Татьяна гладченко (шерстобитова)

Чашка выскользнула из пальцев Марины и разбилась о кафельный пол. Белые осколки брызнули к плинтусу, как испуганные мыши. Господи. Она замерла, глядя на лужицу чая. Егор отложил газету. За тридцать лет брака он научился читать жену лучше любой книги. Вот уже две недели Марина была не здесь. Вздрагивала от телефонных звонков, просыпалась среди ночи, а вчера он заметил, как она стоит у окна и плачет беззвучно, кусая костяшки пальцев. — Давай, помогу. Он встал, но она замахала руками. — Нет, нет, сама, сама. Её голос дрогнул на последнем слове. Егор не стал давить. Сел обратно, но газету уже не видел. Буквы расплывались, а в груди нарастало тяжёлое тревожное чувство. Она рассказала ему только через месяц, когда видео уже разошлось по всему городу. — Споешь нам, бабуля? — пьяный голос Артёма Гордеева звенел в её памяти каждую ночь. — Ты же у нас культурная, в музыкалке детишек учишь! Их было четверо. Мажоры на дорогих машинах, пьяные, скучающие, ищущие развлечений в маленьком городе, где в

Уважаемые читатели, когда мы видим эту женщину на экране или на театральной сцене, по коже невольно пробегает холодок. Идеальная, прямая как струна спина, невероятная, почти пугающая худоба и взгляд, который просвечивает людей насквозь. Алле Сигаловой сейчас 67 лет. Она - самый строгий хореограф страны, женщина-диктатор, чье имя заставляет трястись от страха даже самых уверенных в себе студентов театральных вузов. Но если копнуть чуть глубже и посмотреть за эту маску железной дисциплины, открываются такие подробности, от которых просто захватывает дух. В жизни этой сильной женщины были годы страшной физической боли, унизительная роль тайной любовницы, страшная трагедия с собственным мужем и очень спорные заявления, которые возмутили общественность. Чтобы понять, откуда в ней столько жесткости и требовательности к другим, нужно знать, через какой кошмар она прошла сама. Алла родилась в Волгограде, но балетному мастерству поехала учиться в Ленинград, в знаменитую Академию Вагановой. Уче