Великолепный век. Разные судьбы

Хюррем взяла в руки второй конверт и покрутила его перед собой. - Ну что, Гюль-ага, готов услышать ещё одну тайну? - спросила она, и в её глазах мелькнули игривые искорки. - Готов, госпожа, - ответил тот, нетерпеливо подавшись вперёд, - у меня нет выбора, мне очень интересно! Хюррем кивнула, вскрыла пакет и начала читать. "Госпожа моя, Хюррем-султан! Долго я собиралась с мыслями, прежде чем решиться на это письмо. Судьба моя круто изменилась после того, как я оказалась на этом острове. Видимо, так было угодно Провидению забросить меня именно сюда, чтобы круто изменить мою жизнь. Надеюсь, то, что я Вам сообщу, не вызовет Вашего гнева. Это лишь сведения, которые, я считаю, необходимо принять во внимание. Сразу хочу сказать, что ни в коем случае не ищу признания. Пишу лишь потому, что скрывать подобное нельзя. Эта правда касается не только меня, но и тех, кто несправедливо пострадал. Итак, здесь, на этом отдалённом острове, я обрела свою истинную мать. Ту, что родила меня, а не ту, что

Двери покоев падишаха шумно закрылись, и в коридоре вновь наступила тишина, нарушаемая лишь учащённым дыханием тех, кто только что их покинул. В глазах Бернардо и Шах-султан, отражаясь от света факелов, горели два ярких огня - огонь радости и трепетного волнения, а воздух вокруг них был наполнен невысказанными словами и зарождающимися чувствами Неожиданно Бернардо взял султаншу под локоть и с лёгким усилием повёл в укромный уголок, подальше от любопытных глаз и бдительных ушей. - Простите, Али… Шах… я не могу поверить, что это происходит, - произнёс он, и в его голосе прозвучала смесь недоверия и безграничного счастья. И в этот момент, в тишине коридора, их взгляды встретились. Радость, смешанная с трепетом предвкушения неизведанного, и глубокое искреннее волнение – всё это сплелось в единое, мощное чувство. - Я тоже, Бернардо, - улыбнулась султанша, с нежностью глядя на него. Внезапно Бернардо крепко обнял Шах, прижал её к себе и жадно поцеловал в губы. Он тут же отстранил

Султан Сулейман сосредоточенно изучал карту предстоящих военных операций, когда раздался стук в дверь. - Входи, - не отрывая взгляда от плана, спокойно произнёс он, и в дверном проёме тут же появился стражник и склонился. - Повелитель, к Вам пришёл Бернардо Де-Лука, губернатор Йозгата, - доложил он. - Пусть войдёт, - махнул рукой султан. Охранник отступил в сторону, пропуская гостя, который вошёл и остановился у порога, сделав глубокий поклон. - Бернардо, рад тебя видеть, проходи, - с тёплой улыбкой обратился к нему Сулейман. - Благодарю, повелитель! Пусть Аллах благословит Ваш путь, - ответил губернатор и приблизился к столу. - Аминь, - на мгновение закрыв глаза, с искренним чувством произнёс султан, - Ты превзошёл все мои ожидания. Провинция теперь в безопасности, враги разбиты, и всё это - в рекордно короткие сроки. Я очень доволен твоей работой. Твои заслуги перед Империей неоценимы. Проси у меня что хочешь. - Повелитель! Ваша милость - высшая награда для меня! Я лишь исполнил

После всего, что произошло, в комнате воцарилась тишина. Ни звука, ни шороха. - Где мой конь? - хмуро спросила Земфира, сверкнув глазами в сторону юноши. - Ты что, хочешь уехать? - немного растерянно спросил он. - А тебя это удивляет? - усмехнулась Земфира, и её взгляд тотчас стал лукавым: - Я скоро вернусь дорогой мой супруг, - игривым тоном продолжила она, - а чтобы ты не скучал без меня, съезди пока домой и приготовь денежки. Надеюсь, эта хижина - не твой настоящий дом? И ты не так беден, как мышь в мечети? - Мышь в мечети? Интересное сравнение, - расплылся в улыбке юноша и с вызовом продолжил: - а если я тебя не отпущу? - Да кто тебя спрашивать будет! - дерзко ответила Земфира, подошла к двери и лихо пнула её ногой, но тут же вскрикнула от б_оли и схватилась за ногу. Тяжёлая створка даже не шелохнулась, а позади раздался весёлый смех. - Посмейся мне ещё! - зло бросила она через плечо, замахнувшись саблей. Другой рукой она дёрнула дверь, та, наконец, открылась, и Земфира с гор

Счастливые Альпай и Назлы получили самые искренние поздравления от Хюррем-султан и Альвизе Гритти. Понимая, что молодым родителям и их крошечной дочке нужно уединение, гости поспешили откланяться, чтобы не нарушать их покой. Тем временем Ибрагим-паша, находясь в своём кабинете с Башатом и Гюрханом, пытался вести важные беседы. Однако напряжённое ожидание новостей от Альпая не давало сосредоточиться, и разговор никак не складывался. Внезапно раздался стук в дверь, и все трое обратили свои взгляды на вход. Появившийся на пороге Гюль-ага с сияющей улыбкой не нуждался в словах - его вид ясно говорил об успехе. - Ну что, Гюль-ага, твоя улыбка красноречивее любых слов. Что велела передать Хюррем-султан? Всё ли прошло хорошо? - с нетерпением спросил Ибрагим. - Слава Аллаху, Ибрагим-паша, всё обошлось благополучно! - тут же ответил Гюль-ага, - Назлы-хатун родила девочку. - Родила? Аллах-Аллах! Как их здоровье? - с беспокойством спросил Ибрагим, имея в виду немного другой результат вст

Альвизе Гритти, советник султана Сулеймана, один из самых влиятельных людей в Османской империи, был известен своей проницательностью и умением вести дела. Он обладал способностью видеть сквозь парадный облик обратную сторону, чувствовал подвох там, где другие замечали лишь бесхитростную гладкую поверхность. Но с Лорой Ляйн всё было иначе. Она ворвалась в его жизнь, словно спасительный утренний ветерок, принося облегчение в раскалённый солнцем дворец. Её смех, её грация, её, казалось бы, наивная любознательность - всё это очаровывало его. Однако после слов Башата в сознание Альвизе закрались сомнения. Сначала это были едва уловимые ощущения, которые он списывал на некоторое помешательство, порождённое постоянным напряжением на службе. Но эти ощущения становились всё настойчивее, и он начал сопоставлять факты. Альвизе заметил, что Лора словно по волшебству всегда оказывалась там, где витали определённые слухи, где шептались о новых указах, где обсуждались торговые сделки. Прич

- Государь, все участники шпионской сети повержены, их планы сорваны, - завершал свой доклад Ибрагим-паша, - хочу сказать несколько слов о Музыканте. Он оказался весьма полезен. Благодаря его сведениям мы теперь точно знаем, где находится уязвимое место в обороны противника, а также располагаем данными о численности сил неприятеля на северо-западном направлении. - Превосходно! Это действительно ценная информация. Думаю, стоит проявить милосердие к этому раскаявшемуся шпиону. Теперь, даже если он передумает, пути назад у него нет - Карл ему такого предательства не простит. Скажи ему, что он свободен, пусть идёт, куда пожелает. Но далеко не отпускай, - многозначительно улыбнулся султан. - Я понял, государь, - поклонился Ибрагим, - совершенно неожиданно выяснилось, что жива его сестра, которую он потерял ещё в детстве. Она служит в монастыре в Италии. Позволите ли Вы ему навестить её? - Сестра Музыканта жива? И он узнал об этом спустя столько лет? Да, конечно, пусть встречается

Стол в гостиной быстро заполнился угощениями – это гости разложили припасы, которые привезли с собой. Миссис Эйлин, конечно, предложила помочь с приготовлением, но они наперебой заверили её, что не стоит волноваться. За ужином сначала царила тишина, каждый, казалось, был занят своими мыслями. Однако постепенно напряжение начало спадать, и завязался разговор. Но даже в этой оживлённой беседе чувствовалось, как все деликатно избегают говорить на самую волнующую тему - только что открывшуюся правду о встрече матери и дочери. Когда за окном начало темнеть, Джузеппе, тихо крякнув, произнёс: - Пора бы нам трогаться. Скоро совсем стемнеет, а пускаться в дорогу ночью – это и опасно, и холодно - В дорогу? Нет, нет, я вас никуда не отпущу! Ночью в пути действительно небезопасно, да и очень холодно. Я найду место, где вас всех разместить. Даже не думайте об отъезде! - тут же запротестовала миссис Эйлин. Гости переглянулись, и в глазах каждого прочиталось облегчение. Действительно, мысль о д

Лучи заходящего солнца заглянули в окно гостиной, и гости начали собираться домой. Прощаясь, Себастьян пожал руку мистеру Киану: - Итак, завтра ровно в шесть, как и договорились, в условленном месте. - Именно так, Себастьян, - ответил Кобос, похлопав молодого друга по плечу, - не забудьте взять с собой что-нибудь потеплее. Дорога предстоит долгая, а погода здесь меняется с каждой минутой, кто знает, что нас ждёт. С этими словами все поднялись и направились к выходу. В коридоре Тиберий, оказавшись рядом с Камиллой, осторожно коснулся её руки. Женщина тут же взглянула на него и замедлила шаг. Они немного отстали от остальных и остановились в укромной нише. - А где Камилла? - огляделся возле повозки Себастьян, - пора ехать. - Милый, она сейчас нас догонит, - успокоила его Нурмелек, улыбаясь, - посмотри, какой красивый закат, просто восхитительный! - Да, действительно, какая красота, - промолвил подошедший Кобос и с заговорщицким видом взглянул на девушку. Себастьян посмотрел на гориз

Нигяр прошла в дальний угол комнаты, где стоял большой кованый сундук. Открыв с лёгким скрипом крышку, она заглянула внутрь и достала небольшую шкатулку. Это было её самое сокровенное место, где хранились дорогие сердцу вещи. Там, среди блестящих ювелирных украшений лежал тумар - талисман с написанным аятом из Корана. Этот оберег защищал от сглаза, болезней и всякой нечисти. Рядом с ним покоился старый пояс, подарок матери. Нигяр осторожно развернула пожелтевший от времени кушак. Его ткань была украшена искусной, красивой вышивкой, а на пряжке сияли несколько драгоценных камней. Сжимая в руках старинный пояс, она на миг перенеслась в прошлое, вспомнив тот день, когда матушка вручила его ей вместе с другими скромными вещами, перед тем, как отослать в гарем Топкапы. Да, родители продали её, вынуждены были продать. В их семье было много детей, прокормить их было всё сложнее, и тогда отец принял решение отправить её в гарем Топкапы. Почему именно её – она никогда не задавалась