Галина Бурмистрова (Лобова)

Она жила в детском доме на окраине маленького городка. Ни родителей, ни родственников, ни даже воспоминаний о том, как это — быть кому-то нужной. Воспитатели были добрыми, но их хватало на всех, а Настя была одной из многих. Она не жаловалась, не плакала по ночам, не искала жалости. Просто жила, как умела: училась, помогала младшим, мечтала. О чём мечтала? О том, чтобы у неё был дом. Не казённое здание с одинаковыми кроватями, а свой — с палисадником, с кошкой на крыльце, с запахом пирогов. Мечтала, что однажды кто-то придёт и скажет: «Ты моя». И заберёт. В тот день она отпросилась в город. Воспитательница отпустила неохотно, но Настя обещала вернуться к ужину. Она пошла к реке — любила сидеть на берегу, смотреть на воду, слушать, как плещут волны. Река была её утешением. Здесь можно было побыть одной, подумать, помечтать. Лето выдалось жарким, вода прогрелась, и на пляже было много народу. Настя обошла людные места, нашла тихий закуток за ивами, где купались редко — дно там было и