Живопись

Есть художники, которые пишут картины, и их достаточно много. Есть художники, которые расписывают храмы, и их значительно меньше. Существуют редкие мастера, способные обогатить «светскими» навыками духовную живопись. Тех же, кому удалось перенести язык иконы в художественные галереи, не растеряв по дороге его выразительной силы, не растворив в академической традиции и не превратив его приёмы в сухие декоративные цитаты, единицы! Именно такими редкими «единицами» остались в истории отечественной живописи Виктор Васнецов и Михаил Нестеров. Художники, чьи творения можно лицезреть не только в музеях, но и в православных соборах. Оба мастера одинаково уверенно чувствовали себя что перед храмовой стеной, что перед обычным холстом. В чём заключался их секрет? Пожалуй, в том, что в обоих означенных случаях их линия и тон говорили об одном и том же: о человеке, ищущем своё место в вечности. Вторая половина XIX века. Эпоха трудных, но захватывающих поисков. Духовных, научных, социокультурных. На

Замысел и наитие, мастерство и вдохновение, искусство и подвижничество: первое здесь подкреплено вторым, а без второго нет первого. Андрей Рублёв — личность, неотделимая от легенды о себе самой, как утренняя заря неотделима от солнца. Православный монах, создавший художественную традицию православия. Мастер, причисленный к лику святых за создание ликов святых. Если вдуматься: поразительная рекурсия! Воплощённая метафизика нашей культуры... И особенно удивительно, что эта гармония родилась не в эпоху покоя. Рублёв творил в тяжёлое время — среди политических потрясений, войн, эпидемий и человеческой тревоги. Мир вокруг него был далёк от идеального единства, но именно поэтому его искусство звучит так пронзительно. В сознании миллионов имя Рублёва связано в первую и главную очередь с его великой «Троицей». Что логично, заслуженно и справедливо. Лишь напомню: иные иконы, написанные его рукой, оказали едва ли меньшее влияние на развитие русского искусства. Как духовного, так и — впоследстви

Говорить об иконах — занятие трудное. Икона живёт сразу в двух измерениях: мире искусства и домене веры. А вера не умещается в раму. Её не окинуть взглядом, не разложить на мазки и слои. Вокруг иконы — поле смыслов и чувств; магнетизм и напряжение под стать электрическим. В то же время икона — творение рук человеческих. Дерево, лак, композиция и текстура, авторский взгляд и культурная ценность... Трансцендентная по содержанию, в музейных стенах она превращается в экспонат. В физический отпечаток духовных исканий. Или в иллюстрацию «сверхценной идеи», если Вам ближе язык психологии. Есть во всём этом нечто логично-неправильное. Стильное и проблемное, увлекательное и тревожное разом. Говорить об иконах с позиций искусствоведения — как рассуждать о квантовой физике, но без чётких формул и определений. Нравственность и красота — не частицы с волнами; их не разведёшь по разным углам уравнения. Остаётся лишь опираться на факты и оставлять там и тут многозначительные умолчания... Иконопись пе

Ждать возвращения любимого человека двадцать лет кряду довольно непросто. В голову начинают лезть всевозможные мысли. Жив ли, здоров ли. Не связался ли с дурной ахейской компанией. Не получил ли троянским копьем по шлему, не повстречал ли прекрасную волшебницу. И всё это — заметьте — при полном отсутствии как цифровой, так и аналоговой почты. Вокруг всё настойчивее звучат советы от придворных оракулов, божественных посланников и доморощенных «психологов» начать новую жизнь, а десятки видных атлетически сложенных эллинских мужей предлагают разделить с ними светлое будущее. И титул. И богатство. В современной литературе с мягкими обложками таких сюжетов как завитков в греческом орнаменте, но в гомеровские времена идея была прорывной. Спору нет. Её звали Пенелопой, для своих — царицей Итаки. Жена, мать, правительница и просто красавица. Иметь на руках подобный «расклад» — и в буквальном смысле десятками лет ждать у моря погоды — это достаточно сильно. Это задевает за живое. Это интригует

Рано или поздно это должно было случиться. Каталог картин Ивана Ивановича Шишкина просто не мог не попасть в нашу фирменную игровую рубрику. И сегодня он-таки туда попал. Несмотря на все наши сомнения и волнения. Давние друзья нашего канала знают: гению русского пейзажа мы посвятили далеко не один материал. Рассмотрели его поразительный стиль многократно и всесторонне. Писали статьи: «Картина, чиновник и настоящий полковник» монтировали видео, отмечали даты: «Художник Иван Шишкин, В Сиверской, 1896. Челябинский музей изобразительного искусства» устраивали ретроспективы: «60 офортов профессора Ивана Ивановича Шишкина: альбом» посвящали эссе... «Эссе: немного солнца посреди холодной зимы» И оттого создавать ещё одну публикацию о великом Шишкине казалось нам более эксплуатацией, нежели творчеством. С другой стороны (подумали мы), на дворе — месяц май. И кому как не классику родных лесов и полей доверить его живописное воплощение на страницах канала? Кто лучше «попадёт в настроение» первы