Светлана Ефремова

Есть актеры, которым судьба выдает редкий аванс — один точный взгляд в кадре, одна роль на нерве, и зритель уже не отпускает. Александр Мартынов из этой породы. Высокий, светловолосый, с холодноватой мужской красотой и голосом, в котором слышалась и сталь, и усталость. В советском кино такие лица становились плакатами эпохи. Женщины сходили с ума без всяких соцсетей, просто выходя из кинотеатра. Он родился в 1948 году в Москве — без отца, с матерью, которая тянула все одна. Ткацкая фабрика, смены, усталые руки, коммунальные разговоры на кухне. Потом был Кишинев, недолгий переезд, возвращение в столицу. Никакой богемы — обычная биография мальчишки из послевоенного времени. Но в школьном драмкружке он вдруг оказался на своем месте. Там, где можно было не объяснять, кто ты, а просто выйти и сыграть. После школы Мартынов поступил в МГУ на географический факультет — решение почти рациональное, спокойное. География звучала надежно. Но театр тянул сильнее любых контурных карт. Стипендия уходи