Ольга Романова

здесь первая часть рассказа — Ты что, Василич, коня начал острым перцем кормить? — прозвучал сквозь сон ироничный бас кочегара Вани Ёлкина. — Не понял юмору, — зевнул ИВЛ, продрав глаза. — Ну у тебя тут написано «Драконий навоз», а насколько я помню, у тебя из скотины только лошадь да куры, — показал Ёлкин на картонную рекламу, которую Лебедев прикрепил к прицепу пластиковым хомутом. — Маркетинг, конечно, огонь. Сам придумал, или тетя Маша науськала? — Да какой маркетинг-шмаркетинг! Реально драконий навоз, — встал со своего складного стула Илья Васильевич. — Овощи прут, как волосы на лице с похмелья. Хоть глина, хоть песок — всё равно. Земля рожает, как твоя сестра после переезда в город. — А ты Василич, продавец от бога, — сплюнул обиженно Ёлкин. — Почем мешок? — Полторашка. — Спирту? — Полторы тыщи, — замотал головой ИВЛ. — Че-е? Рублей? — усмехнулся Ёлкин. — Ты, часом, не свое собственное гуано продаешь? А то что-то ценник и правда драконий. — Или бери, или иди своей дорогой и не о

В небольшой деревне, затерянной среди холмов, жил мальчик по имени Ваня. Родителей он не помнил: мать ум..рла, когда ему едва исполнилось пять, отец пропал без вести на лесоповале. Дом, доставшийся от родителей, стоял на отшибе, и односельчане помогали мальчишке чем могли — кто хлеба принесёт, кто картошки, кто дров наколет. Ваня рос тихим, серьёзным не по годам, в десять лет уже управлялся с печью, носил воду из колодца и чинил прохудившуюся крышу. Осень в тот год выдалась дождливая и холодная. Дни стали короткими, по вечерам с гор тянуло сыростью, и Ваня, затопив печь, сидел за столом, читал потрёпанную книжку при свете керосиновой лампы. За окном хлестал дождь, ветер гудел в трубе, и мальчик уже собрался спать, когда услышал стук — тихий, неуверенный, будто кто-то скрёбся в дверь. Он открыл. На пороге стояла старуха — маленькая, согбенная, вся мокрая. Лицо её скрывал рваный платок, из-под которого выбивались седые космы. Она держалась за косяк дрожащей рукой и смотрела на Ваню сл

Семье Стрелкиных требовалась собака. Они строили дом на чистом энтузиазме — своими руками, которые к строительству были совершенно непригодны, и на деньги, которых вечно не хватало. Мало того что они сами себе проблем нашли на десять лет вперед, так тут еще кто-то повадился стройматериалы воровать прямо у них из-под носа. Собаку хотелось побольше, покровожаднее, чтоб воров съедала вместе с обувью. Потому что на корм животному у Стрелкиных денег тоже не предвиделось. Они и сами уже давно облизывались на пролетающих мимо чаек и пробегающих мимо забора котов. Будущий дом утилизировал деньги со скоростью звука. Глава семьи Вася Стрелкин прогулялся по интернету в поисках подходящего кандидата на роль лохматого убийцы, но ничего не нашел. Вернее, всё, что он находил, было как-то неоправданно дорого. Отныне Василий всё в жизни измерял в строительном эквиваленте. Так, щенков алабая предлагали по себестоимости отмостки, кавказские овчарки шли по цене септика, а за ротвейлера просили поддон кера

Лапы крупного волка осторожно ступали по раскисшей от недавнего дождя тропе. Сильный запах свежей человеческой крови вёл его в сторону ущелья Фиолетового хребта. Там, вдоль горной речушки, окружённой лесом, пролегала дорога к ближайшему городу. Зверь не любил охотиться в этих местах. Здесь можно было нарваться на охотников или патруль гвардейцев из Вилье — самого крупного поселения этих земель. К тому же, город был центром местной власти из-за близости замка герцогов Эвро Де Вилье. А где замок, там и немалый гарнизон… Усилиями правителей город процветал: ремесленники предлагали различные товары, окрестные селяне везли на местный рынок всевозможный провиант, а уж праздничные городские ярморки спешили посетить и купцы из соседних земель. Вот только гости города не любили здесь задерживаться дольше необходимого. Тому виной было древнее проклятие сожжённого на костре местного колдуна, гласящее, что скоро людские грехи переполнят чашу терпения Всевышнего, а чистая душа поддастся искушению з

1 часть 2 часть Тетя Маша была человеком сдержанным и рассудительным, если дело не касалось ее социального статуса. Здесь амбиции преобладали над разумом, и женщину несло как Наполеона по Пруссии. Щедро даря арбузы своим друзьям, родственникам, недругам и злопыхателям, тетя Маша запускала новую волну сарафанного радио и была его главной ведущей. Появились первые заказы на драконье удобрение. Кочегар Ёлкин всегда хотел выращивать на своем участке табак. Если уж и портить флюорографию, то делать это домашним продуктом. Вечно худеющая соседка Татьяна тоже была не прочь посадить на участке авокадо и манго. Диеты — удовольствие не для бедных, тянуть один фрукт неделю, заедая его макаронами с жареной свининой, — малоэффективный метод борьбы с лишним весом. Илья Васильевич тем временем потерял всякий страх. На работу он теперь летал на сильно подросшем драконе, выгуливал его по деревне, словно какую-то болонку, без намордника, и даже заправлял зверя на местной АЗС, если на карте имелись бонус