Александра Пупырева (Каячева)

Михаил Степанович стоял у тяжелых металлических ворот приюта. Резкий осенний ветер трепал полы его плотной брезентовой куртки — той самой, с выцветшими светоотражающими полосами, которую он носил в годы службы старшим спасателем на горном перевале. Мужчине шел шестьдесят пятый год. Осанка оставалась прямой, плечи широкими, вот только во взгляде читалась глубокая, застывшая усталость. Он с усилием толкнул ржавую створку. Внутри царил полумрак. В нос сразу ударил резкий запах хлорки, смешанный с сыростью и тяжелым духом мокрой шерсти. Вдоль длинного узкого коридора тянулись ряды вольеров из сетки-рабицы. Десятки собак бросались на ограждения, скулили, тянули лапы, пытаясь привлечь внимание редкого гостя. — Добрый день, вы присмотреть кого-то? — навстречу вышла женщина в синем рабочем халате. Оксана, судя по выцветшему бейджику. Руки у нее покраснели от ледяной воды, а под глазами залегли темные тени. — У нас есть чудесные малыши. Вон там, посмотрите, Альма. Спокойная, очень ласковая дево