История и археология Руси и соседей

Как возник миф о том, что монголо-татарского ига не было? Прежде, чем дать ответ на поставленный вопрос необходимо уяснить несколько важных нюансов. Первый касается истории терминологии. Важно понимать, что наименование "монголо-татары" впервые на русском языке было употреблено только в 1823 году, в учебнике учителя географии Первой Санкт-Петербургской гимназии Петра Наумова. А термин "монголо-татарское иго", впервые применил несколькими годами ранее, в 1817 году, немецкий учёный Христиан Крузе, книга которого «Атлас и таблицы для обозрения истории всех европейских земель и государств от первого их народонаселения до наших времен» только в середине XIX века была переведена на русский и издана в Петербурге. Впрочем письменных фиксаций такого определения зависимости русских княжеств от Орды в документах Руси XIII—XV веков не встречается. Такое значение появилось на стыке XV—XVI веков в польской исторической литературе. Первыми его употребили хронист Ян Длугош («jugum barbarum», «jugum servitutis») в 1479 году и профессор Краковского университета Матвей Меховский в 1517. В дальнейшем на эти латинские формы был обращен взор историков XIX века, которые на их основе, сформулировали свою научную терминологию. То есть термины "монголо-татары" и "монголо-татарское иго" - это сугубо научные определения, позволяющие, во-первых, устранить несоответствие между самоназванием завоевателей («монголы») и постоянно встречающимся в средневековых источниках их наименованием («татары»), во-вторых, выделять исторический период, когда русские князья находились в вассальной зависимости от правителей Монгольской империи и Улуса Джучи (Золотой Орды). Другой важный момент это осознание того, что историческая наука, как и любая другая, развивается. Сегодня современный учёный маловероятно, что будет ссылаться на Н.М. Карамзина, М.В. Ломоносова или В.Н. Татищева. И вовсе не потому, что первые российские историки умышленно занимались "сочинительством" , "переписыванием", "фальсификациями", а потому что сегодня историку доступно в сотни раз больше письменных источников, чем в XIX веке, а помимо этого также усовершенствована методология исследования и методы анализа исторических свидетельств. В XIX веке археологи старались охватить, как можно большие площади и копали вглубь пока копается без какой-нибудь точной фиксации. Сегодня археологические исследования проводятся с помощью аэрофотосъемки, различных гис-технологий, тахеометрической нивелировки. Так и в исторической науке. Историк занимается не переписыванием летописных известий на современный русский язык, а проводит внешнюю и внутреннею критику источника, использует междисциплинарные подходы в изучении исторических явлений и т д. А поскольку наука развивается, то и устаревает терминология, это закономерно. Самым ярким примером является т.н. "норманнский вопрос". Когда в разные историографические периоды ему придавались абсолютно разные значения и определения. Начиная от спора, а были ли вообще норманны на Руси и заканчивая тем, насколько сильное влияние они оказали на политическое устройство восточнославянских племен. Аналогичная ситуация и с термином "монголо-татарское иго" или "татаро-монгольское иго", которое, к слову, с 2013 года отсутствует в едином учебнике истории России, вместо него был предложен термин «ордынское владычество». Если смотреть с современной научной точки зрения, то можно говорить о некорректности рассматриваемых терминов. Поскольку, употребляя термин "монголо-татары", люди часто связывают современных казанских татар с "татарами", о которых писали русские летописцы и европейские хронисты. Хотя на самом деле, территория современного Татарстана была завоевана Батыем накануне вторжения на Русь и мало чем отличалась своими политическими и экономическими последствиями. Также на протяжении всего периода "ордынского владычества" степень зависимости русских княжеств от Орды и степень юрисдикции ордынских властей не была одинаковой, а следовательно и определение "монголо-татарское иго" требует некоторых уточнений. Спорным моментом являются и хронологические рамки - 1237 - 1480. На сей счет до сих пор ведутся споры, одни исследователи считают правильным вести отсчет не от монгольского нашествия на Русь 1237 года, а от поездки Ярослава Всеволодовича в ханскую ставку и получения им ярлыка на княжение в 1243 г. ; другие считают, что фактическую независимость Русь обрела не после стояния на Угре в 1480, а после победы в битве под Алексином в 1472 году; третьи же считают, что исполнение различных повинностей со стороны русских князей продолжились и в XVI веке. Еще один аргумент в пользу некорректности термина "монголо-татарскре иго" это его сугубо негативный образ по отношении к Руси. Хотя, во-первых, как уже говорилось ранее, само понятие "иго" употребляется только в польской литературе, а не на Руси, во-вторых, помимо очевидных форм зависимости, русское духовенство и княжеская элита имели и привилегии; и в-третьих, период тесного контакта с Улусом Джучи имел не только негативные последствия, но и положительное влияние в области политического устройства. быта, культуры и тд. Если смотреть с дилетантской точки зрения, то "монголо-татарского иго" безусловно было, как бы его не старались отрицать. Впрочем оно было, как и сами "монголо-татары", как и само "монголо-татарское нашествие". По истории монголов и монгольских завоевательных походов существует целый корпус древнерусских, арабских, персидских, грузинских, армянских, китайских, монгольских, старофранцузских, латинских источников, есть свидетельства современников и очевидцев, которые до шли до наших дней и сегодня хранятся в библиотеках и музеях России, Китая, Монголии, США, Франции, Германии, Италии и т.д. Существует огромный корпус археологических источников - разрушенные архитектурные строения, братские могилы датированные 1237-1240 гг. в Ярославле, Владимире, Старой Рязани, Киеве итд, находки нетипичного для Руси вооружения, наконечники стрел восточного типа, различные предметы быта нехарактерные для Руси домонгольского периода (например, котлы) и тд. Сохранился ряд документов, свидетельствующий о политической зависимости русских князей и духовенства от ордынских ханов (если интересно, то в 1987 году А. И. Плигузов в опубликовал (с соблюдением всех особенностей оригинала) древнейший список краткого собрания ярлыков, работа доступна в сети). Важным доказательством служит коллекция ханских пайцз, обнаруженных на территории Улуса Джучи и Руси - пайцза Тохта-хана (1290—1312), пайцза Узбек-хана (1312—1341), пайцза Абдуллах-хана (1361—1370), пайцза Кельдибека (1361—1362) и др. Собственно спор о том "А было ли иго?" с дилетантской точки зрения возник в конце 80-х гг. XX века, особую популярность получил в публицистической литературе 90-х гг. и не утихает по сегодняшний день. Первые зерна "сомнения" кинул Л.Н. Гумилев. Сын двух великолепных поэтов создал целый комплекс антиисторических мифологем (о том, что сын Батыя Сартак брат Александра Невского; о переговорах генуэзцев с Мамаем; о мирном сосуществование Руси и Орды итд) , которые не только дали простому читателю неверное представление о прошлом, но и вдохновили представителей альтернативной истории на бурную литературную деятельность. Впрочем, Л.Н. Гумилёв был лишь сигналом. В 90-е годы получили развитие существующие в народном сознании представления об истории, не как о науке, а как о том, чему и как учили в школе. Зачастую дилетанты, авторы альтернативной беллетристики, спорят не с современной научной литературой, а с учебниками 5 класса или с тем, как их учили раньше, что мол нам рассказывали в школе. Такие взгляды на историю можно услышать на лекция Кунгуровых, Сундаковых, Понасенковых и т.д. Если отвечать на вопрос об иге с научной точки зрения, то вполне возможным представляется дать отрицательный ответ. Но если отвечать на вопрос, который ставит дилетант, то никакого кроме утвердительно ответа, на самом деле, дать просто невозможно. Были ли монголы на Руси? Были. Есть ли документальные свидетельства зависимости? Есть, ярлыки, пайзы и тд. Есть ли археологические источники? Есть, вооружение восточного типа в воинских погребениях, братские могилы в разрушенных монголами городах, нумизматический материал. А еще ведь есть лингвистика, народная память, восточные элементы в политической модели и культуре. Конечно проблема такого недопонимая лежит в проблемах образовательной системы и популяризации исторического знания. Возможно, что стоит не доказывать "а было ли иго" или его не было, а более подробно рассказать о профессии историка, как проходит его обучение, как он работает с историческим материалом, как критикует предшественников, как доказывает свою правоту в спорах. И, безусловно, необходим диалог. Только в споре рождается истина. Но существуют и ряд других причин. Это и недоверие ко всему "государственному. "Историки всё врут, переписывают, обслуживают элиты", - такое можно услышать довольно-таки часто. Всё что можно противопоставить, так это назвать сумму стипендии студента-историка и аспиранта. Маловероятно, что за 2000 рублей может у кого-то возникнуть желание обслужить ту или иную элиту, а в дальнейшем испытывать к ней особую симпатию. С другой стороны есть опять-таки политизированность истории. Когда в обществе на первое место становятся не результаты исторической науки, а те или иные публичные изречения политических деятелей. Тут всегда нужно помнить о том, что политик - это не учёный, у него нет специального исторического образования, он не занимается профессионально исторической наукой, его мнение не имеет научной основы. Также в качестве причины можно отнести и личные качества того или иного человека. Исправить такого человека просто невозможно. Поэтому нам, молодым людям, остаётся только cоздавать все необходимые условия для полноценного развития уже наших детей , будущего поколения, умеющего трезво и критически мыслить. Евгений Шишка Иллюстрация: Мамай на Куликовом поле. Художник Сергей Трошин.

Решил тут вспомнить, в каких боях принимал личное участие Пётр Первый, он же Великий. Вспомнил 4 эпизода, думаю, подписчики дополнят: - участие в абордажной схватке при взятии шведский кораблей «Астрильд» и «Гедан» в устье Невы 7 мая 1703 года; - участие в абордажной схватке при разгроме шведской эскадры в Гангутском сражении на Балтике 27 июля 1714 года; - личное участие в атаке на шведскую пехоту в Полтавской битве; - личное участие в атаке на кавказских горцев Утамышского султаната и Кайтагского уцмийства (современный Дагестан) в сражении на реке Инчхе 30 августа 1722 года, то есть в возрасте 50 лет. Ну что тут скажешь? Среди европейских монархов, начиная от эпохи Возрождения и до сего дня, равных Петру Алексеевичу в боевом опыте и личной воинской доблести - нет. Да и среди восточных, пожалуй, тоже. А к посту прикреплён прижизненный портрет русского царя, написанный словацким живописцем Яном Купецким во время посещения полтавским триумфатором Карлсбада в 1711 году. Д. Сокольников Канал: Войны Нового Времени

~ Что такое "половецкие бабы" и зачем их ставили в степи? ~ Во многих краеведческих музеях юга России от Курска до Ставрополья можно встретить удивительные каменные изваяния - серые фигуры, грубо обработанные, но с отчетливыми человеческими чертами. Иногда это воин с саблей на поясе и чашей в руках, иногда - женщина в высоком головном уборе с тяжелыми серьгами. В народе их издавна называют "каменными бабами", и туристы неизменно останавливаются перед ними, чтобы сделать фотографию. За этим бытовым названием скрывается одна из самых масштабных и загадочных традиций кочевого мира. Огромное количество статуй, созданных на протяжении многих веков, расставлены по степным просторам от Монголии до берегов Днепра. В известном каталоге Светланы Плетневой зафиксировано 1323 единицы таких объектов. Кто же эти "бабы", почему их так много и что они означают? "Баба", которая оказалась предком Первое заблуждение кроется в самом названии. Для русского уха баба - это женщина. И да, среди половецких изваяний женские фигуры, по разным оценкам, составляют до 70%. Но есть и мужские - воины с усами и оружием. Почему же всех их называют бабами? Ответ кроется в тюркских языках. По наиболее распространённой версии, слово происходит от тюркского "баба" (отец, предок). Существует также гипотеза, связывающая "бабу" с древнетюркским словом "балбал", которым обозначали каменные столбы у поминальных сооружений. Точная этимология самого слова "балбал" неясна. Так или иначе, термин "каменная баба" не имеет отношения к женщинам, а указывает на культ почитаемых предков. Второе распространенное заблуждение - приписывать "каменных баб" скифам. Скифы действительно оставили множество каменных стел, стоявших на вершинах курганов немыми стражами. Но их изваяния относятся к V – III векам до н.э., то есть они почти на полторы тысячи лет старше половецких. Скифские стелы - это подчеркнуто схематичные антропоморфные столбы, на которых едва намечены голова и плечи. Половецкие же изваяния более реалистичны и тщательно выполнены, с проработанными лицами, костюмами, оружием и украшениями. Приписывать их скифам - такая же ошибка, как смешивать воедино совершенно разные эпохи и культуры. Зачем их ставили? Практически все исследователи сходятся во мнении, что эти изваяния - материальные свидетельства сложных верований и обрядов, связанных с культом предков. Однако конкретных теорий несколько, и они скорее дополняют друг друга. Первая и самая очевидная версия - надгробный памятник. Фламандский монах-францисканец Гильом де Рубрук, проехавший в 1253 году через степи от Крыма до Монголии, описал обычай своими словами: "Команы насыпают большой холм над усопшим и воздвигают ему статую, обращенную лицом к востоку и держащую у себя в руке пред пупком чашу". Такие статуи действительно нередко находят на вершинах курганов. Однако археологи выяснили важную деталь - это не было надгробием в привычном понимании. Погребение располагалось отдельно от святилища, где стояла статуя. Каменная фигура была не просто памятным знаком, а, по представлениям кочевников, вместилищем духа. Вторая версия - степной ориентир и знак границ. В старинных описаниях степей нередко упоминается, что каменные изваяния служили указателями. Их часто устанавливали на возвышенностях, откуда они были видны издалека. Вероятно, они также обозначали родовые территории кочевий. Но основное их значение, безусловно, было сакральным - навигационная функция была лишь дополнительной. Третья версия - объект культа. У подножий статуй археологи находят разбитые горшки, кости животных, следы жертвоприношений. Половцы приходили к этим каменным изваяниям не только ради поминовения умерших, но и чтобы испросить удачи в охоте, дождя для скота или победы в битве. Чаша в руках и взгляд на восток Если пройтись по залам Исторического музея в Москве или по коллекциям краеведческих музеев Ростова, Ставрополя, Херсона, можно заметить несколько общих черт. Половецкие изваяния вырублены из серого песчаника. Их лица часто наделены узнаваемыми индивидуальными чертами, однако это не прижизненные портреты, а скорее обобщенные и одновременно персонифицированные образы предков, родоплеменных героев. Подавляющее большинство статуй, мужских и женских, изображаются со сложенными на животе руками, в которых они держат ритуальную чашу. Этот атрибут - ключевой. Чаша символизирует поминальную трапезу, через которую душа предка соединяется с миром живых. Женские фигуры, как правило, предстают в богатых одеяниях, с высокими головными уборами, налобными лентами и массивными украшениями. Мужские - в доспехах, с оружием, колчанами и атрибутами воина. Все статуи объединяет неизменная поза и обращенность лицом к востоку. Исчезновение и новое обретение С монгольским завоеванием и постепенной исламизацией степей традиция возведения каменных изваяний сходит на нет. Половецкая знать была уничтожена или растворилась в Орде. Но сами статуи еще долго оставались стоять в степи. На протяжении столетий их сбивали, раскалывали, использовали как строительный материал. В XVII веке изваяния все еще возвышались на древних курганах и водоразделах. Но с началом активной распашки степей их стали уничтожать массово. Крестьяне сбрасывали статуи с курганов в овраги, разбивали на щебень для дорог. Помещики вывозили их в усадьбы для украшения парков. Отставной майор Феодосий Раевский, по преданию, выиграл каменную статую в карты и поставил ее под окнами своего дома. Соседи называли ее "хворостянской Венерой". Лишь в конце XIX века благодаря усилиям русских ученых на эти памятники наконец обратили внимание как на ценнейшие свидетельства степной культуры, и началось их систематическое изучение. ВК. Русичи

13 января 1920 года командование Туркфронта отпраздновало «День Победы» над Колчаком. Праздник сопровождался банкетом, на котором, как видно из меню, были поданы следующие блюда под шуточными названиями.

Как вам такие деревенские денди? Жаль не получается найти информацию из каких краёв эти элегантные мужчины.

Что действительно не так с русской историей

Хоббиты и вымершие "свиньи". Попытки перевернуть представление об эволюции человека Недавно палеонтологи обнаружили на арктическом острове Шпицберген более 30 тыс. уникальных окаменелых фрагментов древних морских обитателей. Их возраст оценивается в 250 млн лет. А история развития современного человека насчитывает всего 300 тыс. лет. Несмотря на это, и она имеет пробелы, до сих пор не позволяющие до конца понять — какие же именно стадии проходил нынешний Homo sapiens в процессе эволюции и были ли у него попутчики Пилтдаунская мистификация Один из главных скандалов в этой области произошел в начале XX века. В 1912 году археолог-любитель Чарльз Доусон объявил, что обнаружил в гравийном карьере в английском Пилтдауне идеального представителя "недостающего звена" между обезьяной и человеком. Произошедшее стало настоящей сенсацией. Во время презентации Доусон рассказал историю открытия. В частности, о том, что сам череп нашли рабочие гравийного карьера, разбили его и разбросали обломки на участке. Большинство фрагментов, насколько это было возможно, впоследствии нашли. А сам "археолог" неподалеку от места находки черепа обнаружил половину нижней человеческой челюсти. Несмотря на немалое количество научных противоречий, большинство ученых поддержали открытие. Долгое время оно воспринималось всерьез и даже упоминалось в учебниках. Обман был раскрыт в 1953 году с помощью фторирования и радиоуглеродного анализа: черепу было не более 600 лет, а нижняя челюсть, обнаружением которой хвалился Доусон, принадлежала орангутангу. Ее зубы намеренно деформированы напильником для имитации износа. "Никто не сделал никаких тестов. Если бы их сделали, то сразу бы заметили химическое состаривание зубов и то, что они подточены. Было очевидно, что это ненастоящий артефакт. В высших научных кругах приняли его, потому что очень этого хотели", — писал археолог Майлз Рассел в своей книге "Пилтдаунский человек: Секретная жизнь Чарльза Доусона и крупнейшая мировая археологическая мистификация". Невнимательность в Небраске В 1922 году палеонтолог Генри Фэрфилд Осборн объявил об открытии в Небраске гесперопитека (Hesperopithecus haroldcookii), который якобы являлся первым высшим приматом Северной Америки. Достаточным основанием он посчитал коренной зуб, найденный им в 1917 году на раскопках. В газете Illustrated London News появилось изображение гесперопитека, которое художник выполнил, основываясь на останках питекантропа — человека прямоходящего. Осборн рисунок не признал, назвав его "вымыслом, не имеющим научной ценности, и несомненно неточным". Но The New York Times в марте 1922 года сообщила: "Британские ученые практически единодушны в принятии интерпретации Американского музея естественной истории". При этом, конечно, один зуб казался неубедительным доказательством для научного сообщества. Исследования образца продолжались, и в 1925 году на месте находки был обнаружен полный скелет. Только он вовсе не принадлежал примату. На самом деле это были останки вымершего вида из семейства пекариевых — нежвачных парнокопытных млекопитающих, похожих на свиней. Но самое ироничное, что Осборн еще в 1909 году опубликовал статью, в которой отмечалось: "Передние коренные зубы пекари этого периода показывают поразительное сходство с зубами антропоидных обезьян и могут быть легко ошибочно приняты за них кем-либо, не знакомым с миоценовыми пекари". Понять, почему ученый и его коллеги, которые как раз о пекари знали, проигнорировали собственное исследование, так же непросто, как и подтвердить реальное существование гесперопитека. А профессор был прав… В 2003 году на острове Флорес в Индонезии палеоантропологи обнаружили в пещере Лианг-Буа почти полный скелет маленького гуманоида ростом не больше метра. Находка включала череп под мозг, как у шимпанзе, кости ног и таза. Ученые назвали новый вид Homo floresiensis, но вскоре его стали называть "хоббитом" — как полуросликов из вселенной Дж. Р. Р. Толкина. Исследователи утверждали, что это совершенно новый вид человека, населявший остров одновременно с современным представителем. Впрочем, тогда же влиятельный индонезийский палеоантрополог Тейку Джейкоб отказался признавать древнее соседство. Он заявил, что "хоббит" не новый вид, а представитель того же вида, но больной микроцефалией — редким генетическим расстройством, уменьшающим размер мозга. Однако в 2014 году на месте соседних раскопок на Флоресе были найдены нижняя челюсть и зубы, которым около 700 тыс. лет (на 600 тыс. лет больше прошлых находок). А в 2024-м была открыта, похожая на прошлые находки, маленькая кость плеча того же периода. Это привело исследователей к выводу, что это все-таки отдельный вид, живший в Индонезии сотни тысяч лет назад. Но самое удивительное — изучение современных пигмеев Флореса в 2018 году показало, что они с "хоббитами" генетически не связаны. Как примитивный человек оказался на изолированном острове? Флорес никогда не соединялся с материком, а отрывался от него он еще до появления первого человека, поэтому вопрос остается открытым. "Матерь человечества" оказалась "сестрой" Но были и случаи, которым удалось в каком-то смысле пересмотреть ход эволюции. В 1974 году палеоантрополог Дональд Джоусон обнаружил у ущелья Хадар в Эфиопии кость, выступающую из земли. После трехнедельных раскопок команда собрала около 40% скелета самки возрастом около 3,2 млн лет. Находку назвали Люси в честь песни The Beatles "Lucy in the Sky with Diamonds", которую часто слушали в лагере. Люси стала мировой сенсацией и идеальным доказательством теории эволюции. На протяжении 40 лет ее считали нашим прямым предком, показывая в музеях как "матерь человечества". Но в 2015 году в ходе повторного анализа выяснилось, что один из позвонков Люси принадлежит павиану. Как оказалось, другие характеристики скелета тоже противоречили друг другу — ходить этот гипотетический предок человека должен был на двух ногах, но у него были обезьяноподобные руки, загнутые для лазанья по деревьям. Научное сообщество разошлось во мнениях. Сторонники Люси указывают на ее полностью вертикальную ходьбу и широкий рацион, приближенный к человеческому. А критики предполагают, что она все-таки была тупиковым ответвлением эволюции. Практически одновременно с эфиопской находкой, в 1976 году, на плато Летоли в Танзании палеоантропологи обнаружили необычные следы. Эндрю Хилл во время шутливой потасовки с коллегой упал в овраг и заметил отпечатки ног в затвердевшем вулканическом пепле. Основные раскопки выявили тропу с отпечатками трех особей возрастом около 3,66 млн лет назад. Эти отпечатки обладали человекоподобными характеристиками, и их сразу же приписали той самой Люси. Но в 2019-м при повторных раскопках исследователи вернулись к тропе и в километре от места давней находки обнаружили принципиально иные следы ног. Они были более примитивными: это был некто прямоходящий, но его ноги были больше похожи на обезьяньи. Также у него расходились пальцы ног, а сами конечности странно перекрещивались при ходьбе. В 2021 году выяснилось, что это совершенно другой вид, нежели найденный на полвека раньше. Это означало, что два разных двуногих существа жили бок о бок в один и тот же период времени. Это открытие теорию эволюции в некотором смысле пересматривает. Ведь оказывается, что человек даже в одном регионе развивался нелинейно, а в ходе конкуренции похожих друг на друга видов — с разными способами ходьбы и неясными для современной науки отношениями. Даниил Хмелевской

С раскольниками в Московском царстве расправлялись решительно и безжалостно.

Генрих Штаден - опричник-самозванец Генрих Штаден - немецкий авантюрист, занесенный судьбой в Русское государство времен Ивана Грозного, где он якобы стал опричником. Вернувшись в Европу Штаден написал свои "Записки о Московии" ("Страна и правление московитов, описанные Генрихом фон Штаденом" Moscowiter Land und Regierung Beschriben durch Henrichen von Staden), там он поведал о "подвигах" совершенных им на Руси, по которым часто судят о поведении опричников в цело. Например, описывая новгородский погром, он говорит: "Наверху меня встретила княгиня, хотевшая броситься мне в ноги. Но, испугавшись моего грозного вида, она бросилась назад в палаты. Я же всадил ей топор в спину, и она упала на порог. А я перешагнул через труп и познакомился с их девичьей." К сожалению, сообщение Штадена не было подвергнуто источниковедческому анализу. Исследователи, обращавшиеся к «Запискам» Штадена, ограничивались общими оценками этого источника. Между тем изучение произведений Штадена ставит ряд вопросов, без ответа на которые «Записки» в качестве исторического источника использовать неправомерно. Безудержное хвастовство и явный авантюризм Штадена видны в его сочинениях. Он хвастает личными «подвигами»: грабежами, изнасилованиями, аферами и, наконец, своим беспримерным личным героизмом на поле боя. Всегда и всюду он ищет только наживы. Россказни о своей близости к Ивану Грозному, о том, как царь произвел его в «рыцарское достоинство», и соответственно о службе при царской особе, а значит и в опричнине, понадобились Штадену, когда он оказался при дворе императора Рудольфа II. Понятны и мотивы, побудившие Штадена заговорить на эти темы, — желание «по-рыцарски… служить» его «римско-кесарскому величеству», т. е. получить при дворе императора высокую должность и титул. Ради этого предприимчивый авантюрист, обретавшийся на Руси в качестве торгаша и шинкаря, получивший как иноземец на русской службе небольшое поместье, и возвел себя в ранг русских «князей» — «опричников». Из записок Штадена с полной отчетливостью выясняется, что с самого начала и до конца своего пребывания «в стране московитов» он находился в земщине. Вскоре после прибытия на Русь Штаден, как и было принято среди иноземцев, завел в земщине корчму. Его торговля вином по каким-то причинам вызвала недовольство среди жителей соседних, якобы опричных улиц: «Простолюдины из опричнины жаловались на меня на земском дворе, что я устроил у себя корчму». Несколькими строками выше Штаден между делом обмолвился, что у него уже был в то время двор в опричнине. Как могли «простолюдины из опричнины», т. е. простые посадские жители и крестьяне, жаловаться на царского слугу — опричника? Почему опричные жалуются на опричника на земском дворе? Чем им вообще мешает корчма, открытая в земщине, т. е. в другой части города? Вполне очевидно, что опричнина здесь, как и на других страницах данного сочинения, названа Штаденом для красного словца. На деле же речь идет о жалобе жителей посада—«простолюдинов» в земский двор на обосновавшегося у них мошенника-шинкаря. Далее Штаден рассказывает: «Когда великий князь дал нам (иноземцам) поместья, занимался наделением землей Иван Висковатый». Вот это вполне точно. Благоустройством иноземцев занимался глава Посольского приказа известный деятель земщины И. М. Висковатый. Однако не было и не могло быть того, чтобы Висковатый наделял землей опричника. Тут же Штаден пишет: «Так как я постоянно бывал у первого боярина Ивана Петровича Челяднина… то этот боярин… приказал дать мне то поместье, о котором я и бил челом». И. П. Челяднин мог распоряжаться только земскими делами и раздавать опричникам поместья не мог ни в опричнине, ни в земщине. Итак, у Штадена в земщине два двора, корчма и поместье. Дела его решают на земском дворе. Он пользуется покровительством руководителей земщины, постоянно с ними общается. Штаден заявляет что он был опричником, он тем не менее ничего не сообщает ни об одной своей конкретной службе в рядах опричников. Об этом ему сказать, видимо, абсолютно нечего. Вместо рассказа о каких-либо службах в царской опричнине он вынужден сообщать, как и почему он от них каждый раз отказывался. Сам Штаден весьма точно озаглавил свое описание московской резиденции царя на Неглинной: «Строения опричного двора». Строения! У Штадена нет ни слова о том, как выглядят внутренние покои опричного дворца. Если бы он их видел, то не преминул бы описать их убранство или, скажем, царский пир. Но об этом Штаден представления не имеет. Вот почему у него и возникла необходимость дать объяснение явному «провалу памяти»: «Я не согласился на предложение, сделанное мне (царем) через дьяка Осипа Ильина, все время безотлучно состоять при великом князе». Об Александровской слободе Штаден и вовсе ничего не знает. Он говорит лишь о том, из чего сделана стена, окружающая Слободу, сообщает, что в Слободе хранятся деньги и добро, «что награбил великий князь по городам». Такое неведение и, можно сказать, невидение тоже более чем странно для опричника, будто бы направившегося вместе с царем в поход на Новгород. Поход этот, как известно, начался из Александровской слободы и там в глубокой тайне подготовлялся. Новгородский погром Штаден описывает опять-таки понаслышке. Он уверяет, будто ему пришлось не но душе, что награбленное в Новгороде имущество не было разделено по справедливости между опричниками. Тогда он «решил больше за великим князем не ездить». Это заявление Штадена само по себе не соответствует реальному положению вещей. Опричники, как сообщают другие источники и тот же Штаден, хорошо пограбили новгородский посад. С другой стороны, ни о какой раздаче опричникам «по справедливости» церковных и других ценностей, конфискованных в царскую казну, не могло быть и речи. Налицо очередная выдумка Штадена, склонного изображать опричнину как разбойничью банду. Штаден и не ходил в составе опричного войска на Новгород. Об этом он весьма ясно проговаривается: «И я был при великом князе с одной лошадью и двумя слугами. Все города и дороги были заняты заставами, а потому я не мог пройти со своими слугами и лошадьми». Опять явная несуразица: либо он «был при великом князе», либо «не мог пройти» вслед за ним, так как все дороги были заняты заставами. Верно второе — не мог пройти к Новгороду, куда он и подобные ему мародеры пытались налететь, как воронье на свой кровавый клев. Вот подлинная причина, по которой, собрав вокруг себя всякий сброд, он «начал собственные походы и повел своих людей назад, внутрь страны, по другой дороге». После своих разбойных похождений Штаден якобы появился в Старице на опричном смотру, который был сделан для того, «чтобы великому князю знать, кто остается при нем и крепко его держится». У Штадена получается, что за учиненные им дезертирство и разбой Грозный его возвеличил. Утратив всякую меру, Штаден заявляет, что великий князь на смотру уравнял его в списке и жаловании с князьями и боярами — «mit den Knesen und Boiaren». «Тогда великий князь и сказал мне: "Отныне ты будешь называться — Андрей Володимирович". Частица "вич" означает благородный титул. Иначе говоря, этими словами великий князь дал мне понять, что это — рыцарство». Как видим, Штаден охотно присваивает себе титулы и положения, которыми на самом деле не обладал. Зачислив себя с такой легкостью в бояре, Штаден с еще большей легкостью зачислил себя в опричнину. На очередную высокую милость царя, если верить, что таковая имела место, Штаден ответил очередным уклонением от службы. Он снова едет в другую сторону, чем те, «кто остается при великом князе», т. е. опричники. «Великий князь поехал в Александрову слободу... Я же не поехал с ним, а вернулся в Москву». Уклонился Штаден от своих обязанностей опричника — владельца земли в опричном уезде и в критический для Руси момент второго нашествия Девлет-Гирея в 1572 г. «Каждый должен был помогать при постройке Гуляй-города соответственно размеру своих поместий, равно как и при постройке укреплений по берегу реки Оки — посаженно. Я не соглашался на это». Получается, что в государстве Ивана Грозного, где все, что он прикажет, «все исполняется», где «никто ему не перечит: ни духовные, ни миряне», один Штаден, находясь на царской службе, притом в военное время, постоянно поступает вопреки приказам и вообще как ому заблагорассудится. Разумеется, не такова была опричная служба в действительности. При описании своего участия в битве при Молодях в 1572 г. он «зачислил» себя в опричный полк, которым командовал знаменитый опричный воевода Д. И. Хворостинин. Штаден, по его словам, находился в дозоре против татар в обороне на Оке. Под командованием у него находилось 300 опричников. Заметим: если бы это было так, Штаден занимал бы должность по меньшей мере «головы из опричнины» и имя его упоминалось бы в разрядной росписи. Но имя Штадена в разрядах ни разу не фигурирует. «Я должен был дозирать, — пишет он дальше, — на реке, где переправится царь (Девлет-Гирей)… и увидел, что несколько тысяч всадников крымского царя были уже по сю сторону реки. Я двинулся на них с тремя сотнями...Все три сотни были побиты насмерть...И я один остался в живых». Большинство ученых, прочитав подобный «бесхитростный рассказ» Штадена, оценили его как хвастливое сочинительство, не заслуживающее серьезного доверия. Как видим, явной выдумкой являются россказни Штадена о его службе в опричнине. То, что Штаден не служил в опричнине, да и вообще на какой-либо дворянской службе, доказывается помимо его саморазоблачений также и важнейшим объективным фактом. Все без исключения иноземцы, исполнявшие ту или иную царскую службу или встречавшиеся с царем Иваном, бывавшие у него на приемах, помимо личных воспоминаний оставили объективные следы своей деятельности в русских и иностранных источниках. И только о Штадене и о его службе все источники хранят красноречивое молчание. На основании всего сказанного можно заключить, что Штаден в опричнине не служил. По материалам: Альшиц Д. Н. Начало самодержавия в России: Государство Ивана Грозного.

Кто кого завоевал? Пять заблуждений о Великом княжестве Литовском