чёрная сотня

Константин Савицкий - удивительный художник-передвижник, который оставил нам частичку русской истории, изображая на своих полотнах сюжеты жизни простого народа. Крестьянская тема была очень ему близка и понятна. Он умело соединял большое количество персонажей, грамотно расставляя акценты и привлекая внимание зрителей, используя цветовую палитру в сдержанных тонах. Большое количество картин хранится в России - в Третьяковской галерее, Русском музее, а также в Пензенской картинной галерее. И так уж получилось, что Константина Савицкого часто связывают с картиной Ивана Шишкина "Утро в сосновом лесу". Удивительная история! Шишкин написал лес, а вот медведи - творчество Савицкого. Вопрос соавторства решился просто - Третьяков просто стер имя второго художника. Многим эта история казалась не понятной, пошли разговоры, пересуды. Третьяков уплатил за работу четыре тысячи рублей, причем тысяча была отдана Савицкому. Это никак не повлияло на дружбу художников и, более того, Константин станет к

Зима в русском искусстве - это особое состояние души, запечатленное в серебристом инее, в багрянце заката на снегу, в уютном свете окон. Среди певцов этой "волшебной зимы" Константин Горбатов занимает особое место. Его картины - это настоящая сказка. Он не изображал холод и стужу, а воспевал уют, тепло человеческого очага и ту тихую, праздничную магию, которая превращает заснеженный город или деревню в декорацию к доброй рождественской истории. Отправимся же в эту волшебную страну, зиму глазами Константина Горбатова! Город в снегу В творчестве Константина Горбатова картина "Город в снегу" занимает особое место, раскрывая всю поэтику его волшебной зимы в камерном, почти интимном формате. Хотя техника и скромные размеры отличают её от монументальных холстов, именно в этой работе сконцентрированы главные черты его художественного мира, ностальгия по идеальному прошлому и умение найти праздник в обыденном. "Город в снегу". Бумага, гуашь, акварель. 33 x 37 см. Частное собрание. Горбатов Кон

В искусстве немало примеров, когда художнику не повезло стать вторым, слишком похожим на другого. Такая судьба выпала замечательному маринисту из Очакова Руфину Судковскому (1850 – 1885). Некоторые из его лучших картин легко перепутать с работами кисти мэтра Айвазовского. Сам Иван Константинович говорил о нем так: «Это будет мой достойный соперник, если не превзойдет меня». Не прошел мимо полотен Судковского и гениальный Куинджи. Правда, высказался совсем не лестно – обвинил коллегу в плагиате и заявил, что пейзаж «Прозрачная вода. Мертвый штиль» полностью повторяет его шедевр «Ладожское озеро». Что ж, сходство действительно немалое, и Архипа Ивановича поддержали многие, включая Крамского и Репина. Хотя вряд ли Судковский сознательно пошел на «кражу» - просто оказался вторым, разработав схожий мотив. Как бы то ни было, фатальной для Руфина Гавриловича эта история не стала. В 1880-х в Санкт-Петербурге прошли три выставки его произведений, а великолепная «Буря близ Очакова» принесла

Эта памятная картина, принадлежащая к распространенному и милому жанру семейных портретов, изображает художника Якоба Йорданса (1593–1678) не за мольбертом или в халате художника, а в элегантном наряде, и держащего в руках лютню, а не палитру. Каждая деталь указывает на его высокое социальное и финансовое положение, настолько, что работу можно сравнить с выразительным «Автопортретом с Изабеллой Брант», написанным Питером Паулем Рубенсом (1577-1640) десятью годами ранее. Семья Йордансов наслаждается расслабляющей атмосферой и тенью цветущего в конце лета сада с бьющим фонтаном и молодой служанкой, несущей корзину спелого винограда. Очаровательная маленькая белокурая девочка, любимая дочь художника, изображена улыбающейся и застенчивой, с нежным румянцем, заливающим её щёки, и выражением лица, которое является смесью смущения и любопытства. Фигура, поистине достойная маленьких девочек Пьера Огюста Ренуара (1841-1919). Картина имеет размер 181 на 187 см. Увидеть её можно в Музее Прадо в

На картине «Портрет Женщины, Одержимой Карточной Игрой» изображается уже пожилая, измождённая женщина в плохо сидящем на ней коричневом пальто. Белизна её рубашки, едва видная под пальто, соответствует шарфу, повязанному вокруг её головы. В правом нижнем углу холста показан костыль, лежащий у неё на коленях. Картина входит в целую серию портретов, которые Теодор Жерико (годы жизни 1791-1824) сделал незадолго до своей смерти, изображая психически больных мужчин и женщин, поддавшихся различным порокам. Конкретно здесь безумная пожилая женщина страдает от последствий зависимости игры на деньги в карты. В результате азартных игр она потеряла свои сбережения и безопасность, оказавшись на грани безумия. Было предложено много причин, по которым Жерико мог создать все эти работы, включая и его собственное ухудшающееся психическое здоровье, депрессию, от которой он страдал, или, вполне возможно, это был обычный заказ от психиатра – доктора Этьена-Жана Жорже (годы жизни 1795-1828). Портреты явля