Ирина Панфиленкова (Юдина)

Начиная с зимы 1941 года Ленинград медленно умирал. Сначала с улиц исчезли бродячие собаки. Потом голуби. Потом дошла очередь до домашних питомцев. К марту 1942 года в городе на Неве, по свидетельствам выживших, не осталось ни одной кошки. Их съели. Кто осудит? Людям давали 125 граммов хлеба на детей и служащих, 250 – на рабочих. В домах не было дров. Водопровод замёрз, и единственным источником тепла оставались люди друг у друга – пока в человеке ещё теплилась жизнь. Но она теплилась всё хуже. Весной 1943 года у запертой двери коммуналки на Большой Подьяческой улице, 11, собралась необычная толпа. Люди плакали. Приходили смотреть на чудо. Это была история о коте который выжил вопреки всему. ***** В комнате номер пять, за высоким окном с двойными рамами, заклеенными бумажными полосами крест-накрест, жила семья Вологдиных. Вера Николаевна, её мать и дядя. В первую блокадную зиму, когда кончились последние запасы, дядя, в мирное время добродушный, уравновешенный человек, начал требовать

❗Помогаем информационно❗ Спасённая крошечным месячным щеночком от гибели в отлове, Глашенька ещё три месяца прожила у волонтёра, в заботе и внимании. Жизнерадостный, добродушный, ласковый ребёнок вскоре обрёл и своего хозяина. Паренёк всю жизнь мечтал о собаке, и вот наконец-то, его мечта сбылась. Как бережно, как нежно он забирал Глашу с передержки, прижимая к себе, как настоящее сокровище. А