Черкесский круг

Адыгский диалект у убыхов

Последние десятилетия абхазо-адыгская общественность и наука были озабочены исчезновением родственного нам языка – языка убыхов. Который фактически стал мертвым, после смерти его последнего носителя – Тевфика Есенч. Пока Есенч и другие носители были живы, было положено немало усилий для фиксации и изучения языка, этим занимались в основном европейские исследователи (Дюмезиль, Хьюит, Пари, Фогт и др). Отечественные ученые, советского периода, имели гораздо более ограниченный доступ к информантам, поэтому работали с материалом своих западных коллег. После же крушения «союза», убыхофонов уже не было в природе, последний из них Тевфик Есенч умер в 1992 году. На фоне этой действительно глобальной проблемы, исчезновения языка, таявшего буквально на глазах, перед учеными стояла задача ускоренной фиксации и изучения убыхского языка. Ряд ученых работавших в 20 веке, оставили нам бесценное наследие, в виде словарей, текстов, аудиозаписей и описания убыхского языка. На фоне этой титанической работы которая выполнялась исследователями, мало кто из них обращал внимания на особенности адыгской речи убыхов. У Дюмезиля который десятилетиями работал с Тевфиком Есенчем и другими убыхами, зафиксирован всего один текст, адыгской речи Есенча. Цель данной статьи разобраться, на каком диалекте адыгского языка говорили и говорят убыхи, поскольку после исчезновения собственно убыхского языка, именно этот диалект остается для убыхов формой языковой идентичности, именно его называют «убыхыбзэ», от чего зачастую происходит путаница.
История вопроса
Многочисленные источники указывают на то что убыхи помимо своего аутентичного убыхского языка, так же в основной массе владели адыгским языком, причем задолго до своего выселения с Кавказа в Османскую империю.
В XIX в. убыхи являлись, в массе своей, двуязычным этносом, владея как своим исконным языком – убыхским, так и адыгским. На протяжении первой половины XIX в. убыхи стремительно теряли свой родной язык и переходили на адыгский. Ф. Ф. Торнау в 1835 г. отмечал в этой связи: «Я не успел познакомиться с их народным языком, потому что убыхи, с которыми я встречался, всегда говорили по-черкесски». В 1846 г. Леонтий Люлье писал о лингвистической ситуации в Убыхии: «...сей последний народ имеет свой собственный язык, не сходный ни с языком Адиге, ни с Абхазским. Это ныне язык черни, употребляемый преимущественно простолюдинами, живущими в горных ущельях и у берега моря. Это наречие выходит из употребления и со временем исчезнет. Дворяне убыхские все говорят адигским языком, но многие из них и простолюдинов, в этом крае, находясь по топографическому положению своему в соседстве к югу с абхазцами, говорят также свободно и на языке своих соседей». То есть, простолюдины также адыгоязычны, но еще владеют вторым языком - абхазским. Под абхазским здесь, очевидно, надо понимать садзский, притом, что собственно садзское наречие могло отличаться от языка горных абазин этого сектора - ахчипсы или медовеевцев. Но и сами эти общности могли быть под влиянием и, в том числе языковым, убыхов. Через посредство убыхов они могли и должны были знакомиться и с убыхским, и с адыгским языком. Люлье в 1846 г. засвидетельствовал характер языковой и культурной ассимиляции убыхов, подчеркнув престижный характер использования адыгского языка. Спустя десять лет Люлье не изменил своего представления: «Со временем язык этот может исчезнуть, по всеобщему употреблению языка черкесского».
Какой именно диалект?
Что же касается описания бытовавшего в убыхской среде черкесского языка, его особенностей, либо принадлежности к какому либо диалекту адыгского языка, то до XX в. об этом не было никаких сведений. Но уже с начала XX в., исследователи убыхского языка и убыхов в целом, давали противоречивую оценку относительно черкесского диалекта который был в обиходе у убыхов. Так в 1932 году один из основных исследователей убыхского языка, Жорж Дюмезиль писал, что убыхи говорят на абадзехском диалекте. Супруги Ландманн занимавшиеся с 70-х годов изучением убыхов в Турции в провинции Мараш в селениях Буюк-Чамурлу и Акифие, спустя полвека в 1981, так же указывали на то что убыхи говорят на абадзехском. При этом в 1965 году Дюмезиль зафиксировал адыгскую речь своего главного информанта-убыхафона Тевфика Есенч, но уже не обозначал ее как абадзехский диалект. В 1974 он писал что убыхи ошибочно считают что говорят на абадзехском, впрочем он не уточнял на каком именно диалекте они говорят. В целом Дюмезиль скептически относился к черкесскому языку у Тевфика Есенча и других убыхских информантов, считая, условно говоря, их адыгскую речь искаженной. Возможно именно исходя из таких соображений Дюмезиль уделил очень мало внимания черкесской речи своих убыхских информантов, больше сосредоточившись на изучении усчезающего убыхского языка.
Автор французско-убыхского словаря, Ханс Фогт так же маркировал все адыгизмы в убыхской речи как «абадзехизмы», поскольку, как он пишет, убыхи называют всех остальных черкесов «абзах». Видимо здесь мы и находим разгадку этой путаницы, убыхи основными черкесскими соседями которых были именно абадзехи, зачастую называли всех адыгов абадзехами и любую черкесскую речь, в том числе и свою – абадзехской. Аналогичная ситуация сохраняется по сей день в Кошехабльском районе республики Адыгея, где проживают в основном кабардинцы, для них все кяхи это абадзехи, а литературный диалект как и остальные западночеркесские диалекты все именуются как абадзехский язык(абзэхэбзэ). Таким образом, для убыхов «абзах» зачастую было равно «адыгэ», что естественно не означало что они владели именно абадзехским диалектом.
При этом не всегда черкесский диалект убыхов ассоциировался только с абадзехским, так Катрин Пари автор изучивший «язык Тевфика Есенч» считает его адыгскую речь близкой к хакучинскому говору шапсугского диалекта, и действительно по ряду признаков адыгский диалект убыхов внешне похож на хакучинский. Так же один из информантов из селения Акифие, указывал что они говорят на шапсугском диалекте.
Первым автором взявшимся за детальное изучение адыгской речи убыхов был Рикс Смитс, в 1986 г. он вводит термин ubykh-circassian (Uci), русифицированную версию которого мы используем в данной статье. Этот же автор выделяет убыхско-черкесский как отдельный диалект черкесского языка, причем рано выделившийся из общеадыгского.
Исследования Рикса Смитса, должны были стать импульсом для более подробного изучения убыхско-черкесского диалекта, его фиксации, и ввода в научный оборот, но его работа была незаслуженно проигнорирована. Таким образом, убыхско-черкесский никаким образом не фигурирует по сей день в адыгском языкознании, при всей его архаичности и важности для этимологии и фонетической реконструкции. В то же время носители убыхско-черкесского до сих пор проживают в Турции в селениях Акифие и Буюкчамурлу, некоторые из них вернулись на историческую родину.
Современный убыхский язык.
В связи с экзотичностью и специфичностью звучания исследуемого диалекта на фоне остальных диалектов черкесского, происходит путаница убыхско-черкесского с собственно убыхским языком. Часты сообщения как от побывавших в Турции черкесов из России, так и анатолийский черкесов, что, «убыхский язык жив, вот мы слышали как на нем говорят, почти адыгская речь и т.д.». Кроме того, сами современный убыхи зачастую свою адыгскую речь по неведению выдают за убыхский язык. Впрочем именно этот диалект с его особенностями сегодня и является для убыхов –«убыхыбзэ», их языковой формой идентичности. Именно такие курьезные сообщения о живом убыхском языке и в целом возникшие вопросы, где диалект а где язык, и на каком собственно диалекте говорят убыхи, послужили поводом автору данной статьи для детального изучения современной адыгской речи убыхов. Через сеть интернет были найдены выходцы селения Буюкчамурлу, один из которых выложил ряд интервью представителей старшего поколения из данного селения, на видеохостинге YouTube. Один из запечатленных на видео рассказчиков стал основным информантов для автора данной статьи.
Hayrullah Yaman убыхская фамилия Дыгъу, в его речи отсутствует влияние литературного адыгейского, и полностью совпадает с зафиксированной Дюмезилем черкесской речью Тевфика Есенч. При этом Тевфик Есенч был родом из селения Хаджиосман, что находится в провинции Маньяс, а наш информант живет в селении Буюкчамурлу в провинции Кахраманмараш, и два этих селения разделяет не меньше 700 км.