Сергей Журихин

В последней публикации я говорил о людях, которые делают карьеру на имитации науки. Несколько человек написали: «ну и что, это же просто культура такая, так везде устроено». Некоторое время назад, я попытался разобраться по сути. Ну не понимал я - как одно связано с другим. Давайте посчитаем, во сколько эта «культура» обходится. Не абстрактно. В рублях. Государство платит. Но за что именно? В 2023 году Россия направила на науку 1,6 трлн рублей. Это рекордная цифра. Рост за год — 213,9 млрд рублей. При этом Россия занимает 43-е место в мире по наукоёмкости экономики — около 0,96% ВВП — и значительно отстаёт от Израиля, Кореи, США и Тайваня, которые тратят в 4–6 раз больше в пересчёте на ВВП. Казалось бы, парадокс. Деньги есть, рост есть — а результата нет. На самом деле никакого парадокса. Просто значительная часть бюджетных денег уходит не в науку, а в производство её видимости. После 2013 года, когда финансирование университетов напрямую привязали к публикациям в международных

Не наука, а имитация: почему от числа публикаций зависят статусы, гранты, ставки, позиции и продвижение? Есть люди, которые десятилетиями паразитируют на языке науки. Они называют это «научной школой», «эффективностью», «публикационной активностью». Но если убрать этот ритуальный словарь, картина будет проще: значительная часть академического статуса сегодня строится не на открытии, не на знании и не на прорыве, а на потоке текстов. Одна из ключевых проблем современной науки — люди, которые научились делать карьеру на её имитации. Не те, кто ищет. Не те, кто ошибается. Не те, кто бьётся о сложные вопросы и не всегда находит ответ. А те, кто превращает бессодержательные тексты в статус, статус — во власть, а власть — в новые правила для всех остальных. Именно такие люди годами объясняли молодым, что главное — не научная мысль, не новый метод и не реальный вклад. Главное — публикационная активность. Количество. Темп. Отчёт. Количество. Темп. Отчёт. Так работает логика «publish or

К 2030 году себестоимость инференса больших языковых моделей для провайдеров снизится более чем на 90% по сравнению с 2025 годом. Такой прогноз дал на днях Gartner… Казалось бы, вывод очевиден: ИИ быстро станет дешёвым, массовым и доступным всем. Но именно здесь руководители рискуют ошибиться. Дешевеет не весь ИИ как бизнес-решение. Дешевеет только одна единица вычисления. А сложные сценарии, ради которых компании и начинают всерьёз вкладываться в ИИ, наоборот, требуют всё больше ресурсов. Gartner отдельно указывает: агентные модели способны тратить в 5–30 раз больше токенов на одну задачу, чем обычный GenAI-чатбот. И вот это уже важно не для айтишников, а для HR и управленцев. Почти любой ИИ-пилот выглядит продуктивно красиво. Он ускоряет описание вакансий, помогает отвечать на типовые вопросы сотрудников, упрощает поиск информации, снимает часть рутины с рекрутеров и HR-команд. Но проблема начинается позже — когда проект пилот превращают в постоянный процесс и масштабируют на всю

Есть люди, без которых наша жизнь была бы другой. Не в метафорическом смысле — в буквальном. Врач, который не отошёл. Который помнит тебя по имени, хотя видит по сорок человек в день. Который объясняет, а не отделывается диагнозом. Который остаётся человеком там, где система давно предписала стать функцией. Учитель, который увидел в тебе то, чего ты сам в себе ещё не видел. Который дал не знания — а разрешение думать. Разрешение быть. Который, может, давно забыл тот разговор после урока, а ты помнишь его всю жизнь. Я думаю об этих людях не как о героях. Слово «герой» превращает живого человека в памятник — и тем самым снимает с нас всякую необходимость что-то делать. Герои существуют в истории. А эти люди — рядом. Сейчас. И они устают. Я думаю о них как о ядре профессии. О тех, кто держит её смысл, пока система (люди и процессы) вокруг занята формальностями. Таких людей больше, чем мы замечаем. Наставник, который вложил в тебя себя — не регламент. Тренер, через повтор движений форм

Карьера — это уже не «лестница». Новая папка для HR про 📌 востребованные навыки 📌 видимость результатов 📌 сильное окружение Сохраняйте.

Если вам важны управление, HR, карьера и сильное руководство, ее стоит не просто сохранить, а обновить или открыть заново. Потому что хорошие каналы меняются: одни сдают, другие становятся сильнее. В этой папке — то, что помогает лучше управлять, точнее работать с людьми и не тратить время на пустой контент. Подписывайтесь. Или обновляйте папку, если она у вас уже была.

В управлении есть ошибка, последствия которой организации потом разбирают годами: они не различают уровни работы своих команд. Им кажется, что задачи отличаются прежде всего объёмом, сроком или числом людей в подчинении. Но в действительности различается сама природа сложности, горизонт решений и мера самостоятельности. На одном уровне работа требует точного исполнения в заданных рамках. На другом — умения видеть взаимосвязи, распознавать отклонения и удерживать ситуацию без постоянной внешней подсказки. Ещё выше — способности самостоятельно определять, в чём состоит проблема, в каком горизонте её нужно решать и какие последствия создаст сегодняшнее решение через год или два. Следующий уровень — это не больше задач и не выше нагрузка. Это другой тип сложности, другая плотность неопределённости и иная логика ответственности. Но сами по себе уровни ещё не создают порядок. Кто-то должен перевести эту сложность в реальные роли, полномочия и требования. И именно здесь начинается зона управ

И в таких новостях особенно ясно видно главное: мир меняют не те, кто бесконечно рассуждает о невозможном, а те, кто берёт на себя сложность и доводит её до результата. Кажется, что именно за таких людей и стоит по-настоящему испытывать уважение. За команды, которые работают в тени общего шума, проходят через скепсис, сбои, давление, технологическую тяжесть - и всё равно делают вещи, после которых страна становится сильнее, связнее и современнее. Будущее начинается не в момент, когда о нём красиво написали или рассказали. Оно начинается в тот момент, когда кто-то собирает его руками, считает риски, отвечает за ошибки и поднимает в небо то, что вчера казалось слишком сложным. А главное -у нас есть люди, которые не продают ощущение прогресса, а создают его. Не имитируют масштаб, а строят его. Не объясняют, почему трудно, а делают так, чтобы стало возможно. ✅ Еще Что-то хорошее в канале Сергея Журихин | и в Max тоже #Бюро1440 #спутниковаясвязь #космическиетехнологии #инженерия #техн

Счастье в работе редко бывает громким. Обычно оно проявляется проще: человеку понятно, зачем он делает свое дело, он видит результат своих усилий, может на что-то влиять и не чувствует, что работа требует от него отказаться от себя. В профессии счастье — это не набор льгот и не правильные слова о благополучии. Это осмысленная задача, внятные правила, адекватная сложность, уважение к человеческим пределам и ощущение, что твой труд действительно имеет значение. Там, где это есть, счастье не приходится специально производить — оно возникает как свойство нормально устроенной работы. У разных организаций свой язык счастья. Бизнес чаще говорит о результате, росте и высокой планке. Госсектор — о служении, пользе и устойчивости. Организации с сильной миссией — о ценностях и смысле. Но основание везде одно и то же: есть ли у человека в работе смысл, влияние, посильная нагрузка и честный контракт с системой. Поэтому разные организации можно свести к одному критерию, даже если процент реальног

Институционально защищенная посредственность На рынке все еще много разговоров о токсичных начальниках, самодурах и прочей управленческой фауне. Но проблема глубже. Организации чаще убивают не яркие монстры, а системно удобные посредственности. Не те, кто громко орет, а те, кто научился выглядеть адекватными, современными и управленчески «глубокими», оставаясь внутри функционально пустыми. Это уже не просто слабый руководитель. Это оператор перераспределенной ответственности. Он не создает результат. Он создает конструкцию, в которой последствия его слабости оплачивают другие: подчиненные — ошибками, сильные коллеги — репутацией, команда — выгоранием, организация — потерянным временем, рынок — еще одной мертвой структурой с красивой презентацией про трансформацию. И такой человек не сбой системы. Часто он и есть ее полезный продукт. Потому что сильный руководитель неудобен: он называет вещи своими именами, вскрывает слабость процессов, конфликтует с инерцией и поднимает цену упр