Николай Николаев

После публикации «Тихого Дона» читатели засыпали Михаила Шолохова вопросом: существовал ли на самом деле Григорий Мелехов? Автор хранил молчание десятилетиями и лишь в 1964 году, получая Нобелевскую премию, обмолвился, что прототип был, но имени не назвал. Тайну раскрыли исследователи: им оказался казак с хутора Базки — Харлампий Ермаков, чья судьба повторила путь Мелехова с пугающей точностью и закончилась трагически. Как и его литературный двойник, Ермаков был «турком» — его бабка, по семейной легенде, была пленной турчанкой. Горячий нрав и смуглая внешность закрепили за семьей это прозвище. Его военная карьера была блистательной: на фронтах Первой мировой он стал полным Георгиевским кавалером, был ранен и контужен 14 раз. К началу Гражданской войны он уже хорунжий. Ермаков, как и Мелехов, метается между лагерями. Сначала он поддерживает революцию и воюет под началом красного командира Федора Подтелкова, но ссорится с ним после жестокой расправы над пленными. В 1919 году он присоеди

Давайте поразмыслим. Этот вопрос задают часто; и часто мыслящие люди думают об этом. Ищут объяснение, логичное и понятное. Вот и подумаем еще раз над этим жизненным парадоксом. Почему воздаяние за умышленное зло не происходит немедленно? Почему злой преспокойно пользуется благами жизни и плодами своих низких поступков, ничего ему за это не бывает? А если и приходит воздаяние, так какая польза от этого тем, кто пострадал, лишился всего, а может, и погиб вследствие предательства, клеветы, - в чем смысл тогда? Знаете, эти вопросы не только вас волнуют. Тысячи лет назад философы размышляли о слишком долгом ожидании справедливости. О запоздалом наказании. И сомневались в том, что наказание вообще существует. Великие ум человечества искали ответ на этот вопрос. Плутарх размышлял об этом в своем труде "Почему божество медлит с воздаянием" "...я не вижу, какой толк говорить, что «мельницы богов мелют медленно», это лишь затемняет справедливость и позволяет угаснуть страху за совершенные