Людмила Сероштан

Известно, что церковь у нас отделена от государства. Церковь не вмешивается в государственные дела, а государство в церковные. Церковь не платит налоги (если это не касается какой-то коммерческой дополнительной деятельности типа производства), не отчитывается за доходы, но ей нужно платить зарплату священникам, диаконам, сторожам, уборщикам, делать ремонты, оплачивать коммунальные услуги и так далее. Откуда церковь берёт деньги? И от чего зависит зарплата священника? Зарплата духовных лиц зависит от доходов конкретного прихода: чем богаче последний, тем выше вознаграждение священников. Понятно, что в Москве приход будет богаче, чем в каком-нибудь селе Пензенской области. А из чего вообще складывается церковный доход? «Основная касса» — это те самые фиксированные рекомендованные пожертвования за свечи, сорокоусты, записки и прочее. Почему это платно? Это своеобразная замена церковной десятины, которая существовала раньше. Если будет интересно, расскажу об этом подробнее в других статьях

Его называли человеком-энциклопедией. Физик-ядерщик, полиглот, знаток восьми языков, преподаватель, бизнесмен, участник «Последнего героя» — Александр Бялко словно доказывал, что одной жизни мало, чтобы вместить все таланты. Но для миллионов телезрителей он был прежде всего тем самым интеллектуалом с мягкой улыбкой и мгновенной реакцией, который двадцать лет блистал в элитарном клубе «Что? Где? Когда?». А потом он исчез. Без объяснений, без прощального тура. Просто перестал появляться в кадре. Зрители гадали: заболел? устал? поругался с редакцией? Правда оказалась куда драматичнее. Бялко выгнали из программы, которой он отдал лучшие годы. Причина — не скандал, не допинг, не нечестная игра. Причина — женщина. Точнее, две женщины. Одна — с которой он прожил больше тридцати лет. Другая — молодая, хрупкая, заставившая его в шестьдесят почувствовать себя мальчишкой. История Александра Бялко — это не просто хроника развода и ухода из телеигры. Это история о том, как любовь ломает привычные м