Семейные тайны деньги

- Диван сюда не встанет, - сказала Нина Павловна, не оборачиваясь. - Придётся убрать твой стол в спальню. Марина остановилась в дверях собственной гостиной. Диван уже стоял у окна, книжный шкаф был отодвинут от стены, ковёр свёрнут и прижат двумя табуретами. На паркете тянулись полосы малярной ленты: длинный прямоугольник у стены и четыре маленьких квадрата под ножки. Свекровь держала рулетку. Рядом на полу лежали войлочные круги, визитка настройщика и старый деревянный метроном. - Что вы здесь делаете? - Проверяю расстояние до батареи. Инструмент нельзя ставить вплотную. - Какой инструмент? Нина Павловна свернула рулетку и наконец посмотрела на невестку. - Пианино. В субботу привезут. Марина поставила сумку на единственный стул, оставшийся на месте. Утром гостиная выглядела иначе. У стены стоял её рабочий стол с двумя мониторами, диван отделял зону отдыха от книжных полок, а на ковре Соня собирала модели или рисовала. Теперь стол был разобран. Столешница прислонена к шкафу, провода сл

Раиса Сергеевна встала между покупателями и окном гостиной и захлопнула папку риелтора. - Квартира с продажи снята. Она остается моему сыну. Елизавета не сразу поняла, откуда бывшая свекровь вообще узнала время показа. Три недели назад развод оформили, вчера Виктор подтвердил встречу, утром прислал короткое: «Буду к шести». Теперь он стоял у двери, держал в руке упаковку бахил и молчал. Пара, пришедшая смотреть квартиру, переглянулась. Женщина уже успела открыть шкаф на лоджии, мужчина измерял взглядом стену под телевизор. Тимур, риелтор, осторожно забрал у Раисы Сергеевны свою папку. - У квартиры два собственника, - сказал он. - Мне нужно услышать общую позицию. - Вот позиция семьи. Лиза получит деньги другим способом, а Виктор останется дома. - Каким способом? - спросила Елизавета. - Не при посторонних. Покупатели стали снимать бахилы. Елизавета хотела остановить их, но понимала: после такой сцены никто не станет обсуждать цену восемь миллионов четыреста пятьдесят тысяч. - Простите,

— В понедельник напишешь заявление. Двух недель хватит, чтобы передать дела, — сказала Вера Андреевна и придвинула к Инне лист с расписанием магазина. — С первого числа выходишь ко мне. Инна посмотрела сначала на график, потом на папку с документами, которую утром принесла домой. Несколько часов назад квартира Веры Андреевны была окончательно оформлена на неё. До этого дня никто ни разу не говорил, что вместе с жильём Инна получает новую работу. — В каком смысле — выхожу к вам? — В самом обычном. Магазином надо кому-то заниматься. Ты руководишь людьми, знаешь поставки, документы, умеешь считать. Я потому квартиру тебе и отдала, а не стала продавать. Инна медленно отодвинула расписание. — Вы сказали, что это подарок нам с Кириллом. Потом предложили оформить квартиру на меня, потому что у него уже есть доля в отцовской. Про магазин разговора не было. — Я не думала, что с родными надо всё заранее расписывать по пунктам. — А увольнение с работы тоже считается пунктом, который можно не обсу

- Елизавета Сергеевна, подтверждаете встречу в четверг по соглашению о разделе имущества? - спросила женщина по телефону. Елизавета убрала кисть с листа, чтобы не поставить лишнюю линию. На экране компьютера была развёрнута упаковка для новой серии чая, рядом остывал кофе. Номер звонившего она узнала: приёмная Веры Андреевны, юриста, которая восемь лет назад оформляла покупку помещения для их полиграфической студии. - Какому соглашению? В трубке зашуршали бумаги. - Максим Викторович просил подготовить встречу с участием обоих супругов. Возможно, я неверно поняла, что вы в курсе. - Я не в курсе. - Тогда Вера Андреевна не будет обсуждать проект без вас. Могу записать вас на отдельную консультацию раньше. Елизавета посмотрела на дверь кабинета. За стеной Максим разговаривал с поставщиком, иногда постукивая ручкой по столу. Утром он спросил, будет ли она дома к ужину, и попросил забрать рубашки из химчистки. Ни одного слова о разделе. - Запишите на завтра, - сказала она. После звонка Елиза

Дарья открыла дверь своей квартиры и упёрлась плечом в стойку с костюмами. Из гостиной доносились голоса. Кто-то повторял одну и ту же фразу с разными интонациями, в кухне звенели чашки, а возле обувной полки стояло девять пар чужих ботинок. Вчера Олег обещал, что репетиция у его матери будет единственной. - Осторожнее, там плащ мнётся, - сказала незнакомая женщина и придержала стойку изнутри. - Это мой коридор, - ответила Дарья. - А вы кто? - Лариса. Я играю соседку. Она произнесла это так, словно Дарья должна была сразу понять, какую соседку и в чьей пьесе. В гостиной свекровь стояла перед окном с карандашом в руке. Регина Павловна носила длинный бордовый жилет, который придавал любому её жесту сценическую широту. На диване сидели шесть актёров любительской труппы. Олег двигал обеденный стол к стене. - Что здесь происходит? - спросила Дарья. Муж остановился, не выпуская край стола. - Мы доделаем второй акт и разойдёмся. - Мы договаривались об одной репетиции. Она была вчера. Регина П

Роман вошёл в прихожую не один и сразу положил ладонь на спинку синего кресла. - Его пока не двигай, пожалуйста. Кирилл Сергеевич снимет размеры и уйдёт. Ольга осталась у кухонной двери с красной ручкой в пальцах. За Романом стоял незнакомый мужчина с лазерной рулеткой и планшетом. Он вежливо кивнул, будто пришёл по давно согласованной заявке. Роман уже снял куртку и повесил её на привычный крючок. Две недели назад он ушёл с небольшим чемоданом. Тогда Ольга попросила его пожить отдельно, пока она не поймёт, может ли вообще слушать его объяснения. Теперь он вернулся с человеком, который измерял её гостиную. - Какая съёмка? - спросила она. Кирилл Сергеевич опустил планшет. - Мне лучше подождать в машине? - Нет, заканчивайте, - быстро ответил Роман. - Оля просто забыла дату. Девятое число, интерьерный выпуск. Она не забыла. Она впервые слышала и о дате, и о выпуске. Замерщик провёл красной точкой по стене, записал число и ушёл через четыре минуты. Всё это время Ольга снимала и возвращала

Вера услышала про машину от золовки, когда та приехала за ключами. Оксана стояла в прихожей с пустой сумкой через плечо и смотрела на крючок. - Денис сказал, универсал свободен на месяц. Я верну раньше, если мою машину соберут. Вера не сразу ответила. Их серебристый универсал стоял во дворе, заправленный к поездке на базу отдыха. Через двенадцать дней они собирались отвезти туда сына и двух его друзей, а потом забрать мать Веры из поселка. - Он тебе его пообещал? - В понедельник. Сказал, вы все обсудили. Оксана сняла сумку с плеча. - Вы не обсуждали. - Вчера он спросил, смогу ли я месяц ездить на автобусе, - сказала Вера. - Я решила, что речь о ремонте нашей машины. В замке повернулся ключ. Денис вошел, увидел сестру и нахмурился, будто она приехала не в тот час. - Ты же вечером собиралась. - Мастер освободился раньше. Хотела забрать машину и успеть к клиенту. Денис потянулся к крючку, но Оксана встала между ним и стеной. - Не надо. Сначала объясни Вере. - Что объяснить? Твоя машина в

Галина Викторовна приложила рулетку к стене и попросила Никиту записать сто восемьдесят четыре сантиметра. Алина остановилась в дверях комнаты. - Что вы измеряете? Свекровь свернула рулетку до половины. - Простенок. Сюда войдет кровать, а у окна поставим стол. Никита, высокий худой парень в клетчатой рубашке, убрал карандаш. Алина видела его один раз на семейном празднике. Он был сыном двоюродной сестры Романа и поступил в строительный институт. - Зачем здесь кровать? Галина Викторовна посмотрела на нее с удивлением хозяйки, которой задали вопрос о собственной кладовой. - Никита будет жить у вас учебный год. В общежитии ремонт, мест первокурсникам не хватает. Комната пока свободная. На подоконнике стояли банки с пробами краски: теплый серый, молочный и светло-зеленый. Рядом лежал лист с размерами будущего шкафа. Ребенка они ждали к январю, и Алина собиралась начать ремонт через две недели. - Эта комната не свободная. - До января четыре месяца. Потом ребенок все равно первое время будет

Борис дождался, когда все наполнят тарелки, и постучал вилкой по краю стакана. - Сейчас Ксения скажет, что у нас слишком громко, - объявил он. - Она же профессионально сидит в темноте и нажимает две кнопки. За столом засмеялись не все. Его отец усмехнулся, двоюродный брат переспросил, правда ли в театре есть такая должность, а Алла Петровна принялась поправлять салфетки. Ксения посмотрела на мужа. Борис уже резал запечённое мясо, будто произнёс обычную семейную шутку. - Не две, - сказала Лера, его племянница. - На большой сцене там пульт на сто каналов. - Вот видишь, - отозвался Борис. - Сто кнопок. А если Ксюша поедет на четыре месяца по городам, станет главным человеком у выключателя. Ксения перестала держать бокал за ножку и поставила его на скатерть. О четырёх месяцах она никому не говорила. Предложение пришло пять дней назад: театральная компания собирала гастрольную программу, и Ксению звали главным звукорежиссёром. Первый город через три недели, потом ещё три площадки. Домой мож

— Дай запасные ключи от дачи. Денис с Леной сегодня вещи завезут, - сказала Оксана так буднично, будто просила контейнер для пирога. Анна не сразу ответила. Она стояла босиком посреди прихожей с кухонным полотенцем в руке. За открытой дверью на площадке было прохладно, а через окно лестничного пролёта виднелась серая машина Оксаны. На заднем сиденье лежали две большие дорожные сумки. — Какие вещи? Оксана вытянула шею, заглядывая ей за плечо. — Игорь дома? — Спит. Какие вещи, Оксана? — Обычные. Одежда, посуда кое-какая. Денис же с Леной до конца августа там поживут. Анна медленно сложила полотенце пополам. — Где? Оксана нахмурилась. — На даче. А где ещё? Из спальни послышались шаги. Игорь появился в коридоре в футболке и домашних штанах, провёл ладонью по волосам и остановился, увидев сестру. Оксана сразу повернулась к нему. — Ну вот. Объясни Ане, а то она смотрит на меня, будто я адрес перепутала. Анна прислонилась плечом к стене. — Объясни. Игорь перевёл взгляд на сестру, потом замети