Международный юрист | адвокат Тарасенко Василий

Нигерия часто выглядит как красивый ответ на вопрос «куда расширяться дальше». На бумаге это огромный рынок: по данным Всемирного банка, население страны в 2024 году составляло 232,7 млн человек. Но открытие бизнеса в Нигерии — это не история про «быструю международную регистрацию». Это связка корпоративного права, регистрации в инвестиционной комиссии, банковского ввоза капитала, разрешений МВД, налогового комплаенса и, очень часто, отраслевого регулятора. Поэтому честный разговор о Нигерии начинается не с романтики, а с документов. Базовое правило нигерийского корпоративного права очень жесткое: если иностранная компания хочет вести бизнес в Нигерии, она должна пройти инкорпорацию как отдельное юридическое лицо в самой Нигерии, прежде чем начинать деятельность. Исключения в CAMA 2020 есть, но они узкие и относятся скорее к специальным случаям вроде одобренных государством проектов, отдельных донорских программ или некоторых специальных контрактов, а не к обычному коммерческому запуск

На старте бизнеса доля 50/50 кажется почти идеальной формулой справедливости. Два партнера вложились поровну, значит и владеть должны поровну. Логика понятная, человеческая и очень соблазнительная. Проблема в том, что справедливость в капитале и управляемость бизнеса — не одно и то же. Для денег 50/50 может быть честной конструкцией. Для принятия решений это часто конструкция без встроенного выхода. Именно поэтому 50/50 опасна не тогда, когда у вас конфликт. Она опасна раньше — в тот момент, когда вы еще только создаете компанию и закладываете в нее механизм будущего тупика. Если два человека имеют равный вес и ни у кого нет легального способа поставить точку в споре, любая принципиальная разница взглядов превращается не в дискуссию, а в блокировку. И чем важнее вопрос, тем дороже обходится такое равенство. Ниже я говорю прежде всего про ООО, потому что в этой форме проблема видна особенно ясно. По закону образование исполнительных органов общества относится к компетенции общего собран

Южная Африка многим снаружи кажется сложной и даже «экзотической» юрисдикцией, но в реальности это вполне формальная правовая система с конституционной гарантией доступа к суду. Статья 34 Конституции ЮАР закрепляет право каждого на справедливое публичное разбирательство в суде или ином независимом и беспристрастном форуме, а сама судебная архитектура выстроена по понятной иерархии: magistrates’ courts, High Court, Supreme Court of Appeal и Constitutional Court. Это важно с самого начала: спор с бизнесом в ЮАР — не «серое поле», а вопрос правильного выбора форума, правильного ответчика и правильной процедуры. Самая частая ошибка иностранца или даже местного контрагента — думать, что он спорит «с предпринимателем» как с бытовой категорией. В южноафриканском праве это слишком расплывчатое слово. Ключевой вопрос всегда другой: перед вами физлицо-sole proprietor, компания типа private company ((Pty) Ltd), старое close corporation (CC) или иной субъект. Это не формальность. Sole proprietorsh

В русскоязычной среде развод в Германии часто пересказывают слишком просто: «достаточно год пожить отдельно, взять одного адвоката — и всё». На практике это не совсем так. В Германии брак прекращает только семейный суд и только по заявлению одного или обоих супругов. При этом немецкое право давно строится не вокруг «вины», а вокруг одного вопроса: распался ли брак окончательно. То есть ни нотариус, ни ЗАГС, ни просто соглашение между супругами сами по себе брак не прекращают. Юридическое основание для развода в Германии одно: Scheitern der Ehe, то есть распад брака. Закон исходит из того, что супруги больше не ведут совместную семейную жизнь и восстановление этой жизни больше не ожидается. Поэтому распространенная русская логика «он изменил — значит, суд разведет» или «она виновата — значит, получит меньше прав» для самой возможности развода работает не так. Измена, конфликт, охлаждение, отдельный бюджет, новая связь — всё это может быть жизненно важным фактом, но юридически ключевой в

ЮАР часто выглядит очень привлекательно на старте: компания регистрируется сравнительно недорого, а частную for-profit company можно оформить даже без заранее забронированного названия — тогда её регистрационный номер временно становится именем компании с суффиксом “(South Africa)”, и сам CIPC прямо называет это самым быстрым способом регистрации. Но здесь важно не спутать регистрацию компании с реальным запуском бизнеса. В ЮАР главный объём сложности обычно лежит не в форме CoR-документа, а в банке, налоговом контуре, местном адресе, лицензиях, визовом статусе и ежегодном compliance. Первое, что нужно понять: «открыть бизнес в ЮАР» — это не один сценарий, а минимум два. Либо вы создаёте местную компанию, чаще всего private company — Pty (Ltd), либо иностранная материнская компания заходит как external company. Причём у external company порог входа выше, чем многие думают: CIPC считает «conducting business» не только продажи, но и, например, проведение собраний совета/акционеров в ЮАР,

Жилищные мошенники почти никогда не начинают с угроз. Наоборот: сначала всё выглядит очень удобно. Квартира — отличная, район — хороший, цена — ниже рынка, “агент” отвечает быстро и вежливо, а хозяин якобы просто очень торопится. Именно поэтому такие схемы работают не в одной конкретной стране, а повторяются в разных правовых системах и на разных платформах: США, Великобритания, Канада, Австралия, Сингапур и другие страны официально предупреждают людей о почти одинаковых сценариях — фальшивых объявлениях, украденных фото, предоплате до проверки, подмене агента, смене реквизитов и даже мошенничестве с правом собственности. Сразу важная оговорка: не всякая дешёвая квартира — обман, не каждый дистанционный собственник — мошенник, и не любой банковский перевод сам по себе подозрителен. Ошибка начинается там, где человек оценивает не набор признаков, а одну удобную для себя деталь: “цена слишком хорошая, надо брать”. На практике опасна именно комбинация факторов: цена сильно ниже рынка, спе

На рынке недвижимости любят громкие слова: «брокер», «консультант», «эксперт», «сопровождение под ключ». Но в российском праве эти вывески сами по себе почти ничего не решают. Суд обычно смотрит не на визитку, а на четыре вещи: какой договор подписан, какие полномочия выданы, что именно обещано сделать и какие доказательства этого есть. Сегодня в действующем перечне лицензируемых видов деятельности по Закону № 99‑ФЗ риэлторской деятельности нет; при этом в 1996 году положение о лицензировании риэлтерской деятельности существовало, но позже было отменено. Одновременно есть профстандарт «Специалист по операциям с недвижимостью», однако профстандарты обязательны лишь там, где требования к квалификации прямо установлены законом; в остальных случаях они носят рекомендательный характер. То есть само слово «риэлтор» не дает человеку автоматической лицензии, специальных полномочий и особого правового статуса перед клиентом. Главный честный вывод здесь такой: юридическая ответственность на рынк

Мальта уже давно не «страна без развода»: сам институт развода был введён в её право в 2011 году, а в 2021-м правила заметно переписали, чтобы сделать процедуру быстрее и понятнее. Из-за этого в интернете до сих пор много устаревших объяснений — вплоть до официальных страниц, где ещё фигурирует старое правило про четыре года раздельной жизни. Это уже не действующая норма. Самое важное сегодня вот что: в Мальте не нужно сначала обязательно получать судебную сепарацию, чтобы потом просить развод. Закон прямо говорит, что супруг может требовать развод и без предварительного договора о раздельном проживании или судебного решения о сепарации. Но суд всё равно должен убедиться, что выполнены условия для развода. Сейчас они такие: при совместном обращении супруги должны прожить раздельно не менее 6 месяцев за предыдущий год; при одностороннем обращении — не менее 1 года за предыдущие 2 года; либо на момент начала дела супруги уже разделены договором или судебным решением. Плюс суд должен виде

Предпринимательский спор в Эфиопии — это не «одна бумага в суд и через месяц деньги». Это система с несколькими уровнями судов (федеральные, региональные, городские), довольно формализованной процедурой, отдельными правилами про обеспечение и исполнение решений, плюс активным развитием арбитража и примирительных процедур. И если заранее не понимать, куда идти, что можно (и нельзя) требовать, как быстро “заморозить” активы и сколько это стоит, спор легко превращается в дорогой и затяжной проект. Ниже — максимально честный и аккуратный обзор: что говорит закон, где тонкие места, и на что предпринимателю обращать внимание до конфликта и внутри конфликта. Материал носит информационный характер и не заменяет консультацию эфиопского юриста по вашему кейсу: подсудность, сроки и тактика зависят от фактов и региона. Чтобы говорить про судебные споры между бизнесами, надо разделить две плоскости: Это в первую очередь Commercial Code of Ethiopia Proclamation No. 1243/2021 (Коммерческий кодекс). О

Когда в заголовках пишут “в стране X ипотека под 1%”, хочется сразу собрать чемодан. Но у ипотеки есть неприятная особенность: низкая ставка сама по себе не гарантирует доступность. Чтобы ответить честно и без “магии цифр”, разберём тему так, как её разбирают банки и экономисты: В быту этим словом называют разные вещи. На практике есть минимум 4 разных “доступности”: То есть где в мире самые низкие проценты по ипотеке. Это легко сравнивать, но легко и обмануться: ставки бывают плавающие/фиксированные, на разные сроки, с разными комиссиями. Самый важный смысл для семьи: какую долю дохода съедает платеж. Тут уже решают цены на жильё и доходы, а ставка — только один из множества факторов. (Именно поэтому международные базы по “housing affordability” обычно смотрят не только на ставки, но и на цены/доходы и платежеспособность. Например, у BIS есть отдельная работа и датасет по измерению доступности жилья. ) Нужны ли 5% первоначального взноса или 30–40%? Нужны ли огромные “разовые” платежи