Kiska Mila

8 ноября 1974 года в Москве умер Вольф Мессинг. Старик, 75 лет, останови сердце. Таких смертей в советской столице произошло несколько сотен в день. Но уже через два часа к дому на Новопесчаной подъехали три чёрные «Волги» без номеров. Люди в штатском огороде съели квартиру, изъяли всю бумагу и личные вещи. Соседям объяснил коротко: «Государственная необходимость. Вопросы не задавать». Так начинается история, которая официально не осталась до сих пор. Когда дверь вскрыли, Мессинг улегся на кровать в пальто и ботинках — как будто собирался на прогулку, легонько отдохнуть и не проснулся. В тумбочке — стакан воды и сложенная бумага. Молодой врач скорой Карпов успел прочитать до того, как бумагу забрали. На листе было написано от рук: «Я ухожу 8 ноября. Не ищите причину. Их нет. Всё идёт, как следует идти». Это не было предчувствием. Мессинг знал так же точно, как три дня прихода Гитлера в СССР. Как знали дату смерти Сталина. Свой последний день он встретил спокойно — в пальто и ботинках.

Они уходят из дома перед смертью хозяина, возвращаются через 40 дней и спят на кровати умерших. Их называют проводниками в иные миры и защитниками от нечисти. Что стоит за этими поверьями — просто совпадения или нечто большее? Она вернулась ровно через 40 дней У моей знакомой случилось горе — ушел из жизни пожилой отец. Жил он в деревне, в своем доме, и последние годы с ним жила старая кошка Мурка — серая, пушистая, молчаливая. Они были неразлучны: дед кормил её с руки, разговаривал с ней, а она спала у него в ногах каждую ночь. Когда деда не стало, родственники забрали Мурку в город. Неделю она просидела под диваном, не ела, не пила, а потом просто исчезла. Искали — бесполезно. Решили, что убежала и погибла. Прошло 40 дней. Собрались поминать деда в деревне, в его доме. Открывают дверь, а на пороге сидит Мурка. Худая, грязная, но живая. Вошла в дом, потерлась о портрет деда, легла на его кровать и уснула. А утром снова ушла. Навсегда. Эта история — не единственная. Таких случаев тысяч