Валентин Норин

Ставленый мёд на Руси зарывали в землю на пятнадцать, а то и на сорок лет. Бочонок, который дед закладывал к свадьбе внука, считался скромным подарком — по-настоящему ценился мёд с более долгой выдержкой. Напиток стоил целое состояние. Терпение объяснялось не прихотью — до XVIII века мёд оставался единственным доступным источником сладкого вкуса и главным сырьём для брожения. Всё начиналось с борти — дупла в живом дереве, где жили дикие пчёлы. Дупло выдалбливали или находили готовое, метили знаком владельца и передавали по наследству. В «Русской Правде» Ярослава Мудрого за разорение чужой борти полагался штраф в три гривны. Вол стоил одну гривну, рабочая лошадь — чуть дороже. За дупло с пчёлами отдавали столько же, сколько за трёх волов. Такая охрана имела прямой экономический смысл — бортничество кормило и княжескую казну, и внешнюю торговлю. Арабский путешественник Ибн Фадлан, побывавший на Волге в 921–922 годах, описывал торговлю русов, в которой мёд и воск занимали первые строчки.