Александр Николенко

Древняя Парфия, земля, которую иранцы называли «Апартикус», а греки переименовали в «Парфию», вошла в историю как одно из ключевых государств древнего мира. Географически эта территория находилась на пересечении важнейших торговых и военных путей. На севере Парфия граничила с пустыней Каракумы, на юге — с пустыней Деште-Кевир (Солончаковая пустыня в центре современного Ирана), на западе и севере — с Мидией, а на востоке её земли доходили до Герата. Такое стратегическое расположение сделало Парфию важным регионом в политической и экономической географии древнего мира. В период правления Ахеменидов и позднее Селевкидов Парфия была зависимой сатрапией. Ахеменидская империя, известная своей централизованной системой управления, оставила Парфии определённую автономию, но регион оставался под строгим контролем персидских царей. После падения Ахеменидов и завоеваний Александра Македонского, Парфия оказалась под властью Селевкидов — греко-македонской династии, которая управляла обширными терри

А если использовать колья? Нет, ну на самом деле. Вот стоишь ты в пехотном строю, а на тебя прет натуральной лавиной толпа до последней степени благородных шевалье верхом на конях. Все такие в кольчугах, геральдический коттах, с копьями наперевес. И тут перед ними внезапно возникает целый ряд заостренных деревянных кольев, развернутых в их сторону. А лучше два, или даже три. Ну отличный же план. Рыцарство с разгону упирается в колья, лошади ржут, благородные господа куртуазно ругаются матом и вылетают из седла. А ты с алебардой наперевес идешь добивать оглушенного ударом об землю врага. Ну отличный же план. И вот совершенно непонятно, почему наши глупые предки так не делали. Идея то на поверхности лежит, а главное, не требует ни денег, ни каких-то особых дополнительных знаний и умений. Вон, послал пехоту в лес перед боем, так они тебе этих самых кольев сто телег нарубят. И будет у тебя не пехотный строй, который каждый рыцарь норовит обидеть, а настоящая непробиваемая фортеция в чисто

Историки не могут прийти к единому мнению по поводу определения численности македонян в Восточном походе Александра Македонского и их потерь за весь период одиннадцатилетнего ведения военных действий. М.Н. Руденко считает что: «Численность македонской армии во время Восточного похода, сложившегося из первоначального контингента, переправившегося через Геллеспонт в 334 году до новой эры и пополнений, прибывших к Александру до 331 года до новой эры, составляет около тридцати трех тысяч человек. В 324 году до новой эры на момент демобилизации пожилых воинов в Описе, численность македонян доходила до двадцати шести тысяч человек. Таким образом, их потери исчисляются в семь тысяч человек». Я согласен с историком только в определении совокупных потерь македонян, но не их общей численности в Восточном походе. В битвах при Гранике, Иссе, осаде Тира, Гавгамелах, Политемете и Гидаспе по сообщениям летописцев потери в армии Александра составили порядка четырех с половиной тысяч человек. Самое бол

Царь Нумидии Юба I в Гражданской войне Рима держал сторону Помпея, а после убийства Гнея – его сторонников. Когда военачальник Цезаря Гай Скрибоний Курион в 49 году до новой эры высадился в Африке для борьбы с помпеянцами, Юба заманил его хитростью на равнину в окрестностях Утики возле реки Баград (современная – Меджерда) и полностью уничтожил войско цезарианцев. По мнению исследователей потери Куриона составили до 20 000 воинов. По данным Аппиана нумидийская армия Юбы насчитывала 30 000 пехотинцев, 20 000 всадников, множество легковооруженных воинов и шестьдесят слонов. По свидетельству Аппиана: «Когда подходил Юба, появился слух, что он повернул назад около реки Баграда, отстоявшей недалеко оттуда, так как его царство сильно опустошалось соседями. Рассказывают, что он оставил на реке полководца Сабурру с небольшим только отрядом. Доверяя этой ложной молве, Курион жарким летом песчаной и безводной дорогой повел свои главные силы на Сабурру. Введенный в заблуждение Курион поднялся на х