Марина Воронина

Будущая мачеха систематически запугивала и унижала детей, но ситуацию спасла незаметная няня. Сцена, которую он наблюдал, послужила началом грандиозных перемен в их жизни. Холод камня проникал сквозь сюртук, но Александр не смел пошевелиться. Узкая щель между гобеленом и стеной открывала ему сцену, ради которой он тайно вернулся в собственный дом, оставив карету в трактире за две мили и пробравшись через чёрный ход, как вор. Его невеста, леди Констанс Пембертон, полгода прибегавшая к различным уловкам, чтобы получить его предложение и кольцо, наконец осталась с детьми наедине. Без него. Без свидетелей из высшего света. Только Эмма и Джеймс, его пятилетние двойняшки, и женщина, которая вскоре должна была стать их матерью. Александр затаил дыхание. — Ваша мать, — произнесла Констанс, поправляя кружева на манжете, — очевидно, не успела научить вас, как подобает вести себя детям герцога. Эмма подняла на неё глаза и не вовремя протянула своё рукоделие — неуклюжую, но старательно выполненную