ГАЛИЯ ГИЛЬМАНОВА

Она просыпается ровно в три. Не от шума, не от боли — просто открывает глаза и понимает: сна больше не будет. Часы светятся в темноте, дом молчит, а мысли вдруг становятся слишком громкими. Так начинается почти каждое утро моей тети Люды. И как оказалось — не только её. Ей сейчас 69 лет: засыпает рано, аккуратно выключает свет, кладёт телефон экраном вниз — «чтобы не мешал». А потом, как по внутреннему будильнику, открывает глаза в три часа ночи. Лежит тихонько. Не будит дом. Не включает свет. Просто смотрит в потолок и ждёт, что сон вернётся. Иногда ждёт часами или до рассвета. «Я вроде не переживаю, — говорит она. — Просто сна нет». Такие ранние пробуждения далеко не случайны. Они отражают глубинные биологические процессы, эмоции и привычки, на которые с возрастом становится особенно чувствителен организм. И в этом месте многие пожилые люди начинают думать, что с ними что-то не так. Что это болезнь. Старость. Начало конца. Но правда сложнее — и спокойнее. Разобравшись, почему это п

Боли в ногах, онемение, слабость — знакомые многим пожилым людям симптомы. Ноги крутит, каждый шаг дается с трудом, а порой даже встать со стула становится проблемой. Почему так происходит? И как сохранить здоровье ног, чтобы оставаться активным в старости? Рассказываю о пяти шагах, которые помогут избежать серьезных проблем. Боли и слабость в ногах часто связаны с сосудами. Например, вы идете 100–200 метров, и ноги начинают ныть. Останавливаетесь — боль уходит. Возобновляете ходьбу — она возвращается. Это перемежающаяся хромота, которая может указывать на атеросклероз артерий. Холестериновые бляшки сужают сосуды, из-за чего кровь плохо поступает к ногам. Без своевременной диагностики это может привести к тяжелым последствиям, включая ампутацию. Для предварительной проверки дома используйте лодыжечно-плечевой индекс. Измерьте тонометром давление на плече и лодыжке. Разделите верхнее (систолическое) давление на лодыжке на давление на плече. Норма — 0,9–1,3. Если показатель ниже 0,8, э

Я стояла у окна второго этажа и смотрела, как серебристый кроссовер Игоря медленно выезжает за ворота пансионата «Тихая обитель». Сын даже не обернулся. Не помахал рукой. Просто нажал на газ, обдав гравийную дорожку сизым дымом. В комнате пахло хлоркой и старыми надеждами. На соседней кровати вздыхала какая-то старушка, уставившись в потолок. А я стояла и чувствовала странную пустоту. Не боль, не обиду, а именно пустоту, будто из меня выкачали весь воздух. — Вот и всё, Анечка, — прошептала я самой себе. — Приехали. Мне семьдесят два года. Сорок пять из них я отдала Игорю. Сначала пеленки, потом секция каратэ, потом институт, потом его бесконечные «бизнес-проекты», на которые я отдавала все свои заначки. Пять лет назад, когда не стало моего Паши, Игорь как-то резко изменился. Глаза стали колючими, вечно занятой, вечно на нервах. Две недели назад он приехал ко мне с коробкой пирожных. Я обрадовалась, чайник поставила. А он сидит, крошки со стола сметает и в глаза не смотрит. — Мам, — гов