Альпина Паблишер

Менеджмент постоянно меняется: появляются новые технологии, инструменты автоматизации, гибридный формат работы и новые подходы к управлению командами. Но при этом многие проблемы бизнеса остаются прежними — как вывести новый продукт на рынок, как выстроить работу большой организации и как сделать процессы эффективнее. Именно поэтому некоторые книги по менеджменту не устаревают десятилетиями: они помогают разобраться не в конкретном тренде, а в принципах, которые лежат в основе бизнеса. В серии «Классика менеджмента» «Альпина Паблишер» собраны книги, которые стали важными для управленческой мысли и продолжают влиять на руководителей, предпринимателей и специалистов разных отраслей. Среди новинок серии — работы Джеффри Мура, Генри Минцберга и Тайити Оно. Каждый из авторов смотрит на бизнес с совершенно разной стороны: один объясняет, почему даже перспективные технологии могут провалиться на пути к массовому рынку, другой разбирает устройство организаций, а третий показывает, как избавить

Задумывались ли вы когда-нибудь, сколько человек работало над книгой, которую вы держите в руках, — помимо того, чье имя украшает обложку? За процессом книгоиздания стоит целая команда: автор пишет, редактор проверяет текст, корректор исправляет ошибки, дизайнер разрабатывает концепцию обложки, верстальщик подготавливает книгу для печати... В этой цепочке есть человек, чья работа незаметна на первый взгляд. Это литературный редактор. Он не правит запятые, не решает, выйдет книга или нет, не выстраивает архитектуру сюжета. Тогда в чем заключается его работа? И так ли он нужен автору и издателю? Рассказываем, как устроена одна из самых незаметных и при этом важных профессий в книгоиздании. На работу с текстом у автора уходит от нескольких месяцев до нескольких лет. Иногда он присылает в издательство рукопись, полностью готовую к публикации: без потребности в доработке в плане структуры и логики, но и в этом случае текст требует глаза литературного, а иногда и научного редактора, и, конеч

Если вам знакомы слова сиридар, чакобса и сиетч, то вы наверняка читали «Дюну» писателя-фантаста Фрэнка Герберта. Но знаете ли вы, что эти слова не плод фантазии талантливого автора, а реально существующие термины, которые он позаимствовал из книги, написанной за пять лет до выхода «Дюны», — книги про войну кавказских горцев против экспансии Российской империи? Автора этой книги в нашей стране знают единицы, хотя в Англии и Франции она считается культовой писательницей. Кто эта женщина и действительно ли без неё легендарная «Дюна» могла получиться совсем другой, или вообще не появиться — рассказываем в этой статье. Историк и журналистка Лесли Бланч родилась в Западном Лондоне в 1904 году — в семье, где все было устроено не так, как у соседей. Их дом сложно было назвать обычным. Родители были бедны, зато вокруг было полно старинных вещей, с которыми девочка придумывала истории. Отец, образованный лондонский бездельник, часами пропадал в музеях и галереях, а по вечерам читал вслух мрачны

Токийский мальчик родился за месяц до Перл-Харбора, вырос в Японии, пережившей поражение во Второй мировой войне и американскую оккупацию, а спустя несколько десятилетий стал одним из самых известных в мире исследователей Февральской революции 1917 года. Так сложилась судьба японского историка Цуёси Хасэгавы — человека, который более полувека изучает последние дни Российской империи, работая с архивами и восстанавливая события практически по часам. В этой статье рассказываем, как складывалась его жизнь, почему он посвятил себя истории России и чем интересна его книга «Последний царь». Цуёси Хасэгава появился на свет в Токио в ноябре 1941 года. Через несколько недель, 7 декабря, японская авиация атаковала Перл-Харбор, а страна вступила в войну с Соединенными Штатами. Ещё через три с половиной года, весной 1945-го, американская авиация начала массированные бомбардировки японских городов. Во время налета на Токио в ночь с 9 на 10 марта погибли десятки тысяч человек — больше, чем впоследст

Раскрашивание для взрослых стало популярным способом снятия стресса и расслабления. Некоторые психологические исследования показали, что процесс колорирования снижает уровень тревожности, улучшает концентрацию и способствует состоянию, схожему с медитацией, благодаря своей монотонности и необходимости внимания к деталям. Кстати, чем больше деталей, тем выше концентрация и ощущение контроля, что положительно сказывается на общем самочувствии. Именно детализация стала фирменной чертой художницы Риты Берман. Ее раскраски «Европейские каникулы», «Путешествие по Азии», «Моя осенняя прогулка» и другие наполнены сложными элементами природы, архитектуры и повседневных сцен, что позволяет максимально погрузиться в состояние потока. Сегодня расскажем подробнее про автора и ее антистресс-раскраски для взрослых. Рита Берман — иллюстратор, дизайнер и большая любительница путешествий, родилась в Молдове в 1971 году. В школьные годы она увлекалась рисунками в черно-белой гамме, что привело её на факу

Представьте сцену: семейный ужин, мама просит передать соль, и вы мысленно фиксируете: «это манипуляция». Парень не хочет обсуждать отношения — «у него избегающий тип привязанности, всё понятно». Подруга не звонит первой — «конечно, ведь она нарцисс». Это не паранойя и не психическое расстройство. Это побочный эффект жизни в эпоху изобилия психологического контента. Термины «абьюз», «газлайтинг», «триггеры», «токсичность» в десятые в основном звучали в кабинетах психотерапевтов. В середине двадцатых их можно услышать в курилках, в домовых чатах, на кухнях и в политических новостях. Понятийный аппарат психологии обогатил язык, на котором миллионы людей описывают свою жизнь, зачастую не задумываясь над значением того или иного слова. Это явление даже получило собственное название: «психояз», или therapy speak, означающее злоупотребление психологическими терминами в повседневном общении. Копирайтер издательства «Альпина Паблишер» и практикующий психолог Катя Зебзеева отмечает, что в терап

В эпоху стремительного развития искусственного интеллекта, когда, казалось бы, любая информация доступна по запросу, а рутинные задачи автоматизируются, возникает закономерный вопрос: зачем нам нужны книги? Мы делегируем гаджетам всё больше когнитивных функций и получаем отклик в течение нескольких секунд. ИИ дает невероятные возможности для ускоренного обучения, повышения продуктивности и доступа к практически безграничному объему информации. Однако эксперт по когнитивному развитию и автор книги «Мозг в порядке: Как улучшить память, справиться с перегрузкой и вернуть ясность ума» Елена Сосновцева убеждена: критически важно сохранять такие навыки, как глубокое чтение, тренировка памяти и способность к самостоятельному мышлению через формулирование вопросов. По следам ее недавнего выступления разбираемся, почему книги останутся незаменимым фундаментом для формирования цельной личности в мире, где человек и машина учатся сосуществовать. Когда человек читает объемный текст, у него активир

Современная спальня кажется нам чем-то универсальным: большая кровать, шкаф, прикроватные тумбочки, возможно, телевизор на стене, телефон на зарядке и стул, на котором живут вещи. Мы редко задумываемся, что такая организация пространства — не единственно возможная. Более того, сама идея отдельной комнаты для двоих, предназначенной для отдыха, сна и близости, по меркам человеческой истории появилась совсем недавно. Мы привыкли думать, что любовь существует отдельно от материального мира. Чувства есть чувства, а интерьер это просто фон. Но люди веками вкладывали в пространство свои представления о том, что такое близость, страсть, доверие, семья и даже желание. Дом никогда не был нейтральной оболочкой, он помогал создавать определённые сценарии отношений и поддерживал те ценности, которые считались важными. Поэтому любовь в разных культурах выглядела по-разному: где-то она была связана с продолжением рода, где-то с безопасностью, где-то с игрой и соблазнением, а где-то с тишиной и созерц

К лету 2026 года российский рынок препаратов для снижения веса вырос втрое. Шприц-ручки с семаглутидом, действующим веществом «Оземпика» и его аналогов, расходятся быстрее, чем когда-либо. По данным аналитической компании First Data, объёмы их продаж увеличились в 2,6 раза по сравнению с тем же периодом прошлого года. На одни только аналоги «Оземпика» за первые пять месяцев года россияне потратили 236 миллионов рублей. Суммарный оборот рынка средств для похудения за тот же период превысил 4,3 миллиарда. На маркетплейсах прошло почти семь миллионов покупок таких товаров, что в 1,7 раза больше, чем годом ранее. Эти цифры — результат истории, в которой переплелись маркетинг, изменения образа жизни и достижения фармакологии. Разбираемся, как лекарство от диабета стало одним из самых обсуждаемых препаратов мира и почему вокруг него до сих пор столько вопросов. «Оземпик» и его многочисленные аналоги изначально разрабатывались для лечения диабета второго типа. Активное вещество семаглутид воз

Отрывок из книги Полины Трояновской «Как появился наш съедобный мир». XIX век дал Российской империи очередную новую гастрономическую картину мира. Каждый раз гастрономия следует за историей, экономикой, промышленностью и по мере сил отражает новый мир: При входе в столовую утром нас охватывал вкуснейший аромат горячего кофе — смесь мокко с  ливанским. Его покупала и  готовила с  особым тщанием и  по  своей системе наша Мила, не доверявшая в этом прислуге. Вслед за ароматом кофе поднимался ряд других, менее сильных, но не менее приятных запахов. Кофе наливали нам мало, почти вся чашка наполнялась молоком, но  мы очень дорожили этой привилегией — пить кофе, как взрослые,— и были очень огорчены, когда в один «прекрасный» день нам решили давать какао. Оно, впрочем, скоро нам приелось и было отменено. Итак, наиболее сильным, ярким, все покрывающим утренним запахом являлся аромат горячего кофе, но к нему примешивалось, радовало обоняние и вкус множество других ароматов. Помню до  сих пор