Игорь Лобанов

В настоящее время по образцу московского Арбата созданы пешеходные зоны во многих городах России. Есть такая улица и в Казани, это улица Баумана. Начинается она от южной стены Казанского Кремля, почти от набережной речки Казанки, и тянется около двух километров до пересечения с улицей Пушкина на площади Тукая. Главная достопримечательность улицы Баумана в том, что на ней всегда праздник. Наверное, так оно и должно быть, для того эти улицы и создавались. Мы вышли на эту улицу с её конца — у площади Тукая. Недалеко от себя сразу же увидели высокую колокольню из красного кирпича. Как потом выяснилось, это колокольня Богоявленского собора. Самая высокая колокольня в Казани, её высота 74 метра, и построена она в далёком 1897 году. Вход в колокольню был открыт. Оказалось, что на ней работает смотровая площадка, и любой человек за 100 рублей с 10:00 утра и до 21:00 часа может на неё подняться. Мы полезли вверх. От внутреннего пространства башни веяло стариной. Высокие металлические лестницы к

Советское кино оставило неизгладимый след в культуре страны, а многие юные актрисы, сыгравшие свои самые запоминающиеся роли в 70-х и 80-х годах, стали символами целых эпох. Как сложилась жизнь этих женщин после славы на экране? Некоторые из них продолжили актерскую карьеру, другие выбрали совершенно разные пути, а кто-то предпочел оставить прошлое позади. Возраст: 63 года Первая большая известность: «В моей смерти прошу винить Клаву К.» Надежда Горшкова стала известной благодаря роли Клавы Климковой в фильме «В моей смерти прошу винить Клаву К.» (1979). В 17 лет Надежда попала в кино, когда режиссеры искали актрису для образа «роковой красавицы». Она сыграла свою роль очень органично, и хотя Клава не была злодейкой, её действия вызывали много споров у зрителей. После успеха фильма Надежда столкнулась с неоднозначной славой: многие зрители ненавидели её героиню и задавали вопросы о том, как можно быть такой холодной. Несмотря на яркий старт, она не продолжила активно сниматься в кино

Материал написан в художественном формате и вдохновлён славянским фольклором и легендами. История представляет собой мистический рассказ и не претендует на документальную достоверность. На столе лежали фотографии. Черепа из разных точек. Одинаково вытянутые затылки. Одинаковые надбровные дуги. Одинаковое строение челюсти. Все тела — женские. Все — пожилые. И у всех — одинаковые аномалии строения. Штерн положил ладонь на папку с анализами и сказал: — Они родственны. — Либо одна семья, либо один клан, передающийся по женской линии сотни поколений. Потом Штерн показал карту. Все известные объекты располагались одинаково. Болота. Истоки рек. Места с высокой грунтовой водой. Переходные зоны. Там, где твёрдое становится жидким. Там, где суша спорит с водой. Там, где, по древним представлениям, истончается грань между мирами. — Они жили на границе, — сказал он. — Не рядом с границей. — На самой границе. Кто-то спросил: — И что они делали? Штерн долго молчал. Потом ответил: — Возможно, бы