Музыкальная табакерка

История «Who's Next» — это история грандиозного провала, обернувшегося триумфом. После оглушительного успеха рок-оперы «Tommy» в 1969 году лидер The Who Пит Таунсенд задумал ещё более амбициозный проект под названием «Lifehouse» — футуристическую мультимедийную концепцию про мир, где людей держат в изоляции через виртуальную реальность, а музыка становится инструментом духовного освобождения. Таунсенд хотел синхронизировать концерты с зарождающимися компьютерными технологиями, создать интерактивное шоу, объединяющее группу и публику в единый организм. Идея была настолько опережающей время и настолько запутанной, что её не поняли ни музыканты, ни продюсеры, ни звукозаписывающая компания. К началу 1971 года проект «Lifehouse» окончательно забуксовал. Таунсенд, вымотанный попытками объяснить окружающим свою визию, впал в творческий кризис, а группа тем временем продолжала записывать материал в студии, включая эксперименты со студийными сессиями в Нью-Йорке с продюсером Китом Лэмбертом. В

Середина девяностых в Великобритании — время бритпоп-бума, когда после засилья американского гранжа и электроники страна вновь захотела слушать гитарную музыку на родном языке о родной жизни. На этой волне одновременно расцвели две группы, ставшие символами противоположных Британий: лондонский квартет Blur во главе с Дэймоном Албарном, воспевавший ироничную, немного снобистскую жизнь южноанглийского среднего класса, и манчестерская банда работяг Oasis братьев Галлахеров, которая пела о простых уличных мечтах рабочих окраин севера страны. Классовое и географическое противостояние Юга и Севера, интеллигенции и рабочего класса словно материализовалось в двух музыкальных коллективах — и пресса не могла упустить такой подарок. Предпосылки конфликта копились задолго до открытой войны. Дэймон Албарн из Blur публично недолюбливал звучание Oasis, считая его вторичным подражанием британскому року шестидесятых, прежде всего The Beatles и The Kinks, а не оригинальным высказыванием. Братья Галлахе

Есть альбомы-возрождения — записи, которые появляются на руинах группы, официально признанной мёртвой, и вопреки всякой логике становятся её главным шедевром. «Vienna» Ultravox — именно такой случай. Вышедший в июле 1980 года, этот альбом не просто спас коллектив от забвения — он подарил новой волне одно из самых узнаваемых звучаний десятилетия и одну из самых красивых баллад в истории синти-попа. К концу 70-х Ultravox переживали не лучшие времена. Основатель группы, вокалист Джон Фокс, покинул коллектив в 1979 году ради сольной карьеры, забрав с собой не только голос, но и во многом творческое лицо группы. Для многих команд такой уход означал бы конец — фронтмен-визионер, автор большинства текстов, ушёл, а оставшиеся музыканты, казалось, остались без компаса. Но у оставшегося состава — басиста и клавишника Криса Кросса, барабанщика Уоррена Кэнна и мультиинструменталиста Билли Карри, отвечавшего за синтезаторы, скрипку и альт, — было секретное оружие: они позвали Мидж Юра. Юр к тому м

Сегодня электронная музыка предстает во всем своем многообразии. Она звучит по радио, ее "крутят" в клубах, под нее можно расслабиться или тренироваться. Но чтобы она стала достоянием массового слушателя, она должна была выйти за пределы звуковых лабораторий, в которых возникла в конце 1950-х годов. И один альбом приблизил ее к этому. Сегодня он слушается наивно, а на фоне последователей в виде Жан-Мишель Жарра, Tangerine Dream и Вангелиса кажется малоинтересным набором звуков. «Silver Apples of the Moon» было первым произведением электронной музыки, специально заказанным для выпуска на LP. Альбом стал первой полноформатной пластинкой электронной музыки, заказанной молодым в то время классическим лейблом Nonesuch Records. До этого электронная и конкретная музыка существовала в основном в академических кругах, на концертах современной музыки или в виде разрозненных экспериментальных изданий — хотя коммерчески издававшиеся альбомы электронной и конкретной музыки выходили и раньше, ни

В истории рока есть группы, чьи биографии - извилистые дороги. Они долго идут к успеху, распадаются, собираются вновь. Именно такой была голландская Livin' Blues к середине 70-х. И именно в этот момент, когда, казалось бы, всё уже развалилось, группа неожиданно записала свой самый успешный альбом — «Blue Breeze». История его создания — это в чистом виде рассказ о том, как кризис может обернуться лучшим, что случалось с группой. Livin' Blues возникли в Гааге в 1967 году вокруг гитариста Теда Оберга. Голландия тех лет переживала настоящий блюзовый бум — на волне британского блюз-рока молодые музыканты по всей стране собирали группы, вдохновляясь Fleetwood Mac, John Mayall's Bluesbreakers и американскими первоисточниками. Livin' Blues быстро стали одними из главных представителей этой сцены — наряду с земляками Cuby + Blizzards они считались абсолютной вершиной голландского блюза начала 70-х. Костяк группы составили сам Оберг на гитаре, гармошечник Джон Лагранд и вокалист Никко Кристиан

Спустя десятилетия этот альбом получил все возможные титулы от критиков. Его называют инновационным, необычным, и в этом есть справедливость: музыканты, создавшие его, действительно смогли посмотреть в будущее. «Tago Mago» группы Can, вышедший в 1971 году двойной альбом до сих пор звучит так, словно был записан не группой, а какой-то коллективной галлюцинацией — организованным хаосом, в котором джаз, рок, электроника и студийная магия сплавились во что-то принципиально новое. Чтобы понять «Tago Mago», нужно понять, кем были Can. Группа образовалась в 1968 году в Кёльне, и это не случайность — именно в Кёльне располагалась одна из ключевых европейских студий электронной музыки, где работал Карлхайнц Штокхаузен. Клавишник Ирмин Шмидт и басист Хольгер Шукай учились у него композиции — то есть в основе группы лежало не рок-н-ролльное баловство, а серьёзная академическая школа, авангард, электроакустические эксперименты. Но при этом Шмидт и Шукай не хотели оставаться в башне из слоновой ко

Осенью 1972 года по радиостанциям Западной Германии, Австрии и стран Бенилюкса разлетелась одна из самых узнаваемых мелодий десятилетия — жизнерадостная, почти карнавальная песня «Mexico» группы Les Humphries Singers. Несмотря на название, к самой Мексике композиция не имеет почти никакого отношения — это лишь одна из многих странностей в истории песни, ставшей визитной карточкой одного из самых необычных музыкальных коллективов континентальной Европы 1970-х. Сама группа была порождением послевоенной музыкальной эмиграции. Её основатель, англичанин Лес Хамфрис (настоящее имя Джон Лесли Хамфрис), родился в 1940 году в графстве Суррей, отслужил в Королевском военно-морском флоте, где играл в военном оркестре и дослужился до звания старшего сержанта-музыканта, а затем перебрался в Гамбург. Там, вдохновлённый успехом американского госпел-коллектива Edwin Hawkins Singers и их хитом «Oh Happy Day», в 1969 году он собрал собственный ансамбль — Les Humphries Singers. Идея была смелой для свое

12 августа 1991 года вышел альбом, который навсегда изменил представление о том, чем может быть метал-группа в мейнстриме. Пятый студийный альбом Metallica, формально называвшийся просто «Metallica», весь мир быстро окрестил «Чёрным альбомом» — за строгую, почти аскетичную чёрную обложку с едва заметным силуэтом свернувшейся кольцами змеи, отсылающим к революционному флагу Гадсдена. За этой обманчиво простой оболочкой скрывалась история одной из самых дорогих, мучительных и в итоге триумфальных студийных сессий в истории рок-музыки. К концу 1980-х Metallica были признанными королями трэш-метала — жёсткого, стремительного, технически изощрённого поджанра, где песни могли длиться по девять минут и содержать десяток тематических частей. Однако барабанщик и один из лидеров группы Ларс Ульрих, услышав звучание малого барабана на альбоме Mötley Crüe «Dr. Feelgood» в конце 1989 года, решил во что бы то ни стало заполучить человека, стоявшего за этим звуком, — канадского продюсера Боба Рока.

Это был один из моментов в истории рока, которые длятся считаные секунды на сцене, но остаются в легендах десятилетиями. Вечер 26 июня 1968 года в лондонском Royal Albert Hall, когда клавишник группы The Nice Кит Эмерсон поджёг американский флаг прямо во время выступления. Этот жест стоил группе пожизненного запрета на выступления в одном из самых престижных залов Британии — и одновременно превратил их из перспективной прог-рок-команды в главных возмутителей спокойствия своего времени. Чтобы понять, зачем Эмерсон это сделал, нужно вернуться немного раньше — к самой песне, во время исполнения которой произошёл инцидент. В 1968 году The Nice записали инструментальную кавер-версию композиции «America» из мюзикла Леонарда Бернстайна «Вестсайдская история». Но это была не просто дань уважения бродвейской классике — Эмерсон превратил номер в настоящий политический памфлет. Идея родилась под впечатлением от трагических событий конца 1960-х: убийства президента Джона Кеннеди, а затем и Роберт

Это было 53 года назад. Вовсю творили Led Zeppelin, Black Sabbath, Pink Floyd, Deep Purple и прочие гранды рока. Диско еще только начинало входить в моду. Популярными были баббл-гам певцы и софт-рокеры. И вдруг в отдаленном гетто в Нью-Йорке случилось событие, которое запустило механизм изменений. Никто из присутствовавших там подростков и не подозревал, что становится свидетелем рождения одного из самых влиятельных музыкальных жанров XX и XXI веков. И если вы думаете. что хип-хоп - это новая музыка, то появлялся он всего лишь через три года после распада The Beatles. 11 августа 1973 года DJ Kool Herc выступал в роли диджея и ведущего на вечеринке, которую организовал вместе со своей младшей сестрой Синди по адресу Седжвик-авеню, 1520. Восемнадцатилетний ямайско-американский пионер брейкбита и его сестра Синди устроили ставшую впоследствии знаменитой уличную вечеринку «Back to School Jam» — по сути, обычный праздник в честь начала учебного года, каких в Бронксе в те времена проходило