АРМАВИР-ИНТЕРЕСНО

Есть имена, которые не должны исчезать из народной памяти. Они не всегда стоят на больших мраморных плитах, не всегда сопровождаются длинным перечнем наград и званий. Но за каждым таким именем — судьба, время, страна, испытание, перед которым даже юные сердца становились взрослыми. К числу таких имён относится имя Эры Данииловны Цындриной — девочки военной поры, связанной с Армавиром, с его школьной историей, с памятью о юных подпольщиках, которые в годы Великой Отечественной войны не остались в стороне от общей борьбы советского народа против фашистских захватчиков. Эра Цындрина училась в Армавире, в школе № 3, которая ныне известна как школа № 7. В короткой, но значимой биографии этой юной армавирской школьницы отразились судьбы многих детей военного поколения: переезды вслед за отцовской службой, тревожное предчувствие большой беды, разлука с родными местами, жизнь в эвакуации, а затем — участие в посильной, но опасной помощи подпольщикам. Дочь военного По имеющимся сведения

Он не успел повзрослеть. Он не доучился, не влюбился, не выбрал профессию. В свои неполные восемнадцать он успел только совершить подвиг — и навсегда остаться в памяти Армавира. Детство, оборванное войной Валя Цындрин родился в 1925 году в Ростовской области, в семье кадрового военного. Отец, капитан Даниил Архипович, служил в Сибири, поэтому семилетку Валя заканчивал уже в Омске. Росла в семье и младшая сестра — Эра, которая потом станет верной помощницей брата в его опасной подпольной борьбе. В начале июня 1941 года отца перевели на Украину, в город Коростень. А спустя несколько дней грянула война. Капитан Цындрин, не теряя ни минуты, отправил жену и детей в Армавир — к брату. Так в биографии простого мальчика Валентина появился этот южный город, которому он вскоре подарит свою короткую, но яркую жизнь. Валя поселился в доме на улице Ефремова, пошёл в восьмой класс школы № 3 (сегодня это школа № 7). Казалось, жизнь только начинается. Но война распорядилась иначе. Истребительный батал

Он родился на Кубани в 1924 году, когда страна только начинала оправляться от Гражданской войны. Он умер в мирное время, оставив после себя не только станки и детали, но и главное — память. Владимир Григорьевич Сулимов — человек, чья жизнь уместила в себя три эпохи: довоенный оптимизм, фронтовое братство и послевоенное созидание. ДЕТСТВО, ОПАЛЁННОЕ ВОЙНОЙ Всё начиналось как у миллионов советских мальчишек. Кубань, Армавир, обычная семья. Школа-семилетка, комсомол, мечты о будущем. Тогда, в тридцатые, страна строилась, дышала полной грудью, и каждый подросток знал: впереди только светлое. Владимир выбрал рабочую профессию — токарь. Престижно, почётно, нужно. Металл тогда был основой всего: танки, трактора, комбайны, рельсы. Без токаря — никуда. И Володя постигал азы ремесла, ещё не зная, что совсем скоро эти навыки станут вопросом жизни и смерти. 22 июня 1941 года перечеркнуло всё. ЦЕХ КАК ФРОНТ Шестнадцатилетнему Володе не пришлось выбирать — работать или не работать. Война диктовала

Он был построен в Армавире на Николаевском проспекте в 1909 году — и сразу стал городской легендой. Дом братьев Дегтярёвых, рыбаков, ставших купцами, пережил пожар, войну, реконструкции и смену эпох. Но есть в его истории нечто, что не поддаётся простому объяснению. Словно сама судьба хранила это здание — или, напротив, испытывала его на прочность снова и снова. Всё началось с телеги. Обычной крестьянской телеги, на которой семейство Дегтярёвых — отец, мать, два сына и две дочери — прибыло в Армавир из Воронежской губернии. Был 1891 год. Никто тогда не мог предположить, что простые переселенцы, не имевшие за душой ничего, кроме трудолюбия и смекалки, через два десятилетия станут владельцами одного из самых роскошных зданий в городе. Сначала братья Алексей и Денис Ивановичи работали в мастерской по изготовлению гипсовых фигур. Но душа просила большего. И они нашли своё дело — рыбный промысел. Бизнес братьев рос с невероятной скоростью. Собственные рыбные промыслы на Каспийском море, огр

Она уходила в лес глубокой ночью — и спаслась буквально за несколько часов до ареста. Четырнадцать суток шла по оккупированной территории, ведя за собой группу разведчиков. Попала в плен, но не сдалась — и вернулась в отряд с тем, кто должен был её караулить. Это не сценарий фильма, а реальная судьба Галины Петровны Козловой — партизанки, разведчицы, женщины, посвятившей себя служению Родине. СИЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР С ДЕТСТВА Галина Петровна Козлова родилась и жила на Брянщине, в краю густых лесов и нелёгкой крестьянской доли. Рано осталась без матери — и мачеха, как это нередко бывает, не стала для девочки второй мамой. Жизнь не баловала Галю: она много училась, работала по дому, но при этом, как вспоминают все, кто знал её в те годы, мечтала. Мечтала о большом и светлом будущем, о том, какой будет её жизнь, когда она вырастет. Но в жизнь советской девочки, как и в жизнь всей страны, ворвалась война. Отец с первых дней ушёл на фронт. Брат стал связным у партизан. А Галя осталась в оккупирова

Ночью 26 апреля 1986 года небо над Чернобыльской АЭС близ Припяти осветила яркая вспышка пламени — в воздух взлетели десятки тысяч тонн радиоактивных частиц реактора. В результате многие километры вокруг превратились в непригодную для жизни территорию. В ликвидации последствий катастрофы участвовали и армавирцы. Среди них — солдат срочной службы Андрей Петров. - Давайте вернёмся на 40 лет назад. В каком возрасте и при каких обстоятельствах Вы оказались в эпицентре событий, связанных с чернобыльской катастрофой? - Я попал туда на второй день после взрыва, 27 апреля 1986 года. В тот момент я проходил срочную службу в Киеве. Нас подняли по тревоге, и уже к утру следующего дня мы были на месте. Стоит уточнить, что непосредственно в Чернобыле я не был — наша задача заключалась в патрулировании города Припяти, который расположен примерно в трёх километрах от станции. Мы действовали совместно с милицией, чтобы предотвратить возможные случаи мародёрства в брошенном городе. - Какая была Ваша п

1942 год. Армавир оккупирован фашистами. В городе — комендантский час, расстрелы на каждом шагу и чёрные ямы с мазутом, которые гитлеровцы вырыли для хранения топлива для своих казарм и техники. Эти провалы в земле стали настоящими ловушками для мирных жителей. Но именно одна из них подарила нам историю, от которой до сих пор сжимается сердце. Алёша Лазарев был обычным старшеклассником. Обычным — до тех пор, пока в город не пришли фашисты. Его отец, Иван Степанович, работал шофёром в аптекоуправлении, а втайне возглавлял одну из пяти подпольных групп в Армавире. Вместе с сыном они слушали сводки Совинформбюро по спрятанному радиоприёмнику, писали листовки и по ночам расклеивали их по городу. За такое — смерть. И они это знали. Но самый страшный и одновременно светлый эпизод в короткой жизни Алёши случился не во время диверсии и не в момент распространения листовок. Всё произошло обычной ночью. Однажды, наблюдая за вражескими казармами, Алёша вдруг услышал плач. Стон. Женский голос,

Армавир — город с богатой историей, который в советский период был важным промышленным центром Кубани. И сегодня он возвращает себе это звание. В городе до сих пор работает несколько заводов, которые прошли Великую Отечественную войну, оккупацию, лихие девяностые и сейчас противостоят санкционной политике. Один из них — Армавирский завод железнодорожного машиностроения «Кубаньжелдормаш». Это предприятие с почти вековой историей стало символом надёжности и качества в машиностроении. Основанный в 1933 году как ремонтные мастерские, завод прошёл долгий путь. Здесь традиции, передававшиеся из поколения в поколение, успешно сочетаются с современными технологиями и высокотехнологичным оборудованием. Продукция завода известна не только в России, но и за её пределами — на железнодорожном рынке стран Азии, Европы, Африки и Латинской Америки. Тепловозные домкраты и домкратные установки для подъёма вагонов и локомотивов, которые завод производит со времён СССР, работают в 74 странах мира. Это — я

«Зенитчицы кричали и стреляли, размазывая слёзы по щекам…» Эти пронзительные строки будто вырываются из самой души — так точно они передают то, что пришлось пережить юным девушкам военного поколения. История Ольги Тимофеевны Андреевой — не просто рассказ о подвигах, это исповедь женского сердца, опалённого войной, но не сломленного, сохранившего способность любить, сострадать и дарить жизнь. Война ворвалась в жизнь Ольги внезапно, безжалостно, в тот самый возраст, когда сердце ещё верит в чудеса, а мечты пахнут цветами и первой любовью. Вместо платьев — гимнастёрка, вместо танцев — строевая подготовка, вместо школьных тетрадей — инструкции по обслуживанию зенитных установок. В мае 1943 года она отправилась на фронт. Восемнадцать лет… Совсем девчонка, с ещё не огрубевшими руками и взглядом, в котором страх боролся с решимостью. Но она шла — потому что надо, потому что Родина звала, потому что кто‑то должен был встать на защиту родного дома. Строки Роберта Рождественского словно написаны

Почему раньше визитной карточкой Армавира были пюре из щавеля, овощное повидло и халва? Да‐да, именно такие кулинарные изыски в советский период искали хозяйки и на рынках, и на базарах. Заветная фраза «сделано в Армавире» привлекала тысячи любителей полакомиться вкусными, экологически чистыми продуктами. История началась почти сто лет назад — в 1930 году, когда пивоваренный завод Челидзе преобразовали в Армавирский консервный. В годы Первой мировой на этой площадке работал уксусный завод. Первые годы работы консервного завода были непростыми. Санитарное состояние двора возле цехов оставляло желать лучшего: территория не была вымощена камнем, а готовая продукция хранилась под открытым небом из‐за нехватки складов. Здание по улице Жукова, 145 было не новым, и уже через четыре года, в 1934‐м, возникла угроза его разрушения из‐за подпочвенных вод. Кризис достиг пика в феврале 1935 года: почти весь персонал уволили, завод готовился к закрытию. Казалось, история предприятия подходит к концу