Надежда Макошина

Представьте себе ситуацию — октябрь 1945 года. Только отгремели Великая Отечественная (22.06.1941—09.05.1945) и советско-японская (12.08—02.09.1945) войны. Страна потеряла 27.000.000 граждан, 33% материального богатства в целом и до 90% на ряде находившихся под гитлеровской оккупацией территорий в частности, сотни разрушенных на 90% промышленных городов и 70.000 сёл и деревень, почти все трактора и комбайны в колхозах и совхозах европейской части СССР, не хватает даже лошадей и быков и люди (в основном наши великие и скромные женщины, потому что многие пережившие Вторую Мировую войну мужчины были демобилизованы только в следующем году) сами впрягаются в плуг и... пашут на себе. Итоги правления Гитлера для СССР: сухой остаток (кликнуть) Бывшие союзники по антигитлеровской и антияпонской коалициям — США и Британская империя — уже разрабатывают... безумные планы войны с СССР и атомной бомбардировки его центров и Сталину приходится вместо намеченного им на мирное время создания общества в

На днях общественный деятель, актриса, заслуженная артистка РФ Мария Шукшина, которая занимает активную гражданскую позицию по актуальным проблемам нашей страны, высказала своё мнение о деградации современного российского кино, культуры, да и всего общества в целом. Шукшина считает, что кино оказывает огромное влияние на формирование мировоззрение граждан, формирует отношение общества к таким ценностям, как труд, ответственность, семья и служение стране. В качестве примера она приводит советскую культуру и кинематограф, который в перед Великой Отечественной поднимал и укреплял боевой дух народа. "Благодаря именно такому кинематографу, в том числе мы и войну выиграли за 4 года!", - отметила Мария Шукшина. По словам актрисы, кинематограф во время Великой Отечественной был верным соратником как на фронте, так и в тылу, а советские послевоенные фильмы — это кино, пронизанное духом созидания, который нам, как песня «строить и жить помогает». Кроме того, по мнению актрисы, именно советских

Дорогие мои, есть такой возраст, когда человеку уже совершенно нечего терять. Когда всё, что копилось десятилетиями — обиды, разочарования, горькие открытия — вдруг перестаёт помещаться внутри и начинает рваться наружу. Раймонду Паулсу 90 лет. И он заговорил. Не проворчал что-то старческое себе под нос. Не намекнул обтекаемо. Именно заговорил — чётко, жёстко, без малейшего желания кому-то угодить или что-то сгладить. И то, что он рассказал о женщинах, которых сам же и создал, — это, скажу я вам, не для слабонервных. Приготовьтесь. Сейчас будет интересно. Когда мы думаем о Лайме Вайкуле, перед глазами встаёт определённый образ, правда? Холодная, утончённая, с этим своим неповторимым западным шармом — как будто она не из советского Вильянди, а прямиком из какого-нибудь парижского кабаре. Загадочная. Стильная. Особенная. А теперь представьте, что именно этот образ — от начала и до конца — придумал для неё другой человек. И что этот человек до сих пор жив и прекрасно всё помнит. Паулс нашё