Надежда Булкина(Шлыкова)

Есть люди, которые, кажется, созданы для определённого места - и весь их путь ведёт именно туда, даже если они сами об этом поначалу не догадываются. Мария Ситтель - из таких. Пенза, хирургия, финансы, подиум Зайцева - всё это промелькнуло как черновики, которые судьба аккуратно откладывала в сторону. Потому что впереди был Москва, федеральный эфир и миллионы зрителей, которые каждый вечер будут узнавать её лицо. Но давайте по порядку - потому что история у неё получилась не скучная. 9 ноября 1975 года в Пензе родилась девочка, которой, судя по всему, жизнь готовила несколько совершенно разных сценариев. Первый - медицинский. Мария поступила в Пензенский институт и параллельно - во Всероссийский заочный финансово-экономический институт. Два направления сразу: хирургия и финансы. Такой себе портрет человека, который точно не скучает и любит держать под контролем сразу несколько линий жизни. Особенно её тянуло в ортопедию. Полтора года она проработала в ортопедическом отделении - не

В большой уральской избе стоял привычный шум: дети бегали, играли, топотали, гоготали. И только вокруг колыбели семнадцатого ребёнка, младшенького, было удивительно тихо. Младенец, которого назвали Николаем, лежал неподвижно. У него не было ни рук, ни ног,а была лишь одна маленькая культя вместо плеча. В XIX веке таким детям заранее отмеряли короткую, стыдливо спрятанную жизнь, но купец Василий Кобельков почему‑то смотрел на сына иначе. Он возил ребёнка к лучшим врачам, выслушивал сухие приговоры о «врождённом уродстве», но в итоге вернулся домой и делал все по-своему: не сдал в богадельню, а решил, что Николай будет расти как остальные 16 его детей. Мальчика заранее жалели соседи, но жалость их плохо сочеталась с его живым характером. К двум годам Коленька вдруг начал передвигаться на культях, упрямо доказывая, что тело – всего лишь форма, и у его живой воле оно имеет мало отношения. В доме один за другим появлялись учителя, и довольно быстро они привыкали к тому, что он остроумно шут

«Хочу умереть там, где все мои богатства скоплены», – попросила 68-летняя Агриппина Абрикосова, лежа на даче в Сокольниках. Под богатствами она имела в виду не фабрики, дома и драгоценности (коих у нее было в избытке), а своих 22 детей и несколько десятков внуков. Принесла вам добрую и уютную осеннюю историю самой многодетной бизнес-леди дореволюционной России. Москва, 1849 год. Шестнадцатилетняя Агриппина Мусатова стоит перед отцом – суровым купцом Александром Борисовичем Мусатовым, владельцем парфюмерных и табачных фабрик. Домостроевские порядки в доме не допускают возражений. «Выходишь замуж за Абрикосова», – объявляет отец, и точка. Алексей Иванович Абрикосов – двадцатичетырехлетний купец третьей гильдии, работающий главным бухгалтером у торговца Хофманна. Невзрачный на первый взгляд жених без гроша за душой (бизнес его отца потерпел крах) оказался невероятной находкой для юной Агриппины: проницательный Мусатов разглядел в молодом человеке деловую хватку. Приданое составило внуши

Сергей Галицкий - имя, что ныне известно всей России. Прежде всего, как имя самого народного и простого олигарха. Того самого основателя сети магазинов "Магнит", что предпочел вкладывать заработанные миллиарды не за границей, а на малой родине - в Краснодарском крае. Но что же вообще известно о Галицком? Потомок амшенских армян Прежде всего, наш герой - наполовину армянин. Появился на свет в 1967-м году дальнем пригороде Сочи - Лазаревском. Его отец Николай Геворкович Арутюнян происходил из семьи амшенских армян, что обосновалась на Черноморском побережье Кавказа еще в конце XIX-го столетия. Собственно Арутюнян (от армянского древнего мужского имени Арутюн) - настоящая фамилия Сергея Николаевича. Галицким он стал лишь годы спустя - вынужденно, во имя любви... Сергей Галицкий, как нетрудно догадаться, весьма гордится своими армянскими предками. Считает, что именно армянская кровь помогла ему добиться главного жизненного успеха. И сожалеет лишь, что так и не нашел времени в нужной м