Наталья Резникова

Десять лет назад я привёз на дачу первый саженец клематиса. Это был The President в яркой коробке с картинкой. Я выкопал яму, бросил туда горсть удобрений, посадил и стал ждать. Через месяц он погиб. Я решил, что клематисы — растения для избранных. Агрономов. Магов. Кого угодно, но не меня. Через год я купил второй. Потом третий. Потом начал черенковать. Потом — терять и находить, лечить и ошибаться. И вот спустя десять лет я смотрю на свой сад и понимаю: клематис научил меня большему, чем все книги по садоводству вместе взятые. Эта лиана действительно умнее, чем кажется. Она преподала мне уроки, которые вышли далеко за пределы сада. Есть известная английская поговорка: «Первый год клематис спит, второй — ползёт, третий — бежит». Звучит как милая метафора. Но это чистая правда. В первый год после посадки клематис почти не растёт вверх. Новичок смотрит на жалкий побег, сравнивает с картинкой на этикетке, разочаровывается и либо выкапывает, либо начинает заливать растение стимуляторами.

Задержанный в Москве владелец группы "Русагро" Вадим Мошкович руководит бизнесом, который входит в топ-5 агрохолдингов России. Генпрокуратура требует обратить в доход государства все его активы. Эксперты единодушно считают: если суд удовлетворит иск, это станет серьёзным сигналом крупному бизнесу, но если дело развалится, это покажет слабость антикоррупционных механизмов. ОЛЬГА АНТОНОВА Арест сахарного короля Вадима Мошковича в марте прошлого года стал шоком для бизнес-сообщества. Бывший сенатор Белгородской области, держатель брендов "Русский сахар", "Чайкофский" и майонеза "Ряба" пошёл по этапу вслед за раскулаченными олигархами. Ему и гендиректору его компании Максиму Басову предъявили обвинения в мошенничестве в особо крупном размере. По требованию следствия ещё в марте прошлого года суд поместил задержанного в СИЗО, хотя агрохолдинг предлагал залог в 1 млрд рублей. Аргументы силовиков - у Мошковича есть израильское гражданство, он владеет недвижимостью за границей. Дочь живёт во Ф