Жизненные истории

👿Год я ухаживала за лежачей свекровью, а муж даже палец о палец не ударил. Пока случайно не услышала🐭👾

Ты откуда знаешь, кем была его мать? Кто она вообще? Что из этого ребенка вырастет? Это же такая ответственность! Галина Васильевна несколько месяцев ссорилась с дочерью. Женщина никак не могла свыкнуться с мыслью, что Катенька пошла против ее воли. Игорь Галине Васильевны не понравился изначально - какой-то невзрачный, в мешковатой одежде, как будто с чужого плеча, молчаливый. Катя, когда рассказывала маме о своем новом знакомом, выставляла его в куда лучше свете: - Мама, Игорь – строитель. Мы с ним познакомились на фестивале. Если честно, он мне очень нравится, с ним интересно. Он не пьет и не курит, живет отдельно от родителей. На свидание меня пригласил сегодня. - Ну… Строители неплохо зарабатывают. Хотя, конечно, Катя, я немного разочарована! Ты – такая красавица, умница и не могла найти кого-нибудь получше? Банкира, например? Или адвоката? - Мам, хватит уже разговоров об одном и том же. Я тебе тысячу раз повторяла, что замуж по расчету я не пойду никогда. Из этих браков, как правило, ничего хорошего не выходит. Супруги друг с другом живут как будто из одолжения. Нет, это не подходящий для меня формат семьи. - Катя, посмотри на меня! Я вышла замуж по любви и что хорошего видела? Тебя с отцом еле подняли, работали в двух местах, чтобы достойное образование тебе дать. Отец и ум.ер рано потому, что здоровье надорвал. Второго ребенка мы себе так позволить и не смогли. Замуж нужно выходить именно по расчету! Катя с каждым днем все больше и больше привыкала к Игорю, рядом с мужчиной ей было действительно легко. Как-то Игорь не пришел на назначенное им самим свидание, и Катя забеспокоилась. Девушка, прождав ухажера почти час, же позвонила ему: - Игорь, привет. Ты опаздываешь? - Кать, привет. Прости, я замотался. У меня тут форс-мажор… Катя в трубке услышала плач маленького ребенка и спросила: - А что случилось, Игорь? - Да там долго объяснять… И момент неподходящий… - Говори, я слушаю. - Кать, ты прости, что я тебе сразу не сказал. У меня ребенок заболел. - Племянник, что ли? - удивилась Катя. - Нет. Сын. - У тебя есть сын? И ты мне ничего об этом не сказал? Подожди, а заболел чем? - Не знаю. Простыл, наверное, где-то. Не могу ему температуру измерить: вертится, плачет, градусник вытаскивает. Кать, извини, мне бежать нужно. Бульон варю, боюсь, выкипит. - Так, немедленно называй адрес! Я сейчас приеду. Несколько часов Катя провела с Игорем и его сыном, Костиком. Малыш действительно простудился. Катя, вдоволь навозившись с ребенком, засобиралась домой. Игорь, виновато переступал с ноги на ногу в коридоре, дожидаясь, пока девушка обуется: - Кать, ты, наверное, больше видеть меня не захочешь, поэтому скажу сейчас… Спасибо тебе большое! Я еще не очень привык к роли отца-одиночки, и в некоторых моментах теряюсь. - Почему это видеть не захочу? - удивилась Катя. - Женщины, когда узнают, что у меня есть сын, сразу сбегают. - Ничего подобного, - уверила Игоря Катя, - Костик - чудесный пацан, мне он очень понравился! Если позволишь, я бы хотела иногда его навещать. *** Катя с Игорем готовились к свадьбе. К тому моменту Галина Васильевна уже была знакома с будущим зятем и знала о том, что у него есть ребенок. Выбора дочери женщина не одобрила, пыталась манипулировать, обещала отказаться от Кати, завещать квартиру соседке или просто ум.ереть, если она выйдет замуж за вдо.вца с ребенком. Катя внимания не обращала. - Да как ты не поймешь, - ругалась Галина Васильевна, - что это лотерея?! Чужого ребенка вообще сложно воспитать достойным человеком, мало тебе примеров что ли в жизни? Брали люди детей из детского дома и что из них потом вырастало? Катя как раз собирала вещи и молча выслушивала нотации матери. Услышав фразу про детский дом, девушка подняла голову и внимательно посмотрела на мать: - Я никогда бы не подумала, что ты такая черствая! Что с тобой происходит? Мама, это же ребенок, маленький, беззащитный, потерявший мать! Как у тебя вообще язык поворачивается такие вещи говорить? - Я тебе забочусь, - обрубила Галина Васильевна, - к кому ты потом прибежишь на сложную судьбу плакаться? Ко мне, к матери! А я тебе тогда уже ничем помочь не смогу, будет поздно! Я требую, чтобы ты немедленно разорвала свои отношения с Игорем. Ладно, куда бы ни шло, если бы ты выходила замуж за бездетного строителя, я бы еще как-то стерпела. Но Игорь тебе не пара! - Я сама буду решать, с кем мне жить. Слава Богу, уже давно совершеннолетняя. Мама, давай не будем портить отношения? Пожалуйста, не лезь в мою жизнь. Приглашение на свадьбу Галина Васильевна проигнорировала, разделить с Катей счастливый для нее день не захотела. Невеста очень расстроилась, но виду не показала. Игорь уловил изменившееся настроение супруги и попытался ее успокоить: - Катя, не расстраивайся, пожалуйста. Я приложу все силы, чтобы наладить хорошие отношения с твоей мамой. Нужно только для этого немного времени. - Да я знаю, - вздохнула Катя, - просто обидно как-то. Она же знала, как для меня дорог этот день. Ладно, не будем о грустном, пойдем к гостям. *** Галина Васильевна три месяца после свадьбы с дочерью не общалась, потом все же позвонила спросить, как она там поживает: - Здравствуй, мама. Нормально все, хорошо. - Да что-то мне не верится, - протянула Галина Васильевна, - обманываешь, наверное? Расстраивать меня не хочешь? - Нет, у нас действительно все хорошо. Ты как? - Да вот не очень, - принялась жаловаться мать, - как я должна себя чувствовать после предательства? Плохо! - Мама, очнись! Кто еще кого предал? Я думала, ты звонишь, чтобы помириться, а ты… - Ладно, давай не будем снова ссориться. Я согласна с тобой, как и раньше, поддерживать отношения, но в своей квартире ни Игоря, ни его отпрыска я видеть не хочу. Я сразу, Катя, все точки над «и» расставляю. - Ну, тогда и я, мама, не буду тебя навещать. Мне неприятны твои условия. Получается, ты обделяешь мою семью! *** Галина Васильевне пришлось пойти на уступки и пересилить себя. Она ходила по приглашению дочери к ним в гости, старалась сохранить приветливое выражение лица, разговаривая с Игорем. Только к Косте ей никак не удавалось побороть брезгливость. Галина Васильевна сама не понимала, что плохого ей сделал этот маленький мальчишка. Костик, дружелюбный, жизнерадостный, тянулся к Галине Васильевне, а та делала все, чтобы он к ней не прикасался. Катя это замечала, но матери претензий не выговаривала, надеялась, что все же со временем она изменит свое мнение и отношение к Костику. *** И Катя, и Игорь работали. После свадьбы мужчина предложил было жене осесть дома, но Катя отказалась: - Игорь, мне сейчас нельзя увольняться. Ты же сам знаешь, что профессия у меня не особо популярная, узконаправленная, место потом очень тяжело будет найти. Да и я только-только начала с проектами справляться, меня начальство ценить стало. Может быть, мы няню для Костика наймем? - Можно. Есть у меня женщина одна, знакомая пенсионерка, она с сыном сидела, пока я работал. Хочешь, я ей позвоню? Валерия Геннадьевна с радостью согласилась присматривать за малышом, деньги для пенсионерки были не лишними. Все было хорошо, пока как-то вечером няня не позвонила Кате и не ошарашила ее: - Кать, привет. Я, кажется, заболела. Температура, кашель, знобит меня. Можно я пару дней отлежусь? Боюсь, что Костика заражу, сейчас же осень, сезон простуд. - Конечно, Валерия Геннадьевна, конечно. Лечитесь, не переживайте, мы что-нибудь придумаем. Вы, пожалуйста, позвоните, как почувствуете себя лучше. Катя попыталась отпроситься с работы хотя бы на пару дней, но руководитель ее не отпустил, объяснил, что нагрузка сейчас на отдел большая и без нее коллеги просто не справятся. Катя пригорюнилась: Игорь тоже не мог остаться дома. Объект, над которым муж работал последние полгода, готовился к сдаче, и он, как прораб, обязательно должен был присутствовать на приемке. Катя позвонила по объявлениям в газете, но никто не соглашался присматривать за ребенком 2-3 дня. Няни, в основном, искали работу на долгий срок. Делать было нечего, и женщина позвонила своей матери. Галина Васильевна поначалу отказалась: - Нет, даже не думай! Катя, извини, я тебе помочь ничем не могу. - Мам, ну, пожалуйста, - взмолилась женщина, - действительно больше некого попросить помощи. Я столько вариантов перепробовала! Кате пришлось уговаривать мать практически час, но в конечном итоге Галина Васильевна все же согласилась. На следующий день рано утром Катя со спокойной душой отвезла маленького Костика к матери и поехала на работу. Ближе к обеду Катя позвонила матери и услышала громкий рев Костика: - Мам, что у вас там происходит? - Ничего не происходит, он просто капризничает. Не волнуйся, все у нас хорошо. – сказала Галина Васильевна и бросила трубку. Катя пошла к начальству и попросила уйти с работы пораньше, объяснила, что дома ее ждет больной ребенок. Руководство Екатерине пошло навстречу и уже через сорок минут женщина подъезжала к подъезду матери. Ключи от квартиры у Кати были, она открыла ими двери, вошла в прихожую и услышала голос матери: - А ну-ка немедленно открой рот! Быстро открывай, сказала! Ну ничего, я сейчас в тебя силой этот суп залью! Я старалась, готовила, а ты ерепенишься! Катя влетела на кухню как раз в этот момент, когда Галина Васильевна отвешивала маленькому Костику подзатыльник: - Не смей бить ребенка! - бросилась Катя на мать, - ты что делаешь? - Его ремнем лупить надо, неслуха, - кричала Галина Васильевна, - я же говорила, что ничего путного из него не вырастет! Катя забрала Костика и уехала домой. В тот же вечер женщина договорилась с соседкой, та за деньги согласилась присмотреть за мальчиком. С матерью Катя больше не общается, для нее поведение родительницы стало ударом. Галина Васильевна тоже извиняться не спешит, считает, что перед дочерью она ни в чем не виновата. Автор: НЕЗРИМЫЙ МИР. Кстaти, я тeпepь дeлюсь историями eщё и в MAX [🙂] Кaнaл нaзывaeтся «Психология и саморазвитие» — пpиxoдитe в гoсти https://max.ru/vzglyan

Почему? Так понятное дело, почему. Гололед ведь на улице – запросто поскользнуться можно, и упасть. И даже сломать что-нибудь, не дай Бог. Поэтому люди лишь неодобрительно качали головами и с сочувствием смотрели на бездомного старика. Им было жалко этого человека, но помочь ему они сейчас ничем не могли. У самих проблем хватает... ***** Опустив голову, большой пёс неспешно шёл по самому краю тротуара, стараясь не обращать внимания на шарахающихся в разные стороны людей. Шарахались они, понятное дело, от него. Почему? Просто люди таким образом перестраховывались. Старались, так сказать, держаться подальше от потенциальной угрозы. Кто его знает, что у этого пса на уме? Да и вид у него был такой… Отталкивающий, что ли. Грязный весь, и пахнет не очень. Раньше, когда пёс был домашним – люди им восторгались и с удовольствием протягивали руки, чтобы погладить, а теперь вот шарахаются. Женщины при встрече с ним тут же хватают своих детей за руки, чтобы те, не дай Бог, не подбежали к собаке и не стали её гладить, а мужчины… …мужчины чаще всего просто отводят в сторону свои глаза, чтобы лишний раз не встречаться с псом взглядом. И отводили они их не потому, что чувствовали какую-то вину перед этим несчастным животным. Нет. Отводили они их для того, чтобы не показать свой страх. Всё-таки собака была довольно крупная. Какому нормальному человеку захочется с ней связываться? Сам же пёс давно уже привык к такому к себе отношению. Поначалу ему, конечно, было обидно – он ведь ни разу даже не гавкнул в сторону двуногих. Ни разу. Даже когда они, торопясь на троллейбус или спеша по другим важным делам, случайно наступали ему на хвост. Причем эти люди сами же потом отскакивали в сторону с перепуганными глазами, руками размахивали в разные стороны и кричали, что-то вроде: «Когда уже этих собак бездомных с улиц нашего города уберут? Сколько можно терпеть это безобразие?» Такие вот ему порой встречались люди. И пёс молча терпел всё это. А что ему ещё оставалось делать? Когда-то у него был свой дом, любимый хозяин и даже машина была, на которой он вместе с хозяином ездил за город. То на рыбалку, то просто шашлыки пожарить. Ездили они и в лес по грибы. В общем, весело было. И хозяин был рад, и пёс счастлив. А потом что-то изменилось в их отношениях. Хозяин стал часто кричать на собаку и даже несколько раз поднимал на неё руку, чтобы та замолчала. Обычно это происходило тогда, когда на улице шел дождь или был сильный ветер, а пёс требовал, чтобы с ним пошли гулять. - Джордж, в окно посмотри! – недовольно ворчал мужчина, опрокидывая очередную рюмку. – Не видишь, что ли, какая погода на улице? Ну не хотелось хозяину выходить из квартиры и, как минимум, полчаса мокнуть под дождем. После того, как от него ушла жена, ему вообще ничего не хотелось. Только и делал, что пил горькую. И вот однажды, когда Джордж в очередной раз громким лаем напомнил о себе, хозяин не выдержал. Он отвёз своего питомца на окраину города и оставил там. Хотя нет… Перед тем, как уехать, мужчина посмотрел собаке в глаза и сказал: «Ну что, Джордж, ты хотел гулять? Вот и гуляй теперь в свое удовольствие!» И пёс, до безумия любящий своего человека, а потому и не заподозрив никакого подвоха, побежал по тротуару в поисках какой-нибудь палки. Он искренне радовался, что, наконец, снова гуляет с хозяином. Как раньше. А когда пёс обернулся на мгновение, чтобы посмотреть, идет ли за ним его хозяин, то увидел только, как тот, сев в машину, быстро удаляется прочь. Вот такого поворота Джордж точно не ожидал. Он пытался, конечно, догнать своего человека, но не смог. Так вот и гуляет до сих пор. Года три, наверное. А может, и три с половиной. Про своего хозяина Джордж уже не вспоминает. Бросил и бросил – это его выбор. А ему надо как-то дальше жить. Жаль только, что он один постоянно. Всё-таки собаки - существа социальные, и для полного счастья им обязательно нужна компания. Да только вот где ж ему найти себе друга, когда от него все шарахаются, как от прокаженного? Так Джордж и жил всё это время в одиночестве. Хотя какой там жил – скорее, выживал, как мог. Вот и сегодня, когда город засыпало снегом, он неспешно шел по тротуару, изредка поднимая голову, чтобы осмотреться: вдруг ему на глаза еда какая-нибудь попадется. Он уже несколько дней ничего не ел, и его желудок очень сильно возмущался по этому поводу. Наконец, Джордж, пройдя немалое расстояние, решил, что пора бы ему немного передохнуть. Он улегся на снег в нескольких метрах от остановки, и, чтобы хоть чем-то себя занять, стал осматриваться по сторонам. Прохожие, как обычно, бросали на него нахмуренные взгляды и старались выдерживать безопасную дистанцию. А пес, как обычно, делал вид, что не замечает их. И вдруг внимание пса привлек старик на противоположной стороне улицы. Это был абсолютно ничем непримечательный человек: отросшая неухоженная борода, длинные седые волосы, торчащие из-под шапки, старая куртка, грязные штаны и грубые черные ботинки без шнурков. Сидел этот мужчина на сложенной вдвое картонке, которая лежала прямо на тротуаре. А перед ним на расстоянии вытянутой руки находилась открытая сумка-торба, в которую проходящие мимо люди (чаще всего женщины) периодически бросали то мелочь, то мятые купюры. Джордж очень долго за ним наблюдал. Он, наверное, и сам не мог объяснить, что его так привлекло в этом человека. Может быть, он встретил «родственную душу»? А почему нет? Этот человек очень похож на него. Ведь он такой же грязный, такой же одинокий и никому ненужный. Многие люди точно так же шарахались от него в сторону, когда проходили мимо. Многие, но не все… Вот, к нему в очередной раз подошла какая-то женщина в белом пальто, спросила его о чем-то, потом тяжело вздохнула, и вытащив из кошелька пятьсот рублей, аккуратно положила их в торбу. А пожилой мужчина, положив правую руку на грудь, молча поблагодарил женщину поклоном головы. И что-то сказал ей еще на прощание, отчего на её лице появилась смущенная улыбка. И знаете, Джордж, когда видел подобные акты доброты и милосердия, почему-то радостно вилял хвостом. Причем у него непроизвольно это получалось. Видимо, он понимал, что неравнодушные люди помогают этому старику, и искренне за него радовался. Да, вот таким был Джордж: сам голодный уже несколько дней, но всё равно радуется, когда кому-то везет больше, чем ему. Наверное, другой бы на его месте подошел бы к этому старику, попросил бы еды, но Джордж не стал этого делать. Как-то вот неудобно ему было просить еду у бездомного. А вот порадоваться за него - это всегда пожалуйста. Это он с удовольствием. ***** Пока пёс продолжал наблюдать со стороны за «родственной душой», недалеко от старика нарисовались трое подростков. - Короче, вон видите, старый дед сидит на тротуаре? – ехидно усмехнулся один из них, небрежно махнув рукой в сторону бездомного. - Ну видим, и что? – Вот у него мы и возьмем деньги. В его торбе по-любому что-то уже есть. Рублей пятьсот, наверное. А может, и больше… Ему тут часто подают на пропитание. В общем, думаю, нам хватит. - А если он за нами побежит? – скептически спросил второй подросток. - Не боись, Олежа, не побежит. - Ты уверен? - Конечно, уверен. Во-первых, он старый и быстро бегать не может. Во-вторых, видишь, рядом с ним трость лежит? - Ну вижу, и что? - А то. Хромой он, понимаешь? Я не первый день его тут вижу. Навёл, так сказать, справки. Поэтому, даже если он и захочет нас догнать, чтобы свои деньги вернуть, то всё равно не догонит. - Слушай, Серёга, а у нас проблем потом не будет? – вмешался в разговор третий подросток, которого звали Антоном. - Что, если он в полицию заявление на нас напишет? Не хватало еще, чтобы родители узнали, что я школу прогуливаю и деньги у бездомных стариков ворую. Они тогда точно у меня компьютер заберут. - Кто? Этот напишет заявление? – засмеялся Сергей. – Не смеши мои ботинки. Он же бездомный. Да его даже слушать никто не станет. В лучшем случае просто пошлют куда подальше. А то могут и за решетку отправить. Так, я не понял, пацаны… Вы что, заднюю решили включить? Сами же все уши мне прожужжали, что на улице холодно, что неплохо бы в кафе посидеть, пока уроки в школе не закончатся. Струсили, что ли? Бездомного испугались? - Да ничего мы не испугались. - Ну тогда чего стоим? Идем? - Ну идем, - одновременно кивнули Олег с Антоном. – А то на улице и правда холодно. И трое подростков, поправив свои рюкзаки, дружно направились к старику, который всё так же сидел на тротуаре. Джордж их заметил не сразу. Но когда заметил, то почему-то напрягся. Не нравились ему эти ребята. Ох, как не нравились... Он даже на таком большом расстоянии почувствовал угрозу, исходящую от них. Пес быстро вскочил на лапы и подошел к краю тротуара – тому, который ближе к проезжей части дороги находится. Когда же подростки оказались рядом со стариком, то Серёга, который предложил своим друзьям этот дерзкий план, ничего не говоря, резко схватил торбу с деньгами, после чего все трое, разразившись громким смехом, быстро побежали в сторону парка. - Стойте! Что вы делаете? Зачем? – закричал на всю улицу пожилой мужчина. Он схватил свою трость, попытался встать, но не получилось. На ноги он смог подняться только с третьей попытки, и мальчишки были уже далеко. Старик с задумчивым лицом посмотрел вслед удаляющимся силуэтам, после чего махнул рукой и, подняв свою картонку, направился в противоположную сторону. А что ему еще оставалось? Догнать он их всё равно не сможет. А даже если бы и догнал каким-то чудом, то что дальше? Если он только попробует забрать у них свои деньги, прохожие тут же заступятся за мальчишек. Они этим хулиганам поверят больше, чем ему. Тем временем Джордж внимательно смотрел на подростков и, переминаясь с лапы на лапу, приглушенно рычал. Он просто не понимал, как у этих троих хватило совести обидеть несчастного старика. И когда машины остановились на красный сигнал светофора, пес бросился на противоположную сторону улицы. Он должен был любой ценой восстановить справедливость. ***** Добежав до парка, подростки остановились и, тяжело дыша, стали озираться по сторонам, чтобы понять, нет ли за ними погони. И когда они поняли, что никто за ними не гонится, то сначала похлопали друг друга по плечу, а потом широко заулыбались, радуясь тому, что всё так удачно получилось. На всякий случай они всё же зашли в сам парк, чтобы «не отсвечивать», и уже там Сергей заглянул внутрь торбы, и заулыбался ещё шире: - Ничего себе! Да тут почти тысяча рублей. Гуляем, пацаны! - Нормально, - одобрительно кивнул Олег. - Слушайте, а может, нам тоже бездомными прикинуться? – предложил Антон. – Неплохо так можно зарабатывать. И в школу можно вообще не ходить. - Не, Антоха, ерунда это. Нас же узнать могут, а потом родителям обязательно всё расскажут. Лучше уж будем периодически у бездомных деньги тырить. Так надежнее. - Это точно, - заулыбался Олег. – Еще никогда я так легко деньги не зарабатывал. Ну что, идем теперь в кафе? - Да, идем, - кивнул Серёга. – Сейчас только деньги достану, а то нас не поймут, если мы с этой торбой в приличное заведение припрёмся. Сергей только засунул руку в торбу, как вдруг заметил бегущего в его сторону огромного пса. Ну вы уже, наверное, поняли, что это был Джордж. А вот подростки видели эту собаку впервые. И она им сразу не понравилась. - Пацаны, что это еще такое? – недоумевал Серёга. - Она к нам, что ли, бежит? - Похоже, что к нам, - испуганно ответили Антон с Олегом. – Слушай, а вдруг это собака того бездомного? - Да не было рядом с ним никакой собаки, - возразил Сергей, быстро вытащив руку из торбы. – Но блин, этот пес точно к нам бежит. Ты посмотри, как она на нас своими глазками зыркает! - Гав-гав! – разразился громким лаем Джордж. И вот тогда подростки испугались по-настоящему. И тут же, постоянно оглядываясь, они бросились бежать к выходу из парка, а потом – по пешеходному переходу на другую сторону улицы. Пес, не сбавляя скорости, побежал за ними. Он даже не остановился, когда увидел «красного человечка» на светофоре, хотя раньше никогда не позволял себе подобной наглости. Но сейчас была совсем другая ситуация. Водители, которые только тронулись с места и сразу же вынуждены были затормозить, чтобы пропустить собаку, яростно сигналили Джорджу вслед. Тем временем подростки, уже изрядно запыхавшись, добежали до жилого дома и свернули за угол. Серёга осторожно выглянул из-за угла, и громко выругался: - Блин, пацаны, он почти рядом! И чего он к нам привязался? Больной, что ли, на всю голову? - Может, бешеный? Подростки, не успев толком перевести дух, снова бросились бежать. Они бежали между домами, потом - вдоль гаражей. И, в конце концов, мальчишки остановились возле решетчатого забора, за которым находилось какое-то производственное здание. - И что дальше? – чуть не плача, спросил Антон, нервно озираясь по сторонам. – Куда бежать? - Давайте через забор. Быстро! – скомандовал Серёга. - Но… - Ты хочешь, чтобы эта псина ненормальная тебя покусала? – прохрипел Сергей. – Давай через забор, там дальше разберемся. Когда Джордж подбежал к забору, то хулиганы уже успели перелезть через него, и вроде даже осмелели немного. - Ну что, собака? Не получилось нас догнать, да? – ехидно улыбался Серёга, просовывая торбу с деньгами через решетку и поднимая её выше своей головы. – Вот это тебе нужно было, да? Ну забери, если сможешь. Ну, что смотришь? Джордж подошел к ограде и зарычал. К его большому сожалению, он действительно не мог ничего им сделать. И вдруг… - Я не понял, вы кто такие? Что тут делаете? И почему не в школе? – раздался грубый мужской голос за спинами подростков. От неожиданности Сергей вздрогнул и выронил торбу с деньгами. Джордж тут же схватил её и отбежал на несколько метров. А когда он снова посмотрел на мальчишек, то их, схватив под руки, уже уводили охранники. И один из них даже грозился вызвать полицию. - Не надо полицию, пожалуйста-а-а… - умоляли его подростки. – Мы случайно тут оказались. За нами собака бежала. - Какая собака? Охранники обернулись, покрутили головами, но никакой собаки поблизости не увидели. - Шутники, значит? Ну ничего, сейчас полиция приедет, потом позвонят вашим родителям и… Что охранник говорил дальше, Джордж уже не слышал. Потому что в тот момент он уже бежал мимо гаражей, между домами, перебежал дорогу и через парк направлялся к тому месту, где просил милостыню пожилой мужчина. На месте его, конечно, не оказалось, поэтому, крепко держа в зубах его торбу, он стал искать его по запаху. И уже через десять минут Джордж увидел вдали знакомый силуэт с тростью. - Гав-гав-нав! – громко залаял Джордж, когда почти уже догнал бездомного. Старик его услышал. Обернулся и... замер. Он сначала испугался, так как подумал, что собака хочет его укусить, но когда увидел в её зубах свою торбу (ту самую, которую у него украли подростки), то так растрогался, что не смог сдержать слёз. Джордж подошел к нему, осторожно положил сумку к ногам и радостно завилял хвостом. Миссия по "восстановлению справедливости" успешно выполнена. - Как же ты… Как же тебе удалось? – еле слышно бормотал старик. Он поднял свою торбу, заглянул внутрь и слезы еще сильнее потекли из глаз. – Спасибо тебе, добрая собака. От всего сердца спасибо. А знаешь, что? Ты побудь здесь. Я сейчас вернусь. Я быстро. Только вот до продуктового магазина доковыляю. Через несколько минут старик, как и обещал, вернулся к псу. А в руках у него был пакет, из которого Джордж еще издалека увидел толстую палку вареной колбасы и буханку хлеба. В животе у него сразу заурчало. - Вот, держи, - улыбнулся мужчина, отламывая хороший такой кусок колбасы. – Заслужил. И Джордж тут же набросился на угощение. Потом старик дал ему еще один кусок колбасы. А за ним – третий. Они стояли недалеко от продуктового магазина и вместе обедали. А когда поели – вместе пошли по улице. Случайные прохожие невольно останавливались и с удивлением смотрели, как бездомный человек в возрасте играет с бездомным псом. Бросает ему палку, а тот с радостным лаем бежит за ней и приносит обратно. Сам же старик и его пёс совсем не обращали внимания на изумленные взгляды, направленные в их стороны. Им сейчас было совсем не до этого. Просто, понимаете – они нашли друг друга. Впервые за долгое время одинокий человек и одинокая собака были счастливы. - Подожди, а ты уверен, что хочешь пойти со мной? – задумчиво спросил старик, посмотрев на собаку, которая не отходила от него ни на шаг. - Я человек бедный. У меня нет ни дома, ни работы… У меня вообще ничего хорошего в этой жизни нет. Ну разве что, кроме тебя. Ты уверен, что… - Гав-гав! – радостно залаял пес, перебив человека. Да, пес был уверен. На все 100, нет – 1000%. Ведь, кроме этого старика, у него тоже в этой жизни ничего хорошего не было. - Ну тогда, Гоша… - улыбаясь, сказал пожилой мужчина. – Ты же не против, если я буду тебя так называть? - Гав-гав! – еще радостнее и громче залаял пес, выражая тем самым своё полное согласие по поводу новой клички. - Ну тогда пошли, Гоша… И они пошли. Вместе. И сколько им «наверху» отведено, столько они вместе и будут. Конечно, нет ничего хорошего в жизни на улице. Но, знаете, хорошо, когда ты не один. Хорошо, когда рядом есть кто-то, с кем ты больше не думаешь про одиночество. И про то, что никому не нужен. Это и есть счастье. Самое настоящее… Автор: Заметки о животных. Спасибо, что прочитали этот рассказ 🌻 Сталкивались ли вы с подобными ситуациями в своей жизни? Кстaти, я тeпepь дeлюсь историями eщё и в MAX [🙂] Кaнaл нaзывaeтся «Психология и саморазвитие» — пpиxoдитe в гoсти https://max.ru/vzglyan

Жизнь Вали с самого начала складывалась неплохо. Она жила в полной семье с мамой, папой и старшим братом в пригороде Санкт-Петербурга. Рядом, в сердце северной столицы, в собственной двухкомнатной квартире жила бабушка Вали, уже старенькая, но еще вполне бодрая. Валентина ходила в школу, старший брат скоро должен был идти служить в армию. Жизнь текла своим чередом. Девочка была в пятом классе, когда бабушка решила переехать в небольшую деревню, там ее ждал домик, ветхий, но добротный. А питерскую квартиру старушка подарила Вале и Ване, наказав, чтобы они жили там, когда окончат школу. Пока же родители сдавали квартиру, получая неплохую прибавку к зарплате. Первым в квартиру заселился брат Вали. Ваня окончил школу, а потом отправился в армию. Вернувшись в город, он сошелся с девушкой, которая его ждала. Когда девушка забеременела, молодые поженились и уже семьей переехали в питерскую двушку. Валя запереживала, что в новой квартире ей места не останется. Набравшись смелости, она завела серьезный разговор со старшим братом: – Вань, ты же не забыл, что бабушка нам двоим квартиру подарила? Я хочу окончить школу и поступать в какой-нибудь институт в Петербурге, – говорила она брату, - у нас в городе никаких перспектив нет. – Не переживай, – отвечал Ваня, – как закончишь, приезжай к нам. Будем вместе жить, пойдешь учиться! С моей женой вы вроде бы ладите, поэтому проблем не возникнет. Валя успокоилась. Она продолжала учиться, попутно выбирая для себя ВУЗ в Питере. *** Годы шли, выпускной класс приближался. Когда Валя училась в 10-м, ее мама и папа решили, что жить вместе они больше не могут: - Если бы ты только знала, как ты мне надоела! – орал отец Валентины на супругу, - всю жизнь мне испортила! - Это я? Я испортила?! Да это ты лучшие мои годы забрал, ал.кого.лик! – огрызалась мать Вали, - видеть тебя не хочу! Была б моя воля, я бы тебя прямо сейчас бы из квартиры вышибла! Родители развелись, и Валя оказалась между двух огней: она не знала, с кем ей остаться. Никто из родителей особенно и не пытался переманить ее на свою сторону. Одновременно с разводом последовал раздел общей, купленной в браке, квартиры. Недвижимость была продана, а взамен куплено две однокомнатные в разных частях города. Валя осталась жить с мамой, но не надолго – мать нашла себе нового возлюбленного, и уже повзрослевшая дочь никак не вписывалась в ее представления о новой семье. Вале пришлось задуматься о том, чтобы перебраться на постоянное жительство к отцу. – Папа, я буду жить с тобой! – обратилась Валя к отцу. – Дочь, ты знаешь, я бы с радостью. Но у меня появилась женщина. Где же ты будешь спать? На кухне – неудобно, а с нами в одной комнате – тоже не пойдет, – оправдывался отец. Тогда Валя решила, что можно закончить последний класс школы и в Питере, а жить вместе с братом, в квартире, которую им обоим оставила бабушка. Но и здесь ее ждала неудача. - Ты что! У меня же семья, ребенок маленький! Ты будешь нам только мешать. И вообще, в этой квартире твоей комнаты нет. Мама оформила ее всю на меня! Ищи себе другое место, – оказалось, брат уже забыл о своем обещании. Валя бросилась к матери, та отпираться не стала: – Да, я оформила квартиру на Ваню. У него семья, он взрослый человек, и работа в Питере у него уже есть. Ему отдельная жилплощадь нужнее, Валя. – А где же мне жить? Куда мне теперь деваться? Я, выходит, никому не нужна? Никто мне помочь не хочет? – недоумевала Валя. – А тебя я в деревне прописала, в домике, где бабушка жила раньше, – ответила мать, - туда и поезжай. А что? В деревне школа есть, там одиннадцатый класс и закончишь. С оформлением документов я тебе помогу. Тебе понравится – там тихо и спокойно, мешать никто не будет. Ты взрослая уже, Валька, можешь жить отдельно! *** Валю новое место жительства совсем не порадовало: деревня находилась в 60 км от ближайшего города, централизованного водоснабжения там не было, только скважина. Мыться нужно было в бане, которую следовало заранее подготовить, а туалет располагался на улице. Удобств никаких, но Валя быстро приноровилась и воду таскать, и печку топить. Девушке себя жалеть было некогда – брошенная родителями и братом, она научилась со всеми трудностями справляться сама. Приближался новый учебный год, и Валя перевелась в деревенскую школу. Ходить приходилось пешком, учебное заведение располагалось в 5 километрах от ее дома. Хорошо еще, что местный автобус возил детвору туда и обратно. Родители перечисляли девушке по пять тысяч рублей каждый месяц и всячески намекали, что ей скоро восемнадцать и нужно начинать самостоятельно зарабатывать себе на жизнь. Этих крох почти ни на что не хватало, помогали только добросердечные соседи – они не дали Вале замерзнуть зимой, делились дровами и сделанными осенью запасами. Жилось Вале тяжело, она была морально раздавлена. Почему все члены ее семьи нашли свое место, а ее просто вычеркнули из памяти? Чем она заслужила такое отношение? Ночами Валя часто плакала от стр.аха и безысходности. *** Валя окончила школу, о поступлении в Санкт-Петербург она теперь даже и мечтать перестала. Куда-то испарились все мысли про институт, работу в большом городе. Валя поступила в училище, собиралась стать товароведом. А еще, чтобы добыть хоть какие-то деньги на жизнь, начала по вечерам подрабатывать в продуктовом магазине. Местные жители старались поддерживать городскую девушку. То в гости приглашали, чтобы накормить, то угощали чем-то, приносили продукты. А местная молодежь обрадовалась возможности проводить время не на улице, а под крышей дома и зачастила к Вале. Так в ее маленьком домике стали собираться большие компании. У девушки стали появляться парни, сначала один, потом другой. В 19 лет она забеременела, чего совсем не ожидала. Отец ребенка и говорить о совместном будущем не стал: - Откуда я знаю, что это мой ребенок? Может ты его от другого нагуляла! Воспитывай сама, как знаешь! – вот и весь его разговор. Больше девушка его не видела. Валя в слезах позвонила родителям: – Помогите мне, пожалуйста. Я совсем запуталась и не знаю, что мне делать, – просила она. – Сама нагуляла, сама и разбирайся! Как с парнями встречаться ты знала, а как расхлебывать последствия, так сразу к нам, – ответили родители. Брат сестру тоже не поддержал. Валя осталась совсем одна, только соседи по деревне опять помогали. Ближайшая соседка, тетя Аня оказалась очень приятной женщиной. Детей у них с мужем не было, и они всю любовь отдавали Валентине. Тетя Аня с мужем и из роддома Валю с малышом забрали, и к его рождению заблаговременно помогли подготовиться. Когда начали разбираться с домом, в котором жила Валя, оказалось, что она в нем лишь прописана. Хотя мама утверждала, что переписала жилье на дочь. Нужно было как-то жить дальше. Денег катастрофически не хватало, а ребенок требовал многого. Пришлось Вале быстро взрослеть. Она договорилась с соседями и отправилась на заработки в Финляндию. В далекой стране девушка собирала клубнику. Там Валя пробыла месяц, вернулась домой и снова же отправилась искать другую работу. Она выбрала север России, начала работать поваром вахтовым методом. Все это время за ребенком смотрели соседи, они словно обрели внука, которого у них никогда не было. А Валя ездила на заработки и снова возвращалась к ребенку, привозя деньги на его содержание и свою материнскую любовь, которой оказалась лишена сама. Пахала Валентина несколько лет без продыху. Заработанных денег ей хватило на покупку собственного домика. Сын подрос, и Валя решила попробовать зарабатывать деньги в родной деревне или в ближайшем городе, чтобы иметь возможность ребенка растить самостоятельно. Долго не могла найти дело по душе, пока знакомая не спросила: – А почему бы тебе не заняться выращиванием и продажей ягод или овощей? Огород свой есть, далеко ходить не нужно. Идея была интересная, поэтому Валя взяла ее на вооружение и уже будущим летом продавала собственноручно выращенную клубнику. Потом пробовала растить зелень и лук, огурцы и помидоры, даже тюльпаны разводила. Жить самостоятельно Вале было сложно. Все время казалось, что вот сейчас ее позовут назад, в семью, она снова обретет брата и родителей, будет им нужной. Мать, отец и брат первыми даже не звонили, они ни разу за все это время не приехали навестить внука и племянника. Из социальных сетей она узнала, что ее мать снова вышла замуж и даже сына родила. Отец все также жил с женщиной, правда, с другой, сменил их уже несколько. Брат про сестру и не вспоминал. Общие друзья Вале донесли, что родители говорили про нее: - Она гулящая, постоянно к себе мужиков водит. Не получилось из нее толка… А мы растили, старались, столько денег и усилий в нее вложили! А она по рукам пошла. *** Когда Вале исполнилось тридцать лет, она наконец нашла свою судьбу и вышла замуж за Николая. Мужчина был на четыре года старше, в деревню переехал после развода вместе с сыном. Жизнь стала намного полнокровнее, что ли. Валя в лице Николая обрела опору, теперь она знала, что не одна. Через полтора года у пары появился общий сын, стали жить впятером. Муж работал трактористом, Валя разводила коз, варила сыр. Мать позвонила неожиданно: – Привет, дочь, давно не встречались. Может, хоть в гости позовешь, с внуками бы повидаться! А то чего мы не общаемся совсем? Давай я приеду? Отец тоже захотел повидаться с дочерью: - Валюша, мне сказали, что у тебя второй сынок родился? Ну поздравляю! Хотел спросить разрешения приехать к тебе… Заодно и с супругой любимой тебя познакомлю! А тут и брат пишет: «Давай чаще встречаться. Может на шашлык позовешь, в баньке искупаемся, поболтаем?!» Валя была удивлена. Больше десяти лет не общались, никому было неинтересно, как и чем она жила. У них проснулись родственные чувства именно в тот момент, когда она уехала из развалившегося домика, живет в новом коттедже со всеми условиями. Над предложением родственничков Валентина думала долго, а потом взяла и сменила номер телефона. Так и не смогла женщина заставить себя возобновить общение с матерью, отцом и братом. Даже несмотря на то, что другой родни, кроме мужа и детей, не имела. Думая о них, всегда вспоминала, как бросили ее, несовершеннолетнюю, в деревне на произвол судьбы. И хоть бы раз приехали проведать! Сына старшего за внука не считали, оскорбляли за глаза, а теперь дружить хотят. Нет уж! Автор: Екатерина Коваленко.

- Это чем же Степан тебе не суженый?

- Идем Гриня, идем. Стой не стой, не вернуть уже Анну. Все-таки отжила она свое - восемьдесят семь лет. Мне вот тоже через год будет восемьдесят семь. Не знаю, сколь еще потопчу я эту землю. Григорий глянул на деда и послушно пошел с ним в сторону деревни, шли медленно, дед все говорил. - Тебе, Гриня уж почти сорок лет, а ты до сих пор не женатый. Не дело это. Вот похоронил мать, теперь ищи хозяйку в дом. Твои дружки все уж давно семьи завели, детей. А ты? Скромный ты, Гриня, скромный. Надо пошустрей быть. - Да, дед Никанор, да. Я и сам уже призадумался об этом, еще мать жива была, она тоже мне долдонила. Буду думать, - соглашался Григорий. Сын Анны сорокалетний Григорий, тяжело перенес уход матери. Он младший и поздний, два старших брата погибли в разное время, один был военный, погиб в горяче точке, а другой в автоаварии. В большом доме, который отстроил сам, остался один, совсем один. До этого он жил вполне благополучно, мать готовила, стирала, он за хозяйством смотрел. Она до последних дней ходила, а потом уснула и больше не проснулась. Григорий всегда возвращался в чистый дом, где пахло вкусно, особенно когда мать пекла пироги. С матерью Григорий жил очень дружно, он у неё остался один. Хоть и давно уже говорила она ему, чтобы жену привел в дом, но он не мог определиться, какая нужна ему жена. Нельзя сказать, что у него не было женщин, похаживал к ним, встречался, но до женитьбы дело не доходило, хотя женщины надеялись. Григорий нравился им, покладистый и спокойный. Не пил и даже не курил, работящий и хозяйственный мужик. В каждой деревне есть одинокие мужики. И причины в этом разные. Кто-то из них спился и ведет неподобающий образ жизни, кто-то не хочет работать и содержать семью, кто-то чересчур стеснительный, скромный, кто-то ленивый и живет на пенсию родителей. Григорий ни к какой категории не относился. Как-то так случилось, что не встретил он в молодости свою любовь, были отношения, но не серьезные, так и прошло время. После тридцати лет с молоденькими девчонками ему общаться стало трудней, а его ровесницы все уж замужем. Он даже и в клуб перестал ходить, а что там делать, там одна молодежь. Так и проходили дни, годы, он оставался холостяком. А теперь ему нужно принимать серьезное решение, он понял, что такое одиночество. Не может мужчина жить один без жены, вот и задумался. Перебрал в уме всех своих знакомых женщин, с которыми когда-то встречался, даже в соседней деревне были пару таких знакомых. Но ни на одной не остановился. Правда жила в соседней деревне Галина, она воспитывала сына, с мужем давно в разводе. Симпатичная женщина. Была еще одинокая Лида местная, но она очень скандальная, об этом Григорий знал и даже боялся её острого языка. Она могла все что хочешь сказать, невзирая ни на кого. - Схожу-ка к деду Никанору, он мудрый, давно живет на этом свете. Схожу за советом. Может что и присоветует дельное, - решил Григорий. Дед Никанор пил чай, сидя за столом держал в руках блюдечко и громко отхлебывал из него чай. Привык по старинке пить чай из самовара, из кружки чай переливал в блюдце и пил из него. Это у него был ритуал, с чувством, с толком. Бабку Марфу свою похоронил еще лет десять назад, вот и жил один. - Здорово, Гриня, проходи, - вперед поздоровался дед, пока тот входил в дверь. - Здорово, - ответил тот. - Давай к столу, чай будем пить, он у меня на травах полезный, возьми там на полке кружку. Не просто так ведь пришел, чую я… Григорий налил себе из самовара чай и проговорил: - Да, дед Никанор, угадал, не просто так я пришел, хочу послушать твоего совета, как жить мне дальше. Решил я жениться, жену не могу выбрать. - Есть у меня в соседней деревне женщина с ребенком, вроде хозяйственная. Ну вот не знаю, подойдет ли она мне для жизни. А еще я захаживаю к нашей Лидке-бухгалтерше, ну ты её знаешь. Но характер у неё не очень, склочная, скандальная, хоть сама видная из себя. Вот скажи, кого из них мне в жены взять? - Ну насчет Лидки, кто ж её не знает у нас в деревне. Она уже со всеми успела перебрехаться, как та дворняга, мимо никого не пропустит и не уступит ни в жизнь. Тебе с ней трудно будет. Ты мужик спокойный, терпеливый, но терпение оно тоже имеет свой конец. Не сможешь с ней жить, да и не приведи Бог иметь такую жену, - ответил дед и немного подумав, говорил дальше. - Ну а ту женщину с ребенком я не знаю, но скажу тебе так. Она уже была замужем, не срослось у них по всему видать. Она тебя будет сравнивать с тем мужем, ну а своего ребенка всегда будет ставить наперед. Это каждая нормальная мать так делает. Жениться тебе надо на женщине одинокой, без детей, заведете своих. Вот тебе мой сказ. Григорий задумчиво смотрел на деда Никанора. - Да, дела. А на ком же мне жениться, все равно нужна хозяйка в доме. Дом хороший, большой, для себя старался, хозяйство. Ну с хозяйством сам разберусь. Оказывается, не так-то просто жениться… - А ты женись на Марии, будешь счастлив всю жизнь, - вдруг сказал дед. - Как на Марии? Не, дед Никанор. Ну что ты. Она старая дева, рыжая и некрасивая, вся в веснушках. Наверное, из-за такой внешности её и замуж никто не взял. Сама конечно огонь в работе, добрая и веселая, - проговорил Григорий. - А ты присмотрись, никакая она не страшная, ну рыжая в веснушках, зато она одна такая у нас на всю деревню, привыкнешь к её веснушкам. Она как улыбнется, словно солнышко светится. Знать её очень солнышко любит, раз такой рыжухой уродилась. Зато жена из нее добрая и заботливая получится. Женись, Гриня, не пожалеешь. А больше не могу никого присоветовать тебе. Ты за советом пришел, вот тебе мой совет. Весь вечер думал Григорий над словами деда. - А что, старый человек плохого не посоветует. Присмотрюсь к Марии. Стал присматриваться к женщине, встретил Марию, шла из магазина с сумкой. Догнал он её, взял сумку из рук. - Здорово, Мария, - улыбнувшись поздоровался. - Здравствуй, - певучим голосом ответила она и тоже улыбнулась, а Григорий аж оторопел от её улыбки. - Однако, какая красивая улыбка, и правда, словно солнышко вся светится, - вспомнил он слова деда Никанора. – И веснушки совсем не мешают. Мария догадалась, что Григорий не просто так к ней подошел. Она была моложе его на шесть лет, замужем никогда не была и мужчин у неё не было. Да и не встречалась она ни с кем. Сама из большой семьи, в семье была старшей, домашние заботы были на ней, мать с отцом работали в колхозе. Она смотрела за младшими и не было времени на гулянки. Так и осталась одинокой, звали ей в деревне «старой девой». - Слушай, Мария, а давай погуляем с тобой вечером, конечно мы уже далеко не молодежь, ну а что тут такого. Хочется мне с тобой пообщаться, узнать друг друга поближе. Если ты не против конечно. - А чего против-то? Нет не против. Согласна я, - весело ответила она. Гуляли за деревней, Григорий удивлялся, когда Мария рассказывала интересные истории, оказывается она за свою жизнь много прочитала книг, а он ни одной. Все работа, хозяйство, да по вечерам телевизор. Когда он говорил что-то смешное, она смеялась, смех её рассыпался, как колокольчик и так было радостно у него на душе. Ночью не спалось Григорию. Прав оказался дед Никанор. - Хорошая девушка эта Мария. А я раньше и не обращал внимания, не приглядывался, все говорили рыжая, да рыжая. А она и впрямь не красавица, но такая солнечная с теплым взглядом. А улыбка…только за одну улыбку можно все отдать. И чего это я мимо ходил, даже не смотрел на неё. Долго Григорий не стал ходить вокруг, да около. Пошло три месяца после смерти матери, Григорий предложил Марии замуж. В деревне вовсю сплетни крутились вокруг них. Все жужжали, что Григорий погуляет с ней, да бросит, ну кому нужна такая рыжая. И вдруг свадьба. Правда, как таковой свадьбы на всю деревню не было, потому что старики советовали, еще мало времени прошло после похорон, не стоит заводить веселье на всю округу. Прислушались Григорий с Марией. Посидели у них дома родственники, да некоторые друзья, а кто и сам заходил без приглашения. Рядом с женихом восседал дед Никанор вместо отца. Закончилось веселье, наступили будни. Деревня все еще гудела от разговоров, но потом все затихло. В деревне появилась новая семья. Муж с женой с первого дня понимали друг друга. Только Григорий подумает, а Мария уже знает, что он скажет. Он порой удивлялся своей жене. Хозяйка из Марии отменная, пока с утра Григорий ухаживал за скотиной, кормил, жена уже жарила ему пышные оладушки и наводила чай на завтрак. Вечером после работы его ждал горячий ужин, а если ложился на диван, под рукой уже лежали свежие газеты и пульт от телека. Мария заботливая жена, умница. Григорий видел тепло и заботу жены и сам старался и создавал ей удобства, помогал во всем. Жили душа в душу, и он уже и не замечал её веснушки, и рыжие волосы казались самыми прекрасными на свете. А жена самой прекрасной женой во вселенной. Они любили друг друга уже зрелой любовью, серьезной, не то, что в молодости. Любовь их была не скороспелой, а именно зрелой. Мария ходила по деревне с животом и улыбалась всем своей красивой улыбкой. Уже и односельчане не говорили, что она некрасивая. Потом родился сын Антошка, тоже рыженький. А Григорий говорил: - Теперь у меня два солнышка дома. Два милых и ласковых солнышка. Одно только омрачило Григория, умер дед Никанор, хоронили всей деревней, приезжала конечно его дочь с мужем, она с семьей жила далеко, Григорий ей сообщил. Но односельчане помогли им, деда Никанора все любили, мудрый и добрый был. Жизнь шла своим чередом, родилась дочка у Григория с Марией, дочка похожа на него, а он немного огорчился, что она не рыженькая, было бы три солнышка в доме. А солнца чем больше, тем светлей и теплей. Григорий ни за что бы не променял свою Марию на кого-либо, даже на королеву красоты, так он всем говорил в деревне. Благодарен был деду Никанору, хороший совет дал он тогда Григорию. Автор: Акварель жизни. Как вам рассказ? Делитесь своим честным мнением в комментариях 🙏 Кстaти, я тeпepь дeлюсь историями eщё и в MAX [🙂] Кaнaл нaзывaeтся «Психология и саморазвитие» — пpиxoдитe в гoсти https://max.ru/vzglyan

«Твое место на улице!» — хохотала свекровь, выгоняя невестку. Но она не знала, кем окажется заступница в перепачканном фартуке Сумочка из мягкой бежевой кожи со стуком шлепнулась на мраморный пол. Следом полетело мое осеннее пальто, едва не задев поднос проходившего мимо официанта. — Охрана! Выведите эту особу немедленно! — голос Зинаиды Марковны сорвался на пронзительный фальцет, перекрывая тихую игру саксофона в зале. — Она мешает нашему отдыху! Я стояла у сервированного столика, инстинктивно обхватив руками большой, уже низкий живот. Щеки стали пунцовыми, словно к ним приложили горячий утюг. Пальцы мелко подрагивали, цепляясь за край льняной скатерти. Вокруг засуетился персонал, а посетители за соседними столиками отложили столовые приборы, с любопытством наблюдая за чужим позором. Всего час назад я переступила порог этого ресторана за городом. В кармане лежала влажная салфетка, которую я нервно теребила всю дорогу. Два месяца я откладывала средства, чтобы купить скромное, но приличное платье глубокого изумрудного оттенка. Наивно верила: если приглашу мать мужа в статусное заведение, мы сможем спокойно поговорить и оставить все разногласия в прошлом до появления малыша. Но Зинаида Марковна пришла не одна. Рядом с ней по-хозяйски расположилась ее давняя приятельница Римма, на запястьях которой тяжело позвякивали массивные браслеты. С первых минут дамы принялись обсуждать меня в третьем лице, будто между нами стояла звуконепроницаемая перегородка. — Риммочка, ты только глянь на качество ткани, — свекровь брезгливо подцепила десертной вилочкой кусочек фисташкового рулета. — Сразу понятно, когда человек вырос в казенных стенах. Вкуса ноль. Мой Паша заслуживал совершенно другой партии, а не этой девочки без роду и племени. Римма прикрыла рот ладонью с идеальным французским маникюром и тихонько хихикнула. — Ну что ты, Зина. Может, она просто бережливая? — Бережливая? — Зинаида Марковна закатила глаза, отпивая минеральную воду с лимоном. — Да она просто расчетливая. Окрутила моего мальчика самым избитым способом. Прикрылась животом! А как еще девчонке без копейки за душой зацепиться за парня с хорошей квартирой? Воздух в зале, пропитанный ароматами запеченной форели и пряностей, стал давить на плечи. Дыхание сбилось. Каждое слово свекрови бередило старые раны детдомовского прошлого. Я вспомнила гулкие коридоры интерната, чужие поношенные куртки на вырост и вечера у окна в ожидании чуда, которое так и не наступило. — Знаете что, Зинаида Марковна, — мой голос дрогнул, но я заставила себя выпрямиться, глядя ей прямо в глаза. — Лучше совсем не знать своих родителей, чем вырасти рядом с таким надменным и бессердечным человеком. Именно после этих слов свекровь вскочила, смахнув на пол полотняную салетку. Двое крепких охранников в темных костюмах выросли за моей спиной совершенно бесшумно. — Девушка, попрошу на выход, — ровным басом произнес один из них, оттесняя меня от стола. — Но там мое пальто! И сумка! Там ключи от квартиры! — я попыталась вывернуться. — Твое место на улице! — хохотала свекровь, выгоняя невестку. Зинаида Марковна демонстративно пнула мою сумочку под стол и отвернулась к окну. Тяжелые дубовые двери с тихим шелестом сомкнулись за спиной. Я оказалась на крыльце. Ледяной ноябрьский ветер мгновенно забрался под тонкую ткань платья. Моросил мелкий, колючий дождь. Я спустилась по ступеням, отошла к краю освещенной парковки, прислонилась спиной к влажному металлу фонарного столба и торопливо вытирала мокрые щеки. Сотового при себе не было. Ни копейки денег. До города двадцать километров по трассе. Позади скрипнула тяжелая металлическая дверь черного хода. В воздухе отчетливо запахло горячим хлебом. Ко мне торопливо подошла женщина лет сорока пяти. Поверх ее строгой темной водолазки был повязан перепачканный ягодным соусом рабочий фартук. — Девочка, милая, ну ты чего на холоде стоишь, — женщина на ходу стянула с себя теплую вязаную кофту и накинула на мои вздрагивающие плечи. — Я всё видела из кухни через раздаточное окно. Как эта дамочка тебя высмеивала, как вещи твои спрятала. — Спасибо вам, — всхлипнула я, кутаясь в чужую кофту, от которой пахло сдобными булками. — Мне бы только до города как-то добраться. Можно мне с вашего телефона мужу набрать? Мой сотовый в сумке остался… — Погоди минут пять, — тон женщины внезапно стал стальным и невероятно спокойным. — Сейчас приедет мой муж. Он им устроит веселый вечер. Он владелец этого заведения. Я недоверчиво захлопала ресницами, пытаясь смахнуть капли дождя. Жена владельца элитного заведения работает на кухне в перепачканном фартуке? Это походило на нелепую выдумку. Женщина, заметив мое сомнение, чуть заметно улыбнулась и достала из кармана смартфон. — Илья? Ты где сейчас? Подъезжай срочно к центральному входу. Тут посетительница чужие вещи присвоила и беременную девчонку выставила мерзнуть. Жду. Не прошло и десяти минут, как на парковку плавно зарулил массивный темный внедорожник. Из салона вышел высокий, статный мужчина с легкой проседью на висках. На нем было плотное кашемировое пальто. Он подошел к женщине в фартуке, бережно коснулся губами ее щеки и перевел тяжелый взгляд на меня. — Оксана, кто конкретно? — спросил он тихо. — Вон та, у окна. В бордовой блузке, — Оксана указала пальцем на стекло, за которым моя свекровь весело переговаривалась с подругой. — Я быстро, — Илья уверенным шагом направился к дверям. Я с замиранием сердца смотрела сквозь большие панорамные окна. Вот он подошел к столику. Зинаида Марковна тут же расплылась в кокетливой улыбке, поправляя идеальную укладку. Наверняка решила, что с ней решил завести беседу респектабельный гость. Но Илья не улыбался. Он произнес несколько коротких фраз. Лицо свекрови вытянулось, она вжалась в спинку мягкого дивана. Илья властно протянул руку. Зинаида Марковна дрожащими пальцами выудила из-под стола мое пальто и сумочку. Напоследок он добавил еще пару слов, от которых обе дамы стали бледными как полотно. Когда Илья вышел на улицу, он первым делом протянул вещи мне. — Приношу свои глубочайшие извинения за этот отвратительный случай, — произнес он очень искренне. — В моем заведении никто не имеет права так себя вести. Я предупредил эту женщину: еще одна подобная выходка, и доступ во все приличные места в городе для нее закроется навсегда. — Огромное вам спасибо, — я судорожно прижала к груди сумочку, но онемевшие от холода пальцы разжались. Сумочка со звонким стуком упала на асфальт. Застежка распахнулась. На мокрую плитку высыпались ключи, расческа, пудреница и маленький прозрачный пакетик. Из него выкатился небольшой кусочек необработанного янтаря на выцветшей красной нитке. Единственная вещь, которая была при мне, когда меня нашли в палате. Оксана, присевшая, чтобы помочь мне собрать вещи, вдруг замерла. Она уставилась на этот камешек так, словно увидела призрака. Ее дыхание сбилось, грудная клетка тяжело вздымалась. — Откуда… Откуда у тебя это? — голос женщины сорвался на сиплый шепот. Она подняла глаза, и в них было столько горя. — Это мое, — я осторожно забрала янтарь из ее дрожащих пальцев. — С самого интерната храню. Единственное, что осталось от матери. Директор говорила, он был привязан к моей ручке. Оксана пошатнулась. Илья едва успел подхватить ее, не дав упасть на мокрый асфальт. — Какая у тебя была фамилия до замужества? — с трудом выдавила она. — Руднева. ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ👇👇👇ПОЖАЛУЙСТА , НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)⬇

- А мы за ёжиком следили. Уполз к соседям, - пояснила Алла, её городская подруга, с которой они вместе приехали погостить у бабушки Любы. - Ааа... - рассеянно ответила Люба. - Ну что там? Что? Скорее рассказывай! Каков он? - сгорая от любопытства, допытывалась у неё другая девушка Нина, местная жительница. - Ой, девочки... Люба закрыла ладонями личико, покачала головой. Ночной ветер мягко ласкал её тёмные распущенные волосы. В лесу, сразу за садом, слышно было далёкое ухание совы. - Увидела? Что ты увидела?! - взбудоражились подруги. - Может сам чёрт к тебе вышел? Ну Люб, не томи! - теряла терпение Алла. - Да лучше бы чёрт, чем это страшилище! - в сердцах воскликнула Люба. - Никогда и ни за что я не выйду замуж за такого урода! Я домой! Подруги удивлённо переглянулись, затем их взгляды переметнулись на баню. Внутри, за открытой дверью, была кромешная темнота. - Ну а ты как? Пойдёшь гадать? - спросила Алла у Нины. - Что-то уже не хочется... Давай Любку догоним, сейчас она успокоится и всё нам расскажет. Идея посетить баню в полночь пришла в головы девушек от скуки. Всё началось с безобидного разговора во время вечерней прогулки. Живописные окрестности деревеньки, куда Люба и Алла приехали на пару недель отдохнуть, располагали к спокойному и размеренному времяпрепровождению, но им, молодым и горячим девчонкам, хотелось совсем иного. - Ох и скучно мы живём, девочки. Преснота! И парней здесь нет симпатичных, одно подобие... - говорила скучающим тоном Алла. - Признавайся, Нина, куда все парни у вас попрятались? Нина, в отличие от городских подруг, здесь жила. Она очень обрадовалась приезду Любы, ведь три года не виделись, лет с пятнадцати. - А парни в соседнем посёлке водятся, там у них всё - и магазин, и клуб, и школа. У нас-то тут что? Две коротеньких улицы несчастных, не деревня, а так - хуторок. По субботам, кстати, в клубе танцы, можем сходить. - Пешком? - Три километра всего! - Да, но через лес... - Ой, я сто раз ходила, бояться нечего. Тем более если мы компанией. Я так-то одна в клуб не хожу, всегда с кем-то. Например, с Ванькой-пятки-назад. - Ах да, помню его... - улыбнулась Люба и пояснила Алле: - представляешь, он родился с пятками в обратную сторону. Врождённый дефект. В целом парнишка нормальный, даже симпатичный, но вот такая беда. - Ооойй... - засмеялась Нина, - самое интересное, девочки, о Ваньке другое. Вот откуда он взялся такой? Родители голову сломали. А тут случайно выяснилось, что в Сетках, недалеко от нас, живёт мужик тоже с пятками назад и дети у него такие же. Красивый мужик, говорят, видный, даром что ноги такие. Папаша Ванькин как узнал, так давай жену свою чихвостить. Нагуляла?! Ну она в мощное сопротивление - нет и всё! Твой сын! Поверил. Доказать-то никак нельзя. А потом выяснилось, что в другой деревне тоже есть ребёнок с такими пятками! - И от Ваньки отец отказался, да? - Нет, живут! Куда уже деваться? У них, помимо Ваньки, ещё трое детей, без дефектов. Вот такие деревенские страсти. Подруги рассмеялись. - И чем бы нам, девочки, заняться таким интересным до субботы? На речку не сходить - холодно. Какие ещё развлечения? - вопрошала Алла. - А на жениха погадать не хотите? В бане с зеркалом? - предложила Нина, - моя мама так гадала, папу увидела. Так-то они соседями были с рождения. Мама парня увидела в зеркале в военной форме. Ждала какого-нибудь капитана... А тут папа из армии вернулся и мама, когда в форме его увидела, влюбилась. - Ну не знаю... А что делать надо? - замялась Алла. - Нужны свечи и два зеркала - всё! - А ты гадала? - Неее... я боюсь, очень я, девочки, суеверная, - призналась Нина. Алла подтолкнула в плечо подругу: - Ты как думаешь, Люб? Погадаем? - Можно. Всё равно делать нечего. Но чур, Нина, ты тоже будешь. Невыносимо мне думать, что ты так и просидишь в девках в этой деревне или ещё хуже... Хочу удостовериться, что не выйдешь ты замуж за Ваньку-пятки-назад. - Да он-то парень нормальный, хороший... - замялась Нина. - Влюбилась уже?? - Нельзя мне. Меня родители за такую любовь убьют и внуков сказали не примут... Ладно! С вами я! - решилась Нина. Гадание устроили в бане у Нины. Ближе к двенадцати ночи Люба сняла со стены бабушкино зеркало в резной, выкрашенной синим цветом раме. Затем отыскала в комоде свечи. Алла раздобыла спички. На цыпочках, чтобы не будить бабушку, они вышли в сени. На пороге позади них раздался голос, Люба чуть не выронила зеркало. В проёме показалась бабушка. - Любаша, ты зачем зеркало со стены сняла? Что это вы выдумали? - Ну и слух... Летучая мышь отдыхает, - тихо поразилась Алла. - Мы, бабушка, погадать хотим. Ты не против? - Делать вам нечего. Аль вы не знаете, что гадать принято на святки? Ничего у вас не выйдет. - А мы попробуем! Терять нечего! - Зеркало не разбей, гадальщица... Девушки вышли во двор. Ночь была чёрной, безлунной и прохладной. - Лето в этом году и не лето, - проворчала Алла, кутаясь в кофту. От кофты до колен тянулась белая ночная рубашка: Нина сказала, что гадать надо в исподнем. - Давай через огород, так быстрее будет, - предложила Люба. - Нинка же на параллельной улице живёт, у нас участки соприкасаются концами. Мы с ней всё детство этой тропкой друг к другу бегали. В бане был зажжён свет, Нина уже ждала их. Подруги расставили друг напротив друга зеркала на полу, добились зеркального коридора. Рядом с основным зеркалом установили свечи, припаяв их к заготовленной дощечке собственным воском. В предбаннике была только узенькая лавка, на ней зеркала никак не расставить, а парилку отец запирал на ключ, поэтому расположиться можно было только на полу. - Значит так: нужно сесть и неотрывно смотреть в зеркало, всматриваться в этот коридор. Когда сосредоточишься, сказать: "Суженый мой, ряженый, приди ко мне, в зеркале покажись". - Ха-ха... ряженый... - захихикала Алла. - Ну что? Кто первый? - взволнованно спросила Нина. Девушки переглянулись. Алла, как самая смелая, вызвалась быть первопроходцем. Нина погасила свет и они с Любой вышли. Через минут двадцать вышла и Алла, она спешно натягивала кофту. - Устала я там сидеть, скукота, замёрзла вся. Ничего не увидела, только ноги затекли. Давай, Люба, ты теперь, твоя очередь. Расплавленный свечной воск стекал на дощечку причудливыми формами, образуя ажурные юбки вокруг свечей. Люба сняла кофту, повесила её на гвоздь. Она села на пол на тканевую сидушку для стула, которую принесла из дома Нина. Распустила густые волосы. От зеркального коридора веяло мистикой и тайной, Любе было жутковато. Успокаивали голоса подруг, девушки болтали о чём-то, хихикая. Их голоса удалялись. Люба всмотрелась в зеркало. Длинный, длинный коридор, в котором отражённая рама заднего зеркала уменьшалась, доходя до чёрного квадрата в конце. - Суженый мой, ряженый, приди ко мне, в зеркале покажись! - приглушённо сказала Люба. Всё тело её покрылось гусиной кожей. Она ощущала себя колдуньей. Прошло минут пять, не более, как вдруг... Зеркала уже начали двоиться в глазах у Любы. Ей показалось, что в отражении появилось движение где-то очень вдали. Люба сглотнула, волосы на её голове приподнялись. Что-то приближалось к ней с той стороны... Фигура. Мужская. Лицо, обросшее бородой. Очень бородатый и грубый мужчина. Люба не хотела увидеть его совсем вблизи, да и мало ли?? Вдруг он сейчас вылезет из зеркала! Она резко дунула на свечи, впотьмах нашла свою кофту и выскочила из бани на улицу. Бородатый! Дикий! Фу! Ей никогда не нравились такие мужчины, тем более не молодые. Как показалось Любе, ему было лет сорок, не меньше! Ни за что она не выйдет замуж за такое безобразие! Сама не своя и очень расстроенная, она не нашла в себе мужества сразу рассказать подругам о своём якобы женихе. Обещала, что сделает это утром. На следующий день от её расстройства не осталось и следа. Все решили, что такого быть не может и у Любы, в силу её впечатлительности, просто разыгралась фантазия. Они весело подшучивали на эту тему, шагая к лесу. У Любы в авоське стучались друг о друга небольшие бидончики - девушки решили сходить в лес за малиной, Нина знала места. Тропинка виляла по лесу, то и дело подводя их к ручью. Чем дальше, тем гуще росли деревья. Алла притихла, недоверчиво поглядывая на них. - Мы не заблудимся? Нина её успокоила: - Я эти места хорошо знаю, сейчас перепрыгнем ручей, а там минут пять и на месте. Не бойся, неженка городская. - Эй, кто здесь неженка?! Я с родителями в походы ходила! - Ну тем более должна уметь ориентироваться в лесу. - Скажешь тоже... Наконец они дошли до зарослей малины. Красные ягодки то тут, то там висят за листочками. А уж аромат! Девушки, позабыв о страхах, достали свои бидончики и принялись наполнять их. Две ягодки в рот, одну в бидон, три в рот, и ноль в бидон... Очень уж вкусно! - И почему на рынке она не такая сладкая? - удивлялась Люба. - Потому что там, где её собирают, нет такого настырного комарья, - проворчала Алла, - ужас как грызут. На тебе, зараза! - с чувством прихлопнула она кровопийцу на открытой щиколотке. Собрав ягоды с краю, подруги стали пробираться поглубже, в самые колючие заросли. Люба дальше всех забралась, собирает ягоды, шуршит ветками и вот что-то подтолкнуло её поднять голову. Сердце ушло в пятки. - Аааааааа! Медведь! Медведь! Мамочки! Медведь был шагах в пяти от неё, там, где заканчивались кусты малины перед невысоким оврагом. Испугавшись пронзительного возгласа Любы, медведь встрепенулся, встал на задние лапы и свирепо прорычал. Сломя голову и не видя ничего впереди себя, Люба напролом бросилась бежать назад. Колючие кусты глубоко оцарапали ей всё тело, но боли она пока не чувствовала. Девчонки, тоже неистово завизжав, не отставали. Бидончик свой Люба обронила в кустах, а подруги просыпали все ягоды. Оглянулась Люба - бежит за ними медведь! А ведь слышала она не раз, что от дикого зверя нельзя вот так убегать, у него инстинкт срабатывает! Так и у подруг инстинкт ещё как сработал: мчались они, не разбирая дороги, перелетали поваленные деревья, корни и пни и визжали как специально, чтобы мишка уж точно не потерял их из виду. Медведь гнался за ними недолго, просто для виду решил припугнуть, а девушки неслись через лес ещё минут двадцать-тридцать, пока не выдохлись окончательно. Алла, вся красная, растрёпанная и еле переводящая дыхание, остановилась первая. - Всё, девочки, не могу больше. Пусть он меня ест, проклятый. Не могу... Нина и Люба прислушались. Из-за сбитого дыхания, шумно рвущегося из лёгких, и сильного стука сердца они не слышали других звуков. Немного отдышавшись, поняли, что никто за ними не гонится. В лесу было тихо. Алла сидела на земле и баюкала свою ногу - оступилась на ветке, потянула сухожилие. Нина оглянулась вокруг. - Ой, девочкиии... Куда же мы забежали? Я здесь никогда и не была... Следующие два часа они бродили по лесу и все ориентиры, о которых слышала Нина, прошли даром - ничего не помогало им выйти к ручью, заблудились и всё тут. - Тоже мне ориентированная... знает лес она, - злобно бубнела Алла, прихрамывая на правую ногу, - а ещё меня пыталась стыдить. - Что делать теперь? - сказала Люба, поглядывая с надеждой на деревенскую подругу. Нина присела на поваленное дерево, с которого давно опала кора. Прикрыв руками лицо, она призналась: - Не знаю... Боюсь, как бы мы ещё дальше в лес не зашли. Давайте лучше сидеть здесь и ждать, когда нас найдут. Так и просидели они до сумерек. Перегрызлись все три подруженьки между собой, обвиняя друг дружку в беде: - Это ты, Алла, придумала в лес пойти! - Что я? Нина заверила, что каждую тропку здесь знает! - огрызнулась Алла. - А я виновата, что Любе именно малины лесной захотелось? Вот и ешь теперь! - переводила стрелки и Нина. Сидели и отмахивались от комаров веточками. Искусали их эти гады вдоль-поперёк. Проплакались. Помирились. Опять проплакались. Замёрзли. Лес окутывало синью вечера. - Ой, пропали мы... - всхлипнула Алла, - и жизни понюхать не успели, и зачем я потащилась с тобой в эту деревню... - Тихо! - вскочила Нина. - Слышите? Кто-то шёл по лесу, приближаясь к ним. - Медведь опять! Иииии... - заскулила Люба, пытаясь заткнуть кулаком свой рот, чтобы не закричать. Алла, как кошка, взметнулась на березу, даром что болела нога. Люба приготовилась было лезть следом за ней. - Ах, да ведь это человек! - обрадовалась Нина, - мужчина! Помогите нам, пожалуйста! Мужчина оказался сыном лесника. Он как раз возвращался к отцу в избушку. Лица его было невозможно разглядеть из-за сумерек и густой, основательно отросшей щетины. Высоким был, крепким. Такой и медведя повалит. Люба толком его и не рассматривала, лишь бы поскорее выбраться из этого леса. Узнав из какой они деревни, сын лесника вывел их минут за сорок на опушку леса. Там люди были - оказалось, всей деревней отправились искать пропавших девиц. Ох и ругалась бабушка... Три дня девушки зализывали раны, гулять не хотелось совсем. А в субботу Нина пришла: - Ну что, красавицы? Собирайтесь! Идём на танцы в клуб! - Через лес?! Ни за что! - тут же нахмурилась Алла. - Да не бойся, нас Ванька-пятки-назад отвезёт на отцовском мотоцикле, я уже договорилась. - Чур я сзади сажусь, не в коляске! - вскочила Алла. Навели красоту. Уселись в мотоцикл, стараясь сберечь платья и причёски - специально повязали платки в дорогу, чтобы ветер не растрепал волосы. Ванька шутил всю дорогу, подковыривал их без злобы насчёт лесной прогулки. Доехали благополучно. В клубе молодёжи битком, съезжались сюда из трёх ближайших деревень. Алла постреляла глазками и быстро нашла себе кавалера на вечер. Люба поскромнее была. Когда медленный танец начался, встала она у стены и стала наблюдать за танцующими парами. К ней подошёл привлекательный молодой человек, высокий, гладко выбритый, с зачёсанным назад вихрастым чубом цвета выжженной соломы. - Позвольте вас пригласить, Люба? Люба удивилась: - А мы разве знакомы? Молодой человек с улыбкой вывел её на танцевальную площадку. С ответом не спешил. Он деликатно, по всем правилам приличия, вёл танец с Любой. - Ну что? Так и не узнали? Хе-хе... Это же именно я вас из леса вывел на днях. - Ой, не узнала! Денис, вроде так вас? Просто вы бороду сбрили и как-то... как-то... - Приоделся. Подстригся. - Да, - смутилась Люба. - Пока был с отцом в лесу полтора месяца, совсем оброс. Увлёкся... Когда вас вывел, подумал: а что это я? Совсем диким стал. Пора к цивилизации возвращаться. Как-никак, скоро в город ехать. У меня родители из этого посёлка, а сам я в этом году училище окончил в городе, пятнадцатого августа выхожу на работу. - А кем вы?.. - Учитель физкультуры, - улыбнулся Денис, - распределили меня в наш областной. Повезло. - Да уж... А как нам с вами повезло, что вы нашли нас... Спасибо, что спасли. - И вам спасибо, что дали возможность себя спасти. В других условиях и не познакомились бы. Незаметно они придвинулись друг к другу поближе. - Значит, будем жить в одном городе, да? - заговорщицки уточнила Люба. - Интересно... Она всматривалась в его лицо насколько это было возможно при выключенном свете клуба. А не он ли тот самый жених, которого показало ей зеркало? Ведь был бородат до невозможности... Так оно впоследствии и оказалось. Поженились они через полгода. А историю их знакомства поведала мне уже их дочь. Алла, подруга её, замуж так и не вышла, сожительствовала. А Нина, послушная дочь своих родителей, отказала влюблённому в неё Ивану. Впоследствии она уехала на Север и там уже устроила свою судьбу. (Автор Анна Елизарова) Кстaти, я тeпepь дeлюсь историями eщё и в MAX [🙂] Кaнaл нaзывaeтся «Психология и саморазвитие» — пpиxoдитe в гoсти https://max.ru/vzglyan

В свои шесть лет Наташа делала очень много всего по дому. Это было необычно, странно и вызывало уважение. В жизнь девочки и ее бабушки никто не лез. Но за глаза поговаривали, что старуха (бабушка Наташи) лишает девочку детства. Другие так не считали и задавали встречный вопрос: «Где была бы эта девочка, если бы не ее бабушка?» Тане тоже не нравилось, что Наташе было разрешено гулять только после того, как она поможет своей бабушке в огороде. Однако, наверное, лучше так, чем жить в детском доме. Одета девочка была скромно и опрятно. Правда ее обувь оставляла желать лучшего. Игрушек у нее было мало: старая кукла с ужасными волосами, плюшевый медведь ручной работы, и разные кастрюльки, мисочки и прочая кухонная утварь. Для готовки они были уже непригодны, и бабушка отдала их Наташе для игр. У Тани же разных игрушек было навалом. Родители хорошо зарабатывали и не скупились на всякие подарки. Но Тане все равно больше всего нравилось играть в Наташину посуду. В них они «варили» супы из листьев, компоты из ягод, и всякие зелья. В тазиках обычно купали кукол, если Таня брала их с собой. С Наташей было интересно играть. Она никогда ничего не жадничала и всегда всем делилась. Даже свои конфеты отдавала, если те у нее появлялись. Родители были не против, что их дочь ходит в гости. Разве что мама хмурилась. Ей Наташа почему-то не нравилась. Дни в деревне пролетали быстро. Каждый вечер папа выносил раскладной стол на улицу и стелил скатерть. Дедушка жарил мясо, бабушка нарезала салаты из свежих овощей. Маме и Тане доставалось самое легкое: разложить все на столе. Когда все было готово, семья садилась ужинать. Начинались разговоры за жизнь, про будущее, про малыша, которого ждала мама. Таня радовалась тому, что у нее будет братик или сестренка. Наконец-то станет не так скучно. В конце вечера отец выносил гитару, и взрослые начинали петь. Таня обычно смущалась и уходила. Ей было немного скучно. А еще она боялась, что ее тоже заставят петь. Однажды в один из таких вечеров Таня захотела пригласить к ним Наташу. И счастью не было предела, когда родители разрешили ей прийти. Тот день Тане запомнился, как один из лучших. Быстро поужинав, они с Наташей убежали в дом. Девочка с удивлением разглядывала Танины вещи. Но больше всего ей понравились розовые сандалии. - Они такие красивые, - с восторгом сказала Наташа. - Хочешь? Бери, - предложила Таня. – Они новые. Их отец только вчера привез. Я их даже не носила. У него вчера решил всем подарки взять. Просто так. Наташа покачала головой: - Не могу. Их же тебе купили. - Да, бери, - махнула рукой Таня и отвела глаза, - тебе нужнее... У меня очень много всего. А у тебя обувь вон какая ужасная. Мне будет приятно, если ты их возьмешь. Ты ведь всегда со мной всем делишься. Наташа покосилась на свои стоптанные туфли и густо покраснела. Вообще Таня старалась не говорить про разницу между ними. Наташа оказалась хорошей подругой и хвастаться, и обижать, а уж тем более дразнить ее не хотелось. В тот день они долго играли, а потом Наташа ушла домой, забрав с собой сандалии. Обувь ей оказалась в самый раз. Родителям Таня решила об этом не говорить, потому что не видела в своем поступке ничего дурного. Мама и папа всегда учили помогать нуждающимся, не смеяться над убогими, не обижать сирот. Таня считала, что ей очень повезло родиться в такой хорошей и доброй семье. И потому, когда мама решила поинтересоваться куда пропали сандалии, честно рассказала про то, что отдала их Наташе. Девочка совсем не ожидала, что мама разозлится. - А кто тебе разрешил без спросу отдавать вещи, купленные на наши деньги? - Но это же мои вещи, - ответила ей Таня, полагая, что может делать с ними все что хочет. Вскоре о неприятной ситуации узнала вся семья. Каждый нашел что сказать девочке. - Ты должна была хотя бы спросить. Можно ли или нельзя? Если у Наташи все так плохо с обувью, то мы бы ей помогли. Мы ругаем тебя за то, что не поинтересовалась у нас. Единственный кто заступился, так это дедушка. - За первое взрослое решение вы ее ругаете. Бросьте журить за доброе дело. Не от зла она подарок сделала. Такое поощрять надо. Да и ту девчонку жаль. Сирота ведь... - Сирота и что? - Спорила мать, - Тоже поступила некрасиво. Взяла то, что ей не принадлежало. Хитра девка. Знала мать ее. Подругой мне была, потом деньги сперла. Я считаю, что сандалии нужно забрать и как следует наказать девчонку. - Бога побойся, - ответил ей дед. – Сколько эти сандалии стоили? Я заплачу. Плохая примета дареное отбирать. А уж сироту обижать... Ведь аукнется. Не вина этой девочки, что тебя когда-то ее мать обманула. Судьба у той женщины ужасная оказалась... Мама сделала вид, что не слышит и продолжила: - Не в деньгах дело. Мы можем по три таких пары в день покупать. Девочек надо проучить. Пусть Таньке будет стыдно за то, что с нами не посоветовалась, и пусть Наташке неповадно станет за то чужое взяла. Таких учить надо, а не поощрять. Таня слышала весь разговор. Ей стало очень неприятно из-за того какое решение приняли ее родители. - Если вы отнимете у нее сандалии я... Тогда я... - Выкрикнула она, еле сдерживая слезы, - никогда больше не буду с вами разговаривать. Вот! Я обижусь! Девочке казалось, что ее угроза повлияет на решение родителей. Но мама и папа лишь больше разозлились и запретили ей выходить с участка. Наказание длилось целых три дня. Хотя Тане казалось, что прошло не меньше недели. Сандалии у Наташи все же забрали. Таня слышала, как мама с бабушкой это обсуждали. - Нахалка, а не девка. И бабка у нее такая же. Того и гляди хамству научит. - Ох, не знаю. Неправильно это. Грешно сироту обижать. Какой спрос с детей? Таня плакала. Никогда еще в жизни ей не было так горько. Аж дышать стало тяжело. Единственным человеком, который ее понимал, был дедушка. Да и тот с мамой согласился. - Ты лучше родителей слушай. Ишь они какие у тебя, - ворчал он, гладя внучку по спине, - вырастешь, сможешь поступать как хочешь. А сейчас лучше разрешения спрашивай. Все-таки в чем-то они правы. Тане запретили видеться с Наташей, считая, что сирота плохо на нее влияет и учит дурным манерам. И все же когда Тане разрешили гулять, первым делом она прибежала к ней в гости. Больше всего Таня переживала за то, что Наташа ее не простит. В произошедшем она чувствовала свою вину и очень переживала из-за этого. Наташа не обижалась, но играть вместе с Таней отказалась. Объяснив тем, что на нее бабушка сердится. - Я ей проблем прибавила. Если твои родители увидят тебя тут, то будут злиться на нас. Но вскоре о случившемся все забыли. Таня до конца лета бегала к Наташе в гости, но та всякий раз отказывалась играть, ссылаясь на занятость по дому. Было ощущение, что она чего-то боится. Осенью пришлось возвращаться в город. Весь следующий год Таня вспоминала Наташу. Произошедшее на даче задело до глубины души. Родителям она не рассказывала о своих чувствах. Думала, что не поймут. В конце осени мама потеряла малыша. Стало совсем тяжко и гадко. Никто не мог понять причины, впрочем, они были и не важны. Это уже случилось и это надо было как-то пережить. Весной Тане исполнилось семь лет, и она вовсю готовилась к школе. Занятия утомляли, очень хотелось в деревню к бабушке. Папа на день рождения подарил велосипед. Таня представляла как летом будет кататься наравне с другими ребятами. На душе сразу становилось хорошо. Мама вновь ждала малыша. Врач посоветовал ей больше находиться на свежем воздухе и меньше напрягаться. Жизнь начала налаживаться. Наташа, как оказалось тоже весь год ждала Таню. В деревне зимой ей было скучно. Казалось, о том случае с сандалиями все забыли. Лишь однажды мама, увидев, что Таня учит Наташу кататься, потом язвительно спросила: - Это случайно не та девочка, которая туфли у тебя выпросила? - Не та, - Таня покачала головой. – У меня никто никогда ничего не выпрашивал. - Огрызаться начала, - вздыхала мама. Ей по-прежнему не нравилась дружба между дочерью и сиротой. Порой Тане даже казалось, что ее мама совсем лишена сочувствия. Своими предположениями она поделилась с папой, но тот объяснил Тане, что мама просто переживает за нее. Все детки разные и никто не знает, что у кого в голове. Однажды маму сильно обманула одна подруга. Украла все накопленные деньги. И теперь мама думает, что все кругом такие. Девочка подумала, что глупо всех судить по одному плохому человеку, но вслух ничего не сказала. Все изменилось под конец лета. Таня каталась по очереди с Наташей на велосипеде. Таня сильно разогналась и не смогла удержать руль. Свалившись с велосипеда, она почувствовала острую боль в ноге и сразу расплакалась. Наташа испугалась и позвала взрослых. Сосед дядя Миша помог донести девочку до дома. Увидев, заплаканную дочь, мать Тани перепугалась. Наташа начала рассказывать, что они просто катались и вот... Но кто ее слушал. - Может это ты ее толкнула?! – Чересчур строго спросила ее мать. – А ну ушла отсюда! У тебя в крови честных людей обижать. Наташа убежала в слезах. У Тани оказался перелом. Пришлось вернуться в город и наложить гипс. О гулянках можно было забыть. Ко всему прочему мама опять попала в больницу. Что-то с ее беременностью было не так. После выписки мама вернулась домой бледная и похудевшая. Ее живот исчез. Родители стали постоянно ругаться и однажды, пытаясь в чем-то друг друга обвинить, отец сказала страшную фразу «бумеранг за угрозы». Таня поняла, что оно страшное, потому как изменилась в лице ее мама. Никогда она еще не видела ее такой подавленной и огорченной. Она очень долго плакала. Отец, чувствуя, что переборщил, пытался успокоить жену. Таня не хотела их тревожить. Понимала, что это личное дело родителей. В сентябре она пошла в школу. У нее появились новые друзья и заботы. Классной руководительницей оказалась молодая женщина. Она была очень доброй и помогала выполнять домашнее задание. Мама после того разговора с отцом изменилась. Стала более сдержанной и задумчивой. На лето у Тани была куча планов. Девочка собиралась гулять с утра до вечера. В этом году ей было позволено ходить с ребятами на речку, и Таня собиралась там провести все свободное время вместе с подругой. Но планам было не суждено сбыться. Большим потрясением стало узнать, что Наташу забрали в детский дом. Бабушка рассказала родителям, что соседку положили в больницу. Что-то с почками, нужна операция и дорогостоящее лечение, которая та скорее всего не сможет себе позволить. Таню не интересовала бабушка Наташи. Ей было страшно за подругу. Она находилась в кошмарном месте. Дети, напуганные рассказами взрослых, говорили, что там каждый день всех ребят бьют и морят голодом. - Давайте заберем оттуда Наташу? – Предложила Таня родителям. – Пока ее бабушка не выздоровеет. Никто не воспринял предложение девочки всерьез. Взять на себя такую ответственность это дело серьезное. Несмотря на все Танины уговоры никто не собирался ее слушать. Девочка не могла понять почему они просто не могут забрать Наташу. Что в этом сложного. Неужели, ее родителям так сильно она не нравилась? Или дело было в Наташиной маме? Таня затаила обиду на взрослых. Ведь они не понимали, что Наташу надо спасать! - Вот если бы я там оказалась. – Решила высказаться Таня, - Наташина бабушка меня бы забрала! Потому что она добрая! А вы все жестокие. Даже сандалии для нее пожалели. Бабушка Тани сразу схватилась за сердце и перекрестилась. Родители переглянулись. Им было неприятно услышать нечто подобное от дочери. Таня и не подозревала какие страшные слова только что произнесла. - Ты и про сандалии помнишь? – Только и удивился отец. – Для тебя это было важно? - Очень! Ей были они нужны! Она ведь последнее мне отдавала. Вечером Таня не вышла к родителям на улицу, отказалась от ужина. Обида была настолько сильной, что во рту опять было горько, а в горле образовался неприятный ком. Взрослые не стали ее уговаривать посидеть с ними. Они о чем-то активно спорили и до девочки им не было никакого дела. Утром отец с мамой уехали. Таня было очень любопытно куда они отправились. Только ей не хотелось показаться слабой, и она не стала об этом спрашивать. Бабушка, видя настрой внучки, сказала непонятную фразу: - Гордыня худший из смертных грехов. Твои родители хорошие люди и очень стараются для тебя. Зря ты так. Через неделю Таня и сама поняла, что переборщила. Родители до сих пор не вернулись. Не выдержав, она решила узнать у бабушки где они. - У них большое дело. - Они злятся на меня? Из-за этого их нет? - Они тебя любят, - ответила бабушка. Таню такой ответ не устроил. Теперь все мысли девочки были только о родителях. Ей почему-то казалось, что они ее бросили, а бабушка не хочет в этом признаваться. Стало по-настоящему страшно. Зря она наговорила им гадостей. Прошел месяц, прежде чем вернулись родители. Таня уже забыла все плохое и расплакалась, когда их увидела. Родители, которые раньше уезжали и на более длительное время, удивились. - Неужели, ты действительно думала, что мы тебя бросили? – Спросила мама. – Разве бабушка тебе не сказала, где мы были? - Нет. А где вы были? – Вытирая слезы, спросила Таня. Отец достал коробку и протянул дочери. Девочка взяла ее в руки и открыла. В коробке лежали симпатичные кожаные сандалии. Почему-то сразу вспомнилась Наташа. - Иди, - сказал папа. – Лично подаришь. Уговаривать Таню не пришлось. Она тут бросилась за калитку и добежала до знакомого дома. Забарабанив по двери, девочка ждала, когда кто-нибудь ей ответит. На пороге тут же появилась подруга, она приложила палец ко рту. - Тише, бабушка заснула. Она после операции. Мы только недавно приехали. Таня протянула ей коробку. Ей было очень важно вручить этот подарок. - Это тебе. Наташа взяла коробку и открыла. С любопытством она посмотрела на сандалии и неожиданно разревелась. Таня, глядя на подругу тоже заплакала. Так и просидели на пороге дома какое-то время, не понимая почему ревут. Теперь Наташу никто не прогонял. Мама больше на нее не злилась. Таня не знала, что вдруг изменилось и повлияло на ее мировоззрение. Но была рада, что теперь все дружат. Спустя время девочка узнала, что родители оплатили дорогостоящее лечение для бабушки Наташи. Тогда она еще не понимала, что это значит для ее подруги. Настоящую ценность родительского поступка девочка смогла оценить только спустя время, когда жизнь вновь начала налаживаться. Через год мама родила братика. Малыша назвали Ромой. С Наташей Таня поддерживала связь достаточно долгое время. Наташина бабушка прожила еще целых десять лет. Когда ее не стало, девушка еще училась. Окончив колледж, она вышла замуж и переехала в другую страну. Брак оказался счастливым. Подруга регулярно высылала подарки. В основном это была потрясающего качества обувь. Такая в фирменных магазинах теперь стоила целое состояние. В период когда у семьи стало плохо с деньгами, Наташа здорово их выручила. Впрочем, со временем и у Тани все наладилось. Она вплотную занялась своей карьерой и чувствовала себя счастливой. Сложно предположить, как сложилась бы судьба Наташи, если бы не неожиданная помощь Таниных родителей. Как-то папа признался, что тогда их поразили слова маленькой дочери и это сподвигло их принять правильное решение. Удочерить девочку они не могли, а вот спасти ее бабушку вполне. Таня уже и не помнила, что говорила. Одно лишь знала, ей тогда было почему-то важно, чтобы у подруги появились хорошие сандалии. Как сейчас Наташе важно, чтобы и у Тани всегда была пара хорошей качественной обуви. Автор: Adler. Как вам рассказ? Делитесь своим честным мнением в комментариях 🙏 Кстaти, я тeпepь дeлюсь историями eщё и в MAX [🙂] Кaнaл нaзывaeтся «Психология и саморазвитие» — пpиxoдитe в гoсти https://max.ru/vzglyan

На это Рождество сын заявил Ирине и ее мужу Федору, что ему уже двадцать лет, и встречать праздник их чадо намерено в компании себе подобных на даче у друзей. Родители пожали плечами, у них и так не было особых планов, но идея остаться наконец вдвоем показалась заманчивой. – Только без глупостей! – наставлял родителей Кирилл. – А то знаем мы вас, вон Ленька в прошлый Новый год гулял в компании, а в сентябре ему мама сестренку родила. Отметили родители праздничек. – У нас все культурно, – со смехом заверила сына сорокапятилетняя Ирина. – Мандарины, подарки под елкой, папин любимый жареный гусь и рождественское полено к кофе. А еще мы нашли старый видеоплеер и свою коллекцию фильмов на DVD в кладовке. Устроим марафон воспоминаний. – Молодцы, – одобрил Кирилл. – Я уезжаю на два дня, оставьте мне что-нибудь вкусненькое. Проводив сына, они решили начать праздновать сочельник. Сварили глинтвейн и разлили его в специальные бокалы из толстого стекла. Пожарили того самого гуся, а потом уютно расположились на диване перед телевизором, выбирая самый тематический фильм, а таких в коллекции оказалось много. Идиллию прервал звонок в дверь. До колядок было далеко, хотя на их улице в частном секторе такое нередко практиковали дети соседей. С недоумением на лице Ирина подошла к двери и оторопела. На пороге стояла свекровь, которая жила на другом конце города, сегодня в гости ее точно никто не ждал. – Федя, там твоя мама, – трагичным шепотом произнесла Ирина. – Может, притворимся, что нас дома нет? – Открывайте, – попинали ногой дверь с той стороны. – Я вижу, что вы дома. Ирина со вздохом распахнула дверь, а Галина Петровна тут же огорошила невестку новостью о своих планах. С собой в дом сына этим вечером она притащила трехлитровую банку воды, эмалированный таз диаметром не меньше метра и еще что-то в рюкзаке. Глядя на этот набор, Ирина недоумевала, как можно совместить столь странные вещи, а Галина Петровна в это время плаксивым голосом жаловалась сыну: – Твой отец – просто чурбан неотесанный. Я ему битый час втолковывала о древней традиции рождественских гаданий. И что ты думаешь? Он ответил, мол, все это бабкины сказки. Собрал мой инвентарь и отвез сюда, посоветовав пудрить мозги другим. А сам теперь ест на диване мои пироги. – Я бы от них тоже не отказался, – улыбнулся Федор. – Да какое там, у нас совсем нет времени на подготовку! Нужно провести чистку дома. Раз не удалось с моим, значит, будем окуривать ваш. Вот у меня и пучок папоротника есть, – заявила сыну Галина Петровна. – Будешь ходить и кадить им. – Мама, знаешь, я вспомнил, резина до сих пор не сменена, а пойду-ка я в гараж, – подхватив телогрейку, пробормотал Федор. – Ирочка, ты же развлечешь любимую свекровь? – Ну, конечно, – буркнула Ирина. – Я же об этом всю жизнь мечтала. Именно такие планы на Рождество и были. Но ответом ей оказалась только хлопнувшая входная дверь, а вокруг уже деловито суетилась свекровь. Глинтвейн она переставила на подоконник и теперь перемещала на стол вещи из своего бездонного рюкзака. Помимо объемного пучка трав и какого-то закопченного веника, там была колода карт, цветастый платок и еще какие-то неизвестные Ирине предметы. – Это нам зачем? – с ужасом поинтересовалась невестка у Галины Петровны. – Может, не стоит все на чистую скатерть класть? – Да перестань! – отмахнулась Галина Петровна. – Потом мне спасибо скажешь. Провидица Василиса по телевизору ясно сказала – сначала дом от скверны очистить. Вот тут сто свечей, сейчас расставим их и начнем. – Я не хочу ничего такого! – возмутилась Ирина. – Можно мы просто посидим с вами и телевизор посмотрим? – Тьфу ты, еще одна неверующая на мою голову! – возмутилась Галина Петровна. – А как же традиции, гадание? Вон даже у Пушкина было про Крещенский вечерок. Или это у Жуковского? – Так ведь это другой праздник, – робко обмолвилась Ирина. – Может, не время сейчас для гаданий? – Я что, должна откладывать такое важное мероприятие? И вообще, важен настрой, – заявила уверенно Галина Петровна. – А ты мне его сбиваешь. Или не хочешь узнать, кто богатым будет, а кому замуж идти? – Да мы вроде все уже и так в браке, – из последних сил отбивалась от предложения свекрови Ирина. – Ну хорошо, если это не слишком надолго, давайте попробуем. Свекровь с энтузиазмом взялась за дело. Поверх скатерти она расстелила свой платок, на него водрузила таз с водой, уложила колоду карт и прочие атрибуты, а потом по одной стала зажигать свечи и закреплять их по комнате на предметах мебели. Ирина попробовала возразить, но ей было сказано, что так и проявляется порча, желанием спорить. В общем, пришлось просто замолчать и беспомощно наблюдать на потеки воска на мебели. Завершив эпопею со свечами, Галина Петровна торжественно схватила закопченный веник, обмакнула его в воду в тазу и, размахнувшись, начала разбрызгивать капли вокруг себя. Кот Барсик, до ужаса боявшийся метел и похожих на них предметов, сказывалась прежняя дворовая жизнь, взметнулся в воздух. Он вихрем пронесся по комнате, сшибая все на своем пути, а попадались ему преимущественно свечи. Вскоре все заполыхало, несколько огарков сами потухли, другие потушила Ирина. А потом загорелась ее любимая скатерть и платок свекрови. Галина Петровна схватилась за таз и залила начинающееся пожарище водой. Большая часть, правда, попала на саму свекровь. – Галина Петровна, хватит! – кричала Ирина. Но свекровь авторитетно ей заявила: – Все так и должно быть. Это значит, зависти на вашем доме много, сглазили его, нечисть мешает нашему гаданию. – Пусть так, мне все равно! Мы чуть дом не сожгли! – кричала Ирина. – Ну какая ты паникерша! – пробурчала свекровь. – Сядь в уголок, сейчас я обряд очищения буду проводить. Эх, жаль, Федя ушел в гараж, с мужчиной солиднее бы вышло. С этими словами она снова взмахнула мокрым веником и долила в таз воду. Кот снова проскакал по всей комнате и повис на проводах гирлянды. Раздался треск, комната погрузилась в темноту. Галина Петровна продолжала увлеченно махать своими гадательными принадлежностями, а Ирина сидела у окна и смотрела на этот фарс, решив просто с ним смириться. Тут кот осуществил финальный прыжок через всю комнату на шкаф, но промахнулся, повалил вазу и сам упал вслед за ней на голову свекрови. Та, получив удар по голове и потеряв обзор, кулем осела на пол и забормотала: – Видишь, это домовой на меня так разозлился. Правильно Василиса говорила, нужно в своем доме ритуалы делать и гадать. Там-то меня домовой знает. В этот момент кот отцепился от прически Галины Петровны вместе с шиньоном и упал на пол без сил, а в доме вспыхнул свет. Это Федор в гараже включил выбитые скачком напряжения пробки, а затем и сам появился на пороге, растерянно оглядывая комнату. – Это что же вы тут нам такое нагадали? Ремонт и много трат в ближайшее время? – ахнул он. – С ума сойти, ну ладно мама. Но ты, Ира, вменяемая адекватная женщина. – Это все ваш домовой, он взбесился, – авторитетно заявила Галина Петровна. – Хорошо хоть обошлось без жертв. Я читала, были случаи. – Знаете что, – предложила Ирина, – идите в ванную отмываться и приводить себя в порядок, сухой халат, носки и тапки я туда принесу. Пока свекровь мылась, она кратко поведала мужу хронологию событий. Отсмеявшись, Федор начал помогать супруге с уборкой, все гадательные принадлежности они сложили в таз и выставили на крыльцо. Вернувшейся Галине Петровне это очень не понравилось. – Зря ты смеешься, Ирина, – проворчала она. – Вот повалятся несчастья, будешь еще жалеть, что не дала мне гадание начать. – Так вы что, еще даже не начинали? – расхохотался Федор. – А что планировалось тогда? Полный снос дома под основание? Мама, не стоит легко верить во всякую мистическую чушь. – Ладно, не хотите такое гадание, давайте другое, – миролюбиво сказала сыну и невестке Галина Петровна. – Вот есть вариант со жженой бумагой. Только надо выключить свет. – Нет! – хором заорали Федор и Ирина. – Никакого огня больше! – Ну это не интересно, – обиделась на них Галина Петровна. – Ясно же, что вас сглазили. Можно бросить сапожок и выяснить, кто из соседей это сделал. – Вроде так на жениха гадают, – сдерживая смех, ответила Ирина. – И потом, лишней обуви у нас для таких забав просто нет. Галина Петровна уселась на диван и надула губы. Отказ сына и невестки делать все по правилам, как она им велела, расстраивал женщину. Тем более, она очень внимательно слушала эту Василису по телевизору, даже записывала, чтобы все сделать правильно. А теперь планы приходилось менять буквально на ходу. – Вот что вы за люди? – снова завела беседу Галина Петровна. – Могли бы уже сейчас узнать, чего ждать. Ну не хотите свечки в доме, давайте хоть гараж почистим или сарай. Это же такой красивый ритуал. – Ага, не от него ли пошло выражение «сгорел сарай, гори и хата», а, мама? – поинтересовался Федор. – Хватит с нас этих экспериментов. Я тебе и без гадания скажу. Некоторых ждет прямо сегодня дорога дальняя. Отец уже едет, я ему позвонил. – Не собираюсь я никуда с этим чурбаном! – фыркнула Галина Петровна. – Тут у вас на диванчике посплю. Знаете, припоминаю, что Василиса говорила про кошек. Мол, священные животные и все такое. Наверное, ваш Барсик всю нечисть и прогнал. – И надолго вы на мужа обиделись? – испугавшись, спросила Ирина. – Может, все не так плохо? – Он мне дома гадать запрещает и у телевизора антенну обещал отключить, чтобы всякую чушь не смотрела, – Пожаловалась им Галина Петровна. – А у меня сериал завтра. Никак не могу пропустить. Тут под Галиной Петровной рухнул стул, у него подломилась ножка, она опять обвинила в этом домового. А в это время в дом вошел свекор Ирины Александр Иванович, он посмотрел на сидящую на полу и охающую жену и пробормотал: – Вот точно, женщина-катастрофа, ну ни на минуту нельзя оставить. То спалит что-нибудь, то разгромит. А вчера что учудила! Веник свой подожгла, воняло и дымило так, что соседи пожарных вызвали. И меня заодно с работы с суточного дежурства. – Значит, тут вы вовсе не от Александра Ивановича скрываетесь, а от гнева соседей? – догадалась Ирина. Она сказала свекру: – Не волнуйтесь, ее гадательный инвентарь мы спрятали. – А чего они? – оправдывалась Галина Петровна. – Набросились на меня, обозвали ведьмой. А тут хоть проветрить можно, если надымишь. И соседи у вас за забором. Ирина с Федором переглянулись и рассмеялись, а потом пригласили свекров есть рождественское полено и гуся, которого пришлось разогреть в духовке. Вскоре у всех поднялось настроение и даже Галина Петровна признала, что рождественский сочельник в этом году хоть и вышел необычным, все же запомнится надолго. – А на следующий год мы снова подготовимся, только получше. И устроим настоящее гадание, – радостно произнесла она. – Соберем побольше гостей, спрячем кота. – И сделаем это у вас дома, – радостно ответила свекрови Ирина. – Сами же понимаете, у нас тут домовому сильно не нравятся ваши пироманские эксперименты. А ваш, наверное, уже привык к такому. – Ладно, можно и без гаданий, – вздохнула Галина Петровна. – Ваш вариант празднования мне тоже очень нравится. Только гуся было мало, и фильм в следующий раз я выберу сама. Ира, налей мне еще половничек того странного компота. Очень уж он успокаивает. – Просто это глинтвейн, мама, – усмехнулся Федор и наполнил бокал. На следующий сочельник Ирина с мужем просто уехали к друзьям в гости, повторять эксперименты с гаданием они не желали. А Галина Петровна, узнав об этих планах, выпросила у невестки рецепт глинтвейна. На всякий случай, вдруг она снова разволнуется. Или что-то пойдет не так. (Автор Анна Медь)