Наталья Дмитриева (Михайлова)

Традиционный анекдот в тему: Стоят на полке в Пятёрочке две бутылки Пепси и Колы. Пепси спрашивает у Колы: - Слушай, а почему на нижней полке все какие-то зелёные? - Не обращай внимания, там вчера Тархун выставили они с «Байкалом» всю ночь водку пили. Кто бы что ни говорил, но еда рулит. Если бы в нас не была заложена любовь к разнообразию и желание побаловать свои вкусовые сосочки, вся планета лопала бы овсяную кашу в режиме 24/7: дёшево, практично, полезно. Однако человек, даже доисторический, всегда любил пож... эээ... вкусно поесть. Приятная сытость не только давала тепло в желудке и всё теле, но и серьёзно повышала шансы на выживание, самооценку и даже возможность познакомиться с представителями противоположного пола. Эту простую истину понимали даже первобытные люди, всегда стремившиеся застолбить за собой самую тёплую пещеру и самого жирного мамонта. Выпить древние тоже любили, так же как и мы, причём это не обязательно что-то с градусами, но и приятное для всё тех же вкусовых

Девятого мая 1945 года люди бродили по городу, ошалевшие от счастья, обнимались с незнакомцами и стекались в квартиры, где был хоть какой-то намёк на застолье. В комнату Наташи Айзенштейн, где гуляли поэты и артисты, вошёл маленький, щуплый человек на костылях. Он передвигался странными подпрыгиваниями: одна нога была полностью перевязана, костыли стучали по полу, вид у него был, честно говоря, жалкий. Но едва он переступил порог, как радостно провозгласил на всю компанию: "Всё, ребята, больше эти немцы с нами ничего не сделают!". Через полчаса он был уже в центре внимания. Звали его Зяма, и он уверял, что у него просто "производственная травма". На самом деле это было последствие тяжелейшего фронтового ранения, одиннадцать операций и пожизненная хромота, но в тот вечер, поднимая тосты в чужой компании, он меньше всего хотел выглядеть инвалидом. Он хотел жить, читать стихи и нравиться женщинам. И это у него получалось лучше, чем у многих здоровых красавцев. Зиновий Гердт Гердт, урожене