ЧУВСТВ БЕЗБРЕЖНЫЙ ОКЕАН

Фото на память

В тот день в доме Киселёвых был двойной праздник: к ним в гости приехал сын, не балующий родителей частыми визитами, и пришло письмо из администрации уже о точном переселении из аварийного жилья в течение года.
И если приезду Ильи больше всех радовались Наталья Алексеевна и Николай Петрович, то новости о грядущем переселении были несказанно рады все жители их старенького двухэтажного дома на шестнадцать квартир.
Встречать сына родители вышли заранее. К ним прис

Расстрел

В восемь лет наша старшая изъявила желание проколоть себе ушки.
- Хочу гвоздики, - сказала она. - Простые серебряные.
- Так простые или серебряные? - уточнил я.
- Простые серебряные!
- Скажи спасибо, что не золотые, - проговорила жена.
- А что, можно золотые? - встрепенулась старшая.
- Нет, золотые - нет!
- Тогда серебряные, с камушком...
- С каким ещё камушком?
- С обычным.
- С гранитом, что ли?
- С бриллиантиком.
- С бриллиантиком?! - задохнулся я.
- Да не с настоящим, - сказала жена. - С цирконием. Своди её в магазин, и пусть выберет себе что-нибудь с цирконием.
И мы отправились в магазин втроём - я, старшая и младшая, которой на тот момент не было ещё и шести.
-

Про Ольгиного Ангела

У него был маленький постыдный секретик. Ольгин Ангел иногда немного завидовал некоторым своим собратьям, у которых были ухоженные лоснящиеся крылья. Зависть - это же грех, а он Ангел - безгрешный по определению. Как в нем это уживается - святость и зависть, он и сам не мог понять, поэтому и держал в секрете свою маленькую тайну.
Но крылья, подбитые нежным пухом, не тронутые бурями и грозовыми раскатами, это так красиво! Не то что его. Его крылья были мускулистые, местами мозолистые, и кое-где опаленные. Скажем так - он был не самый красивый Ангел из-за этого. Зато его Ольга настоящая красавица, ни одного шрама Ангел не допустил на ее личико.

Одноклассники

- Привет, Елена Прекрасная! Давай дружить! Я включил тебя в список друзей, теперь, надеюсь, не откажешь мне в дружбе? Жека.

Невероятная встреча

Зять помог ей забраться в тамбур. Вместе с дочерью занесли в «люкс» её сумки.
- Всё, мама, мы побежали! – обнялись, пряча слёзы.
- До свидания, Татьяна Алексеевна! – произнёс зять, слегка поклонившись.
Подошла к окну, помахала им:
«Убежали. Невдомёк им, что, может, видимся в последний раз. Что-то мне в последнее время грустные мысли в голову лезут. Как им не лезть, шестьдесят семь лет уже».
Оглядела купе, открыла дверку:
«Ух, ты! И туалет, и душ прямо в купе. Зятёк не пожалел денег. В столице у них зарплата не то, что у нас в провинции. Верхних полок нет, два места только. Интересно, у меня попутчица будет? Целые сутки одной скучно ехать».
Дверка открылась. Показал