Лахта Центр

На набережной Лахта Центра по инициативе «Газпрома» идет возведение Триумфального столпа в честь победы в Северной войне. На его постаменте будут размещены большие и малые медальоны. На одном из них — малом медальоне «Силна ладия россиска на Чюдском озере. 1704» — изображено решающее сражение со шведами за господство на Чудском озере. О том, как псковская флотилия и русские войска под началом генерал-майора Николая фон Вердена устроили шведам ловушку в устье реки Омовжи (Эмайыги), разгромили неприятеля и открыли путь к взятию летом 1704 года городов Дерпт (Тарту) и Нарва, читайте на сайте «Небываемое бывает». 🖼 Иллюстрация: Флот Петра I на Переславском озере. Д.Кардовский, 1927 #лахтацентрзнаний

Грядущая «Ночь музеев» не только побуждает посетить интересные экспозиции, но и навевает мистическое настроение. Хочется прикоснуться к неизведанному, к тайне, встретиться с призраком хранилища или увидеть, как в темноте оживают древние артефакты. Специально для сообществ Лахта Центра гид Павел Перец расскажет о пяти музейных пространствах, связанных с городскими легендами, и объяснит, почему это не более чем легенды. Башня грифонов Непонятно, когда возникла легенда о грифонах, обитавших на башне. Труба была создана при перестройке доктором Пелем своей аптеки, где располагались мастерские по изготовлению лекарств. Так что это всего лишь вытяжка химической лаборатории. Цифры на ней появились в результате акции художника Алексея Костромы, который 1 мая 1994 года установил на башне гигантское яйцо из картона. Самая же большая загадка в том, что до сих пор многие гиды, не говоря уже о простых туристах, путают грифонов и крылатых львов. В доме на 7-й линии теперь музей не только аптеки док

Чтобы попасть в нашу фотоленту, не забывайте ставить тег #лахтацентр, когда публикуете фото самого высокого небоскреба Европы. Спасибо авторам за красивые снимки из сегодняшнего выпуска! #лахтацентрвдохновения

Уличное искусство, или стрит-арт, включает много жанров и форм взаимоотношений между художником, зрителем и городом. Пожалуй, самая широко известная форма стрит-арта — нелегальные граффити, надписи и рисунки на стенах, с которыми постоянно ведут борьбу работники коммунального хозяйства. В этой борьбе зрительские симпатии зависят от того, насколько сильно нам нравится закрашиваемое или смываемое со стены произведение (и приходится признать, что нередко они скорее на стороне работников с кистью, чем на стороне творцов с баллонами краски). Но надписи и рисунки на стенах домов — только небольшая часть того, что называют уличным искусством. Есть уличное искусство, которое работает с переосмыслением городского пространства. Вы сталкиваетесь с ним внезапно, в неожиданном месте, оно ловит вас неподготовленным к встрече, выводит из состояния задумчивости и безучастности к окружающему миру и помогает увидеть необычное в банальном и привычном. Так, например, в разных местах Петербурга — в переулк

Корюшка — рыбка, без которой невозможно представить петербургскую весну. Но откуда взялось ее необычное название? Об этом специально для Лахта Центра рассказывает доктор филологических наук Валерий Ефремов. Многовековые и тесные контакты обитавших на территории Псковских и Новгородских земель славянских и финно-угорских племен не могли не привести к тому, что их языки обогащали друг друга. С одной стороны, память об автохтонных жителях Северо-Запада России сохраняется в таких неславянских по происхождению топонимах, как Вологда, Ладога, Онега, Нева и многие-многие другие. Из финно-угорских языков в русский язык попали названия реалий Севера (тундра, пурга), еды (пельмени, сайка, пахта), животных (морж, нерпа). Отдельный пласт заимствованной лексики представляют собой названия рыб, которые водятся в северных реках, озерах или морях: камбала, килька, мойва, салака, ряпушка, таймень, хариус. К этой же группе заимствований относится и корюшка. Русское слово «корюшка» восходит к карельском

Небо над Петербургом иногда выглядит как кадры из фантастического фильма. Катя Стрельникова из сообщества «Астро Фото Болото» рассказывает о редком природном явлении — облаках-мамматусах, которые недавно удалось заснять с камер Лахта Центра. Мамматусы, или вымяобразные облака, — достаточно необычные для наших широт облачные образования с характерными округлыми «мешочками», свисающими вниз с нижней кромки облака. Чаще всего они появляются после грозы или рядом с мощной фронтальной облачностью. Особенно впечатляют мамматусы при низком закатном солнце: тогда их вид кажется почти инопланетным. Но несмотря на грозный вид, мамматусы не означают, что прямо в точке наблюдения обязательно будет опасная погода. Это скорее признак сложных процессов, протекающих внутри облака: движения воздуха и резких контрастов влажности и температуры. Текст: Катя Стрельникова Фото и видео: Нелли, Ирина Жевлакова, Никита, Стас К. из сообщества «Астро Фото Болото», камеры Лахта Центра #смотривыше

Чтобы попасть в нашу фотоленту, не забывайте ставить тег #лахтацентр, когда публикуете фото самого высокого небоскреба Европы. Спасибо авторам за красивые снимки из сегодняшнего выпуска! #лахтацентрвдохновения

В годы блокады фашисты пытались стереть Ленинград с лица земли, и это отражалось в интенсивности авианалетов и артиллерийских обстрелов. После войны город восстановили, какие-то здания были полностью перестроены. Но некоторые отметины осколков от снарядов решили специально оставить. Гид Павел Перец рассказывает о местах, где можно увидеть следы тех дней. Исаакиевский собор Если приглядеться к колоннам западного портика, можно заметить характерные щербины. Есть распространенная история, что один из артиллеристов посоветовал свезти все ценности в собор, поскольку немцы не будут его обстреливать: высокий и яркий золотой купол — прекрасный ориентир для наводки орудий на город. В храме действительно хранили многие музейные ценности благодаря его надежным стенам. А чтобы ориентиром он служить не мог, купол покрыли специальной серой корабельной краской, которую отмыли после войны. Спас на Крови На южном фасаде храма четвертая мемориальная доска, посвященная заслугам Александра II, отличаетс

В Петербурге есть своя особая примета весны. Как только уходят заморозки, мраморные статуи в садах и парках начинают скидывать деревянные «шубы». Этой петербургской традиции уже почти три века. Рассказываем, как она появилась и почему без нее не обойтись. Традиция упаковывать статуи на зиму была не всегда — она зародилась в начале XVIII века. Первую теплую «одежду» примерила скульптурная группа «Мир и Победа», выполненная в 1723 году итальянским скульптором Пьетро Бараттой. Это была мраморная аллегория Ништадтского мира, который утвердил военные успехи России в борьбе со Швецией в ходе Северной войны (1700–1721). Во время правления императрицы Анны Иоанновны уже многие скульптуры на осенне-зимний сезон укрывали от дождей и снега. Их заматывали холщовой тканью. Надо признать, такая «шуба» была не слишком надежной от петербургской непогоды: холст намокал, замерзал, превращаясь в ледяной панцирь. Потом благодаря скульптору Василию Демут-Малиновскому придумали куда более надежный вариант —

В легендарном пятом павильоне «Ленфильма», где когда-то снималась советская классика и популярные музыкальные клипы, сейчас находится интерактивная инсталляция «Пропавшие в кинохронике». Это масштабная и пронзительная история о Великой Отечественной войне глазами операторов, которые снимали хронику на фронте, в тылу, в партизанских отрядах. В этой большой истории именно они — главные герои, рассказчики и проводники. Зритель с аудиогидом за час проходит один за другим через пятнадцать залов, в каждом из которых детально воспроизведен интерьер или пейзаж — фрагменты зданий, макеты техники, мебель, вещи и полноразмерные фигуры участников событий. Это 1500 квадратных метров декораций, где нет ограждений и смотрителей. Чтобы эффект присутствия был полным, на выставке даже можно трогать представленные предметы, если не перемещать их и не пытаться вынуть из экспозиции. Первый зал посвящен раскопкам, которые проводились в 90-е годы на берегу Невы. В войну это место называлось «Невский пятачок»