Валентина Олейникова (Сорвина)

– В 1994 году я заразился каким-то вирусом на ювелирной выставке. И я помню, как в ту ночь я сделал свой последний вдох. После этого я превратился в луч света и побывал в месте, которое я теперь называю своим Истинным Домом. Долгое время мне пришлось молчать о том, что я видел там, потому что в те годы об этом никто не говорил, и меня назвали бы сумасшедшим. Я поделился своей историей только с врачом, которого я давно знал. Он не удивился моему рассказу и дал мне только один совет, – такой историей делится парамедик Билл Торелла. Сегодня Билл Торелла без стеснения рассказывает о своем внетелесном опыте. Он описывает встречи, произошедшие с ним в этот момент. Билл Торелла рассказывает, кем он стал после того, как покинул свое тело, что он видел во время этого путешествия, и какое знание получил к его завершению. – Я вырос в Бруклине. В детстве я мечтал быть художником. А когда повзрослел, то начал изучать коммерческое искусство и иллюстрацию. Окончил факультет искусства и дизайна. Я ра

Жизни и судьбы многих ветеранов Великой Отечественной войны поистине уникальны и необычны. Каждый человек - это какая-то своя, не похожая на другие история. Но даже среди необычных судеб все равно выделяется случай майора Марии Малышевой. Она же матушка Адриана. Наталья Владимировна родилась 12 декабря 1921 года в Феодосии в семье земского врача. Несмотря на все гонения на церковь в советскую эпоху, семья все равно оставалась верующей. После переезда в Москву ее мать Нина Николаевна часто водила детей в Страстной Девичий монастырь у Тверских ворот. Воспоминания о пребывании в монастыре навсегда врезались в память Натальи. Однако в 1937 году большевики взорвали монастырь. Еще одним увлечением Малышевой было чтение. Она несколько раз перечитывала книгу о женщине-кавалеристе Надежде Дуровой, участнице войны 1812 года "Избранные сочинения кавалерист-девицы". Знала бы тогда Наталья, что и о ней самой потом напишут книгу "Монахиня из разведки". Наталья пыталась подражать своему кумиру, поэт

После войны в Челябинске, в медсанчасти тракторного завода, работал скромный хирург Георгий Синяков. Коллеги ценили его за золотые руки, пациенты — за доброту. Но никто из них не знал, что этот тихий, немногословный человек, который не любил говорить о войне, на самом деле — герой из героев, «русский Шиндлер», спасший в аду концлагеря более трех тысяч жизней. Шестнадцать лет он молчал о своем подвиге, опасаясь клейма «предателя» за то, что был в плену. И лишь в 1961 году страна узнала правду о враче, который не просто выжил, а победил. Он был призван в армию на второй день войны. Военврач Синяков спасал раненых в самые страшные месяцы 1941-го. 5 октября, во время обороны Киева, его, вместе со всей медсанчастью, взяли в плен. Прямо из-за операционного стола, где он до последней минуты боролся за жизнь очередного солдата. Пройдя через ад лагерей в Борисполе и Дарнице, он оказался в Кюстринском лагере для военнопленных. Начальник лазарета, надменный немец, бросил ему в лицо: «Самый лучший