Точка невозврата | Искусство начинать после краха

В прошлой статье мы разобрали судебный конвейер. Четыре причины, почему суд не будет вникать в ваше дело. Мою личную историю превращения из кредитора в должницу. Две минуты на подоконнике и четыре тома «Войны и мира». Теперь — о том, с чего всё начинается. Потому что суд — это финал. А причины, по которым вы туда попадаете, возникают гораздо раньше. Уже по моей личной практике работы с клиентами наиболее часто встречаются два варианта или две причины возникновения «неприятностей». С точки зрения метафизики они классифицируются одинаково: «проблемы с Властью». «Власть» в этом контексте — это всё и вся, что сильнее и выше нас: государство, администрация, сильные игроки рынка, авторитетные люди, система в целом. Проявляется это почти всегда одинаково: либо рейдерский захват, либо ссора с местной администрацией. Масштаб бизнеса диктует уровень понятия «местной». Для владельца палатки — это глава района. Для девелопера с земельным фондом — это уже уровень губернатора или крупной финансово-п

«Суд не будет разбираться». Когда я впервые прочитала эту фразу в блогах юристов, я не хотела верить. Как же так? А Закон? А справедливость? А презумпция невиновности? Правда жизни оказалась проще и циничнее. — Суд удаляется для вынесения решения. Заседание длилось две минуты. Судья даже не глянула на документы, которые адвокат только что положила ей на стол. Она бросила их на подоконник. И зачитала заранее написанное решение. «Иск удовлетворить». Две минуты. Вход. Выход. Решение. Это не сцена из абсурдного театра. Это — моя личная история (начало здесь). Арбитражный суд Московской области. Иск конкурсного управляющего ко мне на несколько миллионов рублей. И полное отсутствие желания суда разбираться. Добро пожаловать в российское правосудие. Здесь не ищут истину. Здесь штампуют решения. А теперь — по пунктам. Почему так происходит и почему с вами будет то же самое. Судья не обязан додумывать. Не обязан дозапрашивать. Не обязан искать истину. Что принесли — то и есть. Если адвокат прин

«Торжество справедливости — это роскошь, которую может позволить себе только тот, у кого есть лишние три года жизни и большая сумма денег». Я выбрала свободу. Не потому, что мне плевать на справедливость. А потому, что цена за неё оказалась выше, чем сама справедливость. Это не поражение. Это взрослый выбор человека, который посчитал свои ресурсы и не стал играть в игру с заведомо проигрышными правилами. Тема «справедливости» в моей карте рождения обозначена достаточно остро. Но сама справедливость — она своя для каждого. Во избежание разночтений и есть Закон. Хоть чувство справедливости для меня и остро, но не настолько, чтобы затмить разум и добиваться исполнения Закона. Для тех, кто читает меня впервые. Бывший директор по персоналу, прошедший полный цикл экономического дела — от обвинения до снятия иска. Обо мне. Мой канал — о стратегии перезапуска, когда старые правила больше не работают. Для тех, кто не готов смириться с крахом как с финалом. МАКС Есть люди, в чьих картах рождени

По статистике в РФ только 1,5% подобных дел завершаются в пользу ответчика. Я вошла в эту статистику. Но не подумайте, что это был триумф. Это была война на истощение. Четыре тома «Войны и мира». Три года судов. И финал, который заставил меня махнуть рукой на справедливость. В процессе у меня было два адвоката в Москве и один в Санкт-Петербурге. В первое заседание адвокат донесла документы, судья не глядя бросила их на подоконник и зачитала решение: «Удовлетворить иск». Заседание длилось две минуты. Занавес. По статистике в РФ только 1,5% подобных моему дел завершаются в пользу ответчика. На самом деле существует такая практика, как вывод средств из денежной массы в преддверии банкротства. Как правило, это выглядит примерно так: секретарь с зарплатой условно 25 рублей вдруг начинает получать зарплату в 25 тысяч рублей — значимо бóльшую, не соответствующую занимаемой должности. Или вдруг в штатном расписании появляется какая-то топовая должность с директорской зарплатой, на которую пр

«Не перестаю удивляться, как прекрасно устроена память человека. Как удивительно она стирает все стрессовые моменты». Это я написала в предыдущей статье. И это — чистая правда. Память — наш главный враг в деле выживания. Не потому, что она плохая. А потому, что она милосердная. Стирает боль. А вместе с болью — и уроки. Именно поэтому люди снова попадают в те же ловушки. Вышел из суда — забыл. Через год — опять наступил на те же грабли. В прошлой статье я остановилась на том, как судья бросила мои документы на подоконник и за две минуты вынесла решение против меня. Вы, наверное, подумали: «Ну, Виринея, и чем всё кончилось? Посадили? Разорили?» Для тех, кто читает меня впервые. Бывший директор по персоналу, прошедший полный цикл экономического дела — от обвинения до снятия иска. Обо мне. Мой канал — о стратегии перезапуска, когда старые правила больше не работают. Для тех, кто не готов смириться с крахом как с финалом. МАКС Не торопитесь. Будет и апелляция, и кассация, и возврат на перв

Когда компания, в которой я работала, пошла по схеме рейдерства, многие сотрудники уволились в два дня. Я — в их числе. Конечно же, без выплаты всей полагающейся заработной платы при увольнении. Почти сразу подала в суд. Выиграла дело. И должна была попасть в первую очередь погашения по банкротству юрлица. Но тут началась цепочка «случайностей», которые цеплялись одна за одну и привели к тому, к чему привели. Я была в отходняке после этого проекта, расслабленно отдыхала, работу не искала. Во всём положилась на адвоката — расслабилась больше, чем было допустимо: добавление в реестр кредиторов, отслеживание хода банкротного дела и т.п. Как мне и было сказано, это будет долго, годы... быстро не ждите. Я и не ждала. И была уверена, что как только будут новости, адвокат мне сообщит. А адвокат был уверен, что я сама внесла себя в реестр. В общем, дело уже давнее, где-то я точно провафлила сама по доведению решения этого суда до ума и до получения денег, причём круто. Пока не узнала, что я са

Есть вещи, которые нельзя переписать, пересмотреть или обесценить. Победа 1945 года — главная из них. Этот праздник — не про парадный блеск. Он про тех, кто знал, что такое стоять до конца. Про тех, кто, потеряв всё, сохранил главное — веру в правду и способность идти вперёд, когда, казалось бы, уже некуда. Для нас, сегодняшних, это самый мощный ресурс. Это напоминание о том, что в каждом из нас живёт тот самый стержень, который не сломать. Достаточно помнить, откуда мы родом. С Праздником Великой Победы. С днём нашей общей, несгибаемой истории. #9мая #ДеньПобеды #Память #Стержень #Несгибаемые #История

Эту фразу Глеба Жеглова из фильма «Место встречи изменить нельзя» знают все. Её любят цитировать. В неё хотят верить. Но Жеглов жил в нашей стране. И фильм снят не по голливудскому сценарию. А по роману братьев Вайнеров «Эра милосердия». О чём этот роман? О том, что справедливость и милосердие — вещи разного порядка. Что в каждом человеке сидит «трёхголовый дракон» — трусость, жадность и предательство. И что самая дорогая вещь на земле — это глупость, потому что за неё приходится платить больше всего. Но главное — роман о том, что Жеглов и Шарапов — два полюса одной системы. Жеглов уверен: преступник — это отброс, и с ним можно поступать жестоко. Шарапов мучается вопросом: «Если зло велико, можно ли творить малое зло ради большого добра?» Кто прав? Оба. Потому что система устроена так, что без жегловых она рухнет. А без шараповых — превратится в конвейер по производству отвергнутых. В прошлых статьях мы разобрали судейскую лотерею и презумпцию невиновности, которую топчут в каждом зале

— Вы пока свидетель. Но мы можем и переквалифицировать. Эту фразу следователя слышали многие. Кто-то — вживую. Кто-то — по телефону, когда «пригласили побеседовать». Она произносится будничным тоном. Как «чай будете?» или «пройдите сюда, пожалуйста». За ней — приговор. Без единого выстрела. Потому что вы уже внутри. И система только что объявила вам: ты — расходный материал, но мы пока не решили, что из тебя выточить. Добро пожаловать в российскую версию презумпции невиновности. Откроем Конституцию Российской Федерации. Статья 49, пункт 1: «Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда». Звучит. Гордо. Правильно. Дальше — пункт 2: «Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность». И пункт 3: «Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого». Красиво. Прямо как в кино про идеальное правосудие. Теперь — р

Помните эту фразу из «Кавказской пленницы»? Её произносит не товарищ Саахов. Её произносит Трус — тот самый, из троицы Никулина, Вицина и Моргунова. В зале суда. С пафосом. С идиотским восторгом. Ирония в том, что режиссёр Гайдай не придумал эту фразу. Он услышал её в жизни. И вложил в уста Труса, потому что только трус или дурак может искренне верить в «самый гуманный суд в мире». Прошло полвека. Суды теперь не «народные», а «районные», «арбитражные» и «городские». Вывески поменяли. Форму судьи — тоже. А фраза осталась. И произносят её теперь не клоуны на экране. А вполне серьёзные люди. Адвокаты — для клиентов. Судьи — для отчётов. Прокуроры — для протоколов. «Да здравствует наш суд, самый гуманный суд в мире!» Теперь — без кавычек. Без улыбки. С полным ощущением, что это правда. Потому что в прошлой статье мы говорили о судейской лотерее. О 98,5% обвинительных. О судьях, которые «не в духе», и регионах, где «лучше не попадать». И вы, наверное, подумали: «Ну ладно, лотерея так лотере