Для чего, родная, снег зимой идёт?

– Из него природа одеяльце ткёт.

Одеяльце, Мама? А зачем оно?

– Без него в земле бы, было холодно.

А кому, родная, в ней тепла искать?

– Тем, кому придется, зиму зимовать…

Жизнь, словно кадры киноленты,

воспроизводятся моменты,

давным-давно ушедших лет,

они оставили свой след.

Ты отдавала всё для нас,

бывает,  наступает час,

я так хочу тебя  обнять,

рукой у лба поправить прядь

твоих волос. Скучаю, Мама...

Пишу, в душе эмоций гамма,

Ты успевала всё и всюду,

Я годы детства не забуду.

Неугомонная душа,

Ты, хлопоча весь день, спеша,

нас успевала приласкать.

Какие мне слова  сыскать,

чтобы в любви своей признаться?

Как бы хотела я прижаться

к груди твоей, всплакнуть чуток.

Дать  тебе воздуха глоток,

чтоб ожила ты, Мама, вновь,

и за пульсировала кровь.

Но так бывает только в сказке...

Я о твоей скучаю ласке

и помню голос, Мама, твой.

Жизнь разноцветною канвой

раскрасила мои годочки,

Осиротели твои дочки...

На нас  ты посмотри с небес,

на дом родной, Инюшку,  лес.

А к нам Зима пришла до срока,

Сегодня тает, вот морока...

А ТАМ тепло, не мерзнешь, Мама?

Я проходила мимо Храма,

Зайду на днях, поставлю свечи,

Не правда то,  что время лечит...

А там, на небе, тоже Новый Год...

А там – на небе тоже суета,

И ангел поедает мандарины...

Там облака в снежинках – красота!!!

И январю декабрь уж дышит в спину.

А в Новый Год за праздничным столом,

Они здоровья нам всегда желают,

Им радостно за нас, что мы живем,

Они о нас, частенько вспоминают…

То птичкою в окошко постучат,

То дверью скрипнут дома по привычке,

Нас напугать, конечно, не хотят,

Но к нашим душам, есть у них отмычки…

Они же видят, как в ночи грустим,

Смахнув слезу, уткнувшись в одеяло...

А нам, покой души необходим,

Хоть больно от того, что их не стало...

Когда часы пробьют 12 раз,

И мы свои желанья загадаем,

Родные наши, в небе пьют за нас

Напиток, о котором мы не знаем...

Безалкогольный, вкусный для души…

Там пахнет мандаринами повсюду,

Им вечно в наших душах жить и жить,

Как нам – в их душах. Это ли не чудо…?

Там Бог снежинки счастьем заправляет,

И шлёт на землю к нам по просьбе близких…

И по бокалам радость разливает

Своим жильцам, и их родным по списку…

Я верю, там никто не одинок,

Там светятся сердца, а не витрины,

И ангел, подуставший за денёк,

Разносит нашим близким мандарины...

Новый год на подходе,

На почте с желтыми стенами,

старушка стоит в ожидании почтальона.

Кассирша на бабушку смотрит устало и томно,

- на старые руки, с большими и синими венами.

Погода не жалует, бабушкин тонкий платок,

И трудно стоять – сапоги неудобные в голени,

Она (со слезами в глазах, от ветра полными)

заносит свой адрес в учетный почтовый листок.

Посылка от дочери…

Снова...

Который декабрь?

Наверное, третий?

А, может, не третий, а пятый…?

И бабушка паспорт в обложке, от времени смятой,

сует в свою сумку, где спит записная тетрадь.

На белом листе от руки -

Дорогая Мама, ну как ты?

Все так же тревожит радикулит?

А мы уезжаем в двадцатых на остров Крит,

Такой Новый год – в берегах посреди океана,

А так…,всё в порядке - работа – работа – дом,

Кручусь и верчусь - ты когда-то смеялась – как белочка,

недавно гостей собирали к рождению Леночки,

Забыла сказать…

Ты прости,

В голове – дурдом.

Хочу отдохнуть, от работы – уже не в мочь,

Приеду весной – вот, немного уже дождаться,

И, Мама, не вздумай сейчас на меня обижаться,

Целую тебя,

Обнимаю,

Любимая дочь.

На кухне – ножи не точены, не хватает мужской руки,

Нет деда давно…и забыла уж, сколько точно…

Посылка обмотана скотчем надежно, прочно,

Срывает бабуля печатей условных замки.

…И слезы ручьем покатились, когда открыла -

платочек, передник, и целый кулек апельсинов…

И плакала так, как не плакала в жизни сильно -

не ем апельсинов…ты, дочка, совсем забыла...

Злосчастья комки, разложила на гору фасоли,

и руки – опять за работу, обычно, без спешки,

И цвет апельсинов казался старушке насмешкой,

И эта посылка, как в рану – раствором соли…

- Письмо получила, на ужин готовлю рыбу,

У нас холода, не торгуются, нынче семечки…

Пускай апельсины лежат до приезда Леночки,

Хорошего отдыха, дочка.

За всё спасибо…

Здравствуй, милый сынок! С Новым Годом тебя поздравляю!

Ты за почерк прости — что-то снова рука подвела.

Я тебя вот наверное,.....от дел отрываю…?

Да, всю ночь не спалось — как у вас на чужбине дела?

Ты не пишешь совсем — не в упрек, не подумай, сыночек,

Я же всё понимаю — заботы, всё снова с нуля…

Ты черкни, Николаша, о внуках, хоть несколько строчек,

Хорошо или нет, приняла их чужая земля?

А у нас, всё как прежде: зимою сменяется лето,

Наш Семеныч ворчит на погоду, да жмется в пальто…

Сын его обещался приехать в прошедшую среду —

Вот теперь аки сыч, все сидит, да вздыхает в окно.

А Андреевну помнишь? Я в прошлом письме написала,

Что забрали домой — да вчера возвратилась опять —

Говорит  - Слишком шумно, да дочке мешаться не стала…

Только врёт всё, небось, снова стали её выгонять.

Ведь она, почитай, пятый раз то туда, то оттуда —

Видно зять всё бурчит… неохота со старой хлопот,

Что ж за помощь от ей, им самим — то в двух комнатах трудно…

Ну, а может другое…? Да кто там его разберет…?

А Геннадий Семенович помер… детей не дождался…

Со своею тетрадкой в обнимку, во сне и затих…

Всё в ней что — то писал… да о чем — рассказать постеснялся,

А как помер — взглянули, а в ней незаконченный стих…

О любви сочинял! Ну, чудак… Ведь старик — а туда же!

Но красиво писал, как прочли - так на сердце тепло.

Да тетрадку у нас отобрали «начальники» наши,

Разорвали… в клочки :- Ерунда всё… прикрикнули зло…

Нет, сынок, не подумай, меня тут и кормят и поят,

Телевизор здесь есть, все как дома почти, только вот…

Мне бы Коленька мой, повидаться разочек с тобою…

Ведь теперь — то уже на счету, почитай, каждый год…

Все боюсь не дождаться, а внуков так хочется видеть,

А Серёженька старший похож как с твоим — то отцом…

Вы уж их за проказы не сильно там, Коля, журите,

Подрастут — все пройдет, ты таким же бывал сорванцом!

Вон как время летит… только сверток к груди прижимала,

Ты агукал смешно, улыбался во сне и вздыхал…

Помню вот как сейчас, как я в ясли тебя отдавала —  

Ты отчаянно плакал… и очень за мной тосковал…

Что — то я не про то. Ты прости, так, нахлынуло будто,

Что-то вроде хотела сказать, да твержу не о том.

Я тебя отвлекать закорючками больше не буду,

И давно рассвело. Снова снег припустил за окном…

Ветер ветки как гнет, непогодица будет сегодня

Ты, сынок, берегись, и побольше, прошу, отдыхай,

Обними там ребяток, Алене привет и здоровья,

Ну, а я, буду ждать, буду ждать… только ты приезжай…

"ПОСЛЕДНЕЕ ПИСЬМО"

"Он плакал так, как редко в жизни плачут:

Не пряча слёз, опухших глаз не пряча,

Не скрыв руками красного лица,

Навзрыд, взахлёб — как маленький пацан.

И опустевший дом смотрел сурово,

Как слёзы льёт детина двухметровый,

Скрипел и хлопал ставнями в ответ:

Ты обещал приехать столько лет!

…

Она писала письма очень часто.

Всё по старинке: лист да ручка с пастой…

Писала крупно, словно ученица.

Её житейских мыслей вереница

Ложилась детским слогом на листы.

Рассказы были до того просты,

Что фыркал он: смешно писать про это!

И никогда не присылал ответов.

…

Ах, если бы сейчас он мог послушать

Её слова! — Отдал бы чёрту душу

За этот деревенский милый слог…

Ах, если бы он только слышать мог

Теперь её истории простые

О том, как чай, налитый в чашки, стынет,

Пока она соседку в гости ждёт,

«А та всё не идёт и не идёт…»

…

Он занят был «по самую макушку»:

Партнёры, бизнес, новая подружка

И бывшая жена, и сын - балбес,

Большой кредит, в который он залез,

Чтоб «всё как у людей» — чтоб дом у речки

И каменный забор под метра два.

Про Мать забыл, и помнил ли едва

Про шаткий двор и сгнившее крылечко.

…

А похороны были так скромны!

Он не успел. Он был в то время в Ницце…

Теперь сидел — отёкший, краснолицый,

Со смешанными чувствами вины,

Стыда и запоздалого желанья

Хоть что-то сделать: наколоть для бани

Дров, поправить хлипкое крыльцо

Иль написать, хотя бы, письмецо.

…

Он в дом вошёл — холодный и пустой,

Где на столе, на старенькой клеёнке,

Лежал листок, и почерком ребёнка

На нём был нацарапан текст простой.

Он прочитал письмо, припал к стене,

Завыл белугой, ощутив потерю…

«Пусть все твердят  „забыл!“, но я то верю,

Что ты, сыночек, помнишь обо мне…»

Так хочется   к Вселенной обратиться

и попросить, чтоб счастлива была навек

и пусть подольше  жизнь её  продлится

твой самый главный в мире человек!

Когда снежинки с неба полетели

и город весь давно уже затих,

так хочется поговорить о главном

и написать один  душевный стих.

Ты помнишь: детство, ночь, и ты в кроватке,

Все в мире безмятежность и покой,

И голос этот бесконечно сладкий,

как будто Бог беседует с тобой…

Волшебные чарующие звуки,

как будто с неба ангелы поют,

и  ласковые Мамочкины  руки

покой внушают, создают  уют.

Пусть за окном морозы и метели —

так хорошо, уютно в колыбели…

Потом взрослел, учился без поддержки

ходить и падать, шишки набивал.

Но Мама пристально за тем следила,

и ты, конечно же, об этом знал.

Ты вспоминаешь, памятью вернувшись

мятежные года, когда ты рос,

тебя штормило, но посильно было

ей за тебя решить любой вопрос.

Наш мир жесток, и это каждый знает,

опасность караулит там и тут,

в житейских бурях по волнам кидает,

но, безусловно, каждый твердо  знает —

есть место, где тебя все время ждут…

Туда придешь усталый и голодный,

израненный, обиженный на мир,

а Мама, ободрит и успокоит,

она — твой главный в жизни ориентир.

По жизни нас штормит, как в океане,

жизнь наша — словно быстрое кино,

Но если  плещется вино в стакане,

у Бога мы попросим лишь одно:

Ты будь  здоровой  и счастливой самой,

любимая нам бесконечно Мама!

Пускай годы на тебе не отразятся,

не бороздят морщинки на челе,

пусть Маме  будет бесконечно двадцать,

как будто вечна юность на земле…!

А мне б хотелось, рассказать о Маме,

Так, как Гамзатов пишет о своей,

Чтоб хоть на миг, представили вы сами,

Кого мне в жизни, не было родней…

А мне б хотелось рассказать о Маме,

Есенинским, певучим языком,

Чтобы от слов тех, будто в детстве раннем,

На вас парным пахнуло молоком…

А мне бы руки Мамины погладить,

Щекой прижаться и поцеловать.

С бедой детей и радостью их ладить,

Умеет в мире этом только Мать.

А мне бы так вам, рассказать о Маме,

Чтоб вы к своей не медлили ни дня,

Свою любовь поведали бы сами,

К её коленям голову склоня…

                      Мама

По-русски-" Мама", по-грузински -"Нана",

А по-аварски - ласково-"Баба"

Из тысяч слов земли и океана,

У этого - особая судьба.

Став первым словом в год наш колыбельный,

Оно порой входило в дымный круг,

И на устах солдата в час смертельный,

Последним зовом становилось вдруг.

На это слово не ложатся тени,

И в тишине, наверно, потому

Слова другие, преклонив колени,

Желают исповедаться ему.

Родник, услугу оказав кувшину,

Лепечет это слово оттого,

Что вспоминает горную вершину -

Она прослыла матерью его.

И молния прорежет тучу снова,

И я услышу, за дождем следя,

Как, впитываясь в землю, это слово,

Вызванивают капельки дождя.

Тайком вздохну, о чем-нибудь горюя,

И, скрыв слезу при ясном свете дня:

"Не беспокойся", - Маме говорю я, -

"Всё хорошо, родная, у меня."

Тревожится за сына постоянно,

Святой любви великая раба,

По-русски -"Мама", по-грузински -"Нана"

И по-аварски - ласково -"Баба."

Изрек пророк:

- Нет Бога, кроме Бога! -

Я говорю:

- Нет Мамы, кроме Мамы!.. -

Никто меня не встретит у порога,

Где сходятся тропинки, словно шрамы.

Вхожу и вижу четки, на которых,

Она в разлуке, сидя одиноко,

Считала ночи, черные как порох,

И белы дни, летящие с востока.

Кто разожжет теперь огонь в камине,

Чтобы зимой согрелся я с дороги?

Кто мне, любя, грехи отпустит ныне?

И за меня помолится в тревоге?

Я в руки взял Коран, тисненный строго,

Пред ним склонялись грозные имамы,

Он говорит:

- Нет Бога, кроме Бога! -

Я говорю:  

- Нет Мамы, кроме Мамы!

Как много сказано всего за эти дни...

Как мало сделано, что грустно признавать...

И вот опять спешим поздравить с Новым Годом!

Людей, которых так приятно в гости звать...

Пусть Новый Год не омрачает наши души,

И очень хочется побольше добрых глаз...

Чтоб научились верить, ждать, любить, и слушать...

Простая искренность дороже громких фраз...

Мы повзрослели, только вспомнится сегодня,

Фрагмент из детства за одним большим столом,

Где Мама с Папой рядом в вечер Новогодний,

Где мы под ёлкой, подарок свой найдём...

Теперь сюрприз под Ёлкой ищут наши дети,

И верят в дедушку Мороза, так как мы...!

А радость детских глаз – важней всего на свете,

Они согреют нас теплом в разгар зимы...!

Я всем желаниям благим, желаю сбыться!

Пусть Новый Год здоровье близких бережёт.

Пускай надежда в каждом сердце заискрится,

Чтоб счастье людям, улыбалось целый год!