Александр Белкин

Каждому советскому школьнику с детства вдалбливали: Максим Горький — «буревестник революции», «главный пролетарский писатель», человек, прошедший «университеты» по всей России и познавший всю горечь жизни на дне. Этот образ был настолько канонизирован, что любая попытка заглянуть за фасад официальной биографии воспринималась чуть ли не как святотатство. Но чем больше открывается архивов и мемуаров, тем яснее становится: реальный Алексей Пешков был куда сложнее, противоречивее и, чего уж греха таить, циничнее того хрестоматийного образа, который мы знаем со школьной скамьи. Босяк, который жил как принц; борец с самодержавием, ставший рупором сталинских репрессий; друг Ленина, закончивший дни любимцем Сталина. Вся его жизнь — сплошной парадокс. Пожалуй, главный миф, который развенчали исследователи, — это миф о «народном» происхождении. В советской версии биографии Аксаков подчеркивал, что писатель вышел из самых низов, познал голод и холод. Однако, как свидетельствуют документы, Горьки

Как правильно - староОБРЯДцы или староВЕРЫ? Из-за чего спорили протопоп Аввакум и патриарх Никон? Кто они – всего лишь религиозные фанатики, носившие длинные бороды и сжигавшие себя? Попробуем сегодня в этом разобраться. Религиозное течение старообрядцев возникло внутри Русской православной церкви в середине XVII века. Аккурат после того, как московский патриарх Никон, ближайший сподвижник царя Алексея Михайловича, реформировал Церковь. О Никоновских реформах будет далее, а пока о старообрядцах. Течение старообрядцев весьма и весьма неоднородно. В первую очередь, бывают старообрядцы поповцы и беспоповцы. Первые полагают, что проводить всеразличные обряды и совершать религиозные таинства могут только представители духовенства. При этом, лиц высшего священнического сана – епископов, которые могли бы произвести таинство возведения в духовный сан, у старообрядцев не было. Поэтому аж до 1846 года у поповцев служили беглые православные священники, в чем-либо несогласные с Церковью официально