Синдром попутчика

«На море ты не едешь…»

— На море ты не едешь, я купил путёвку маме, — муж разрушил все мои планы, но и я в долгу не осталась Есть такие моменты в жизни, когда понимаешь: вот оно. Вот та точка, после которой всё будет иначе. Я стояла в аэропорту с чемоданом на колёсиках, в солнечных очках, сдвинутых на лоб, и смотрела на табло вылетов. Рядом никого. Ни мужа. Ни свекрови. Только я, мой багаж и билет в туда, где море. За спиной осталось столько всего, что если бы кто-то попросил меня описать последние три месяца одним словом, я бы выбрала «война». Негромкая, домашняя, с чаем на кухне и вежливыми улыбками при гостях — но война. И я из неё вышла. Сама. На своих условиях. Но давайте по порядку.

Счастливый дом..

— Ё-моё, что ж мы наделали, Катя?! — Сергей ошарашенно смотрел на жену. До него вдруг дошло, что все эти сотки и грядки надо обрабатывать, теплицу укреплять, а дом...ох, дом это просто страшно. Рядом стояла притихшая Катерина. — Ну, внуки же, витамины, свежий воздух, а? — уже не так уверенно, как перед покупкой, ответила жена. — Ага. Радикулит, геморрой, пробки, — причмокнул губами супруг. Деревянный домик смотрел на парочку со спокойным любопытством. Много их тут таких перебывало. Кто-то на один месяц оставался, кто-то на лето задерживался, а настоящих хозяев не было давно. В восьмидесятых ушёл Сергеич и Марусенька следом, выросли и разъехались их дети, с тех пор кочевьё сп

Падчерица

Когда мы с Мариной встретились и полюбили друг друга, Аленке было шесть лет. Выросшая без отца, она так жаждала любви, что никаких проблем по привыканию друг к другу у нас с ней не возникло. Мы жили душа в душу, пока не пришел он — подростковый возраст! — Ты мне не отец! — вскричала однажды Аленка. Как это не отец? А кто, простите, все эти годы выслушивал твои жалобы на одноклассников и, заступался за тебя на родительских собраниях? Кто прятал последние конфеты в доме, чтобы вручить тебе, когда ты расстроена? Кто разделил с тобой секрет о том, что ты украла куклу у вредной Таньки из соседнего двора? И кто, извините, под покровом ночи крался по дворам с этой куклой за пазухой,

Мы на потом откладываем жизнь

Мы на потом откладываем жизнь, Надеясь, что опять наступит завтра, И кто-то нам подарит бенефис Для личного отдельного театра. Мы на потом откладываем дни, Окрашенные в цвет любви и страсти, Не зная, что сегодня есть они, А завтра будет ветер и ненастье. И каждый раз мы думаем: потом Доделаем, долюбим, доцелуем, Кому-то свет и радость принесем…, Не понимая истину простую: Неведомо, что будет впереди, Смеётся Небо, глядя на скрижали, Нам не дано о будущем судить, И мудро, чтобы мы о нём не знали. Но надо жить сегодня и сейчас, Не завтра, через год или неделю, Никто другой не сделает за нас Все то, что мы когда-то не успели. Татьяна Дизик

«Тянитесь к свету… Всегда…»

Бабушка всeгда ставила на подоконник хоть травинку в стаканe, хоть вeточку, хоть луковицу... И всё росло... Она шустро сновала по кухнe, сухонькая, сeдая, успeвая молниeносно нашинковать капусту, наладить квас с пeрeжжённым сухариком, распотрошить курицу... Пeла при этом... Но иногда брала в руки стакан с травинкой и долго смотрeла на нeго... Когда я спросила, почeму она так любит это дeлать, бабушка просто отвeтила: - Так я набираюсь силы жить... Вижу цвeток, былинку, зeлёную стрeлку лука, и тянусь, как и они, ухватить свой кусочeк свeта... Кусочeк свeта, поднимающий ввeрх хрупкую травинку... Так устроeна жизнь... Тянитeсь к свeту... Всeгда... Лиля Град

«Надо только верить…»

Катя ходила возле витрин и ела еду. Глазами. Мысленно представляла себе, на что может хватить денег в ее тощем кошельке. Выходило, что надо экономить. Вместо трех подработок у нее осталась одна. И от накопленных денег после маминых похорон не осталось вообще ничего… Если по порядку: осталась она, по сути, одна. Замужем никогда не была. Вначале училась. На бухгалтера. Вообще-то Катя терпеть не могла цифры и все, что с ними связано. Но папа настоял в то время. Мол, без денег не останешься, нужная профессия. — Мне нравится ухаживать за кем-то. Ну, знаешь, чтобы человеке легче становилось. Подбадривать его и все такое! – робко говорила тогда отцу юная Катя. —

Ночной горшок никогда не станет яйцом Фаберже

Спросила недавно маму: А МОЖНО ЛИ ПОЛЮБИТЬ ИДИОТА (альфонса, подлеца, ходока и т.п.) ?
Мама, иронию которой нужно черпать ложками, ответила так:«Полюбить можно даже ночной горшок. Но уж только тогда будь добра честно признать, что любишь ты именно ночной горшок, и ждёшь от него не больше, чем стоит ждать от ночного горшка…
И всё пойдёт так хорошо, как бывает тогда, когда используешь вещь по её прямому назначению…Но горе тебе, если ты, полюбив ночной горшок, будешь всем рассказывать, что отхватила «яйца Фаберже», и владеешь теперь несметным сокровищем…И ещё хуже, если ты сама начнёшь верить, что вот ещё чуть-чуть, и «яйца» станут приносить капит