Юлия Васина

Зинаида Райх удивляет до сих пор, хотя родилась 130 лет тому назад. Она обладала потрясающей способностью влюблять в себя гениев. Драматург Александр Гладков сказал о ней: «…у неё был исконный женский дар — быть на высоте любимого человека; дар, превращавший судомоек в императриц». В своей короткой жизни она кем только не побывала: секретарём-машинисткой в редакции газеты «Дело народа», несчастной женой Сергея Есенина и матерью-одиночкой двоих его детей, женой Всеволода Мейерхольда, одной из первых дам столицы и хозяйкой салона для московской культурной элиты, заслуженной артисткой РСФСР. Жизнь её завершилась кровавой драмой — семь ножевых ранений, и убийц так и не нашли. Зинаида была дочерью обрусевшего немца Августа Райха, принявшего под именем Николая Андреевича православие ради брака с любимой женщиной — Анной Ивановной, из обедневших дворян. Брак был по большой любви: они встретились в поезде, провели вместе несколько часов и решили не расставаться на всю оставшуюся жизнь. Никола

Как одержать верх над бесами, рассказал протоиерей Димитрий Смирнов. Димитрий Смирнов (07.03.1951 — 21.10.2020 гг.) — протоиерей, церковный и общественный деятель. Димитрий Смирнов, протоиерей: Каждый из нас одержим бесами в той или иной степени, а некоторые люди находятся в полном плену у бесов. К примеру, у человека язык может быть без костей — мелет и мелет, и никак не может остановиться. Это значит в человеке живёт бес многоглаголания. Человек вообще молчать не может, только и ищет возможность с кем-нибудь поговорить. Другой над деньгами дрожит, копит и копит, и не может расстаться с ними. Это бес жадности. Третьего одолел бес блуда. И он ничего с собой сделать не может. Спрашиваешь, понимает ли он, что это — смертный грех? Отвечает: «Понимаю, но ничего с собой сделать не могу». То есть бес его связал крепко-накрепко. Бывает бес пьянства, бес злобы, бес зависти, бес гнева, бес осуждения, бес ослепления... Последнее — это когда человек не видит в себе никаких грехов. Он может быть

Иногда кажется, что зрелость приходит тихо, почти незаметно. И ты вдруг замечаешь, что многое вокруг уже не дергает, не волнует, а удивительные вещи, которые раньше казались обыденными, начинают сиять особенно ярко. Шон Коннери как-то сказал: «Есть мужчины, которые стареют, а есть те, кто созревает». И правда – стареть можно медленно, превращаясь в человека, который живёт вчерашними воспоминаниями и тихо завидует прошлому. А можно созреть, стать глубже, мудрее, найти новые оттенки даже в привычной серой будничной палитре. Алексей Гуськов – именно такой. Человек, который умеет оставаться интересным, и в кадре, и за кадром. Его внутренний стержень ощущается во всём: в взгляде, в паузе, в том, как он говорит. Как-то в одном интервью Гуськов поделился мыслями, которые кажутся простыми на первый взгляд, но за ними скрыта настоящая философия жизни после 50. 1. Терять, а не только приобретать «Молодость жестока по определению. Понимание ценности жизни приходит вместе с потерями. Старость же -