большим пакетом детской одежды и сообщила, что первые месяцы будем жить у неё, потому что она хочет помогать нам и поддерживать. Я подумала, что останемся всего на месяц, но в итоге мы жили там целых 4. Ночью бабушка вставала к Артёму, давая мне поспать и отдохнуть. Утром я обнаруживала сыночка сытого, чистого и довольного, пока бабушка держала его на руках и напевала песенки. Иногда я просила отдать мне малыша: Валентина Петровна, я же сама могу справиться! Но та мягко отказывалась: Тебе надо побольше отдыхать, моя хорошая. Не переживай, я прекрасно справляюсь. И мама моя, Ирина, тоже мечтала общаться с малышом.