Евгения Владимировна

Лет десять назад я спокойно ходила в лес и не думала о клещах. Ну, бывало, снимешь одного за лето — и забыла. Сейчас всё иначе. В прошлом году я ездила во Владивосток и буквально каждые 15 минут осматривала себя и попутчиков. И всё равно снимали. Но думать, что это «дальневосточная история» — большое заблуждение. Моя дочь нашла клеща в Казани, в городе. Я снимаю их с себя на собственном подмосковном участке. А в лесу — гроздьями. Клещей в России с каждым годом становится больше: зимы стали мягче, клещи лучше переживают холодный сезон, тёплые вёсны дают больше времени на размножение. Сегодня риск укуса сохраняется с марта по ноябрь. Привычное «опасно только в тайге» больше не работает. Я много езжу — Дальний Восток, Сибирь, Урал, Карелия, Ямальская тундра. За эти годы выработала свой протокол защиты. Делюсь. Светлая одежда: на ней клеща видно сразу. Гладкая ткань: клещу не за что зацепиться — никакого флиса и ворса в лесу. Всё заправить и застегнуть: штаны в носки, рубашку в брюки, воро

– Слышала, твой Миша уже давно к Полищук бегает, а ты всё делаешь вид, что так и надо, да? Или думаешь, если молчать, то само рассосется? – подруга не спрашивала, она утверждала, глядя прямо в глаза Ольге. В трубке повисла тяжелая тишина. Ольга тогда только рассмеялась в ответ, дескать, опять сплетни завистников. Ну не мог её Миша, тот самый режиссёр, который когда-то так красиво за ней ухаживал, просто взять и предать. Не мог же?.. Оказалось – ещё как мог. И не просто предать, а сделать это образом жизни на целых два десятилетия. Только вот Остроумова – это вам не хрупкая тростинка, которую ветер сломает. Она дождалась, когда дети встанут на ноги, собрала волю в кулак и... выставила мужа за дверь. А через три года весь театральный мир ахнул: их новая любовь – Валентин Гафт, тот самый остряк и брутал, который пятнадцать лет тайком на неё смотрел. Как дочке «врага народа» удалось стать народной любимицей, почему она промолчала два десятилетия и зачем ей понадобилось венчаться в больничн