Таисия Рябова

Деревня Заречье тонула в предзакатном золоте. Пыльная улица, пахнущая полынью и навозом, замирала в вечерней дреме. У околицы, в самом большом доме под новой металлочерепицей, кипели приготовления – старший сын завгара, Тимофей собирался жениться на дочери участкового, Марине. А в маленьком домике на краю деревни, где скрипели половицы и пахло кислым молоком, Алена, дочь доярки Галины, сидела на кровати, обхватив руками живот. Еще плоский, невидимый под ситцевым платьем. — Алён, ты чего такая невеселая? — мать смотрела на нее с тревогой, вытирая руки об фартук. — Тимофей-то женится. Говорят, на участкового дочке. Это же выгодно, конечно... Алена отвернулась к окну. Слово "выгодно" резануло, как серпом. Тимофей, ее Тимка, с которым они с детства бегали на речку, целовались на сеновале, мечтали... Месяц назад, когда она сказала ему о ребенке, побледнел. — Ты с ума сошла! Сейчас, когда мне карьера светит! Папа в районе пробивает мне место. И с Мариной... это же крыша, Алёна! Понимаешь