Алие Sidjalieva

Рассказываем, каким он был вне сцены Он не терпел тишины, не выносил однообразия и не умел жить «вполовину». Даже в быту Андрей Миронов оставался артистом. Рассказываем, каким он был вне сцены — в любимой квартире, среди друзей, книг и ароматов. Андрей Миронов не просто играл на сцене — он ею жил. Даже дома. Спокойствие и тишина действовали на него угнетающе. Он импровизировал в любой ситуации: устраивал мини-спектакли во время обеда, превращал бытовые мелочи в шоу, разыгрывал друзей и родных. Это не были попытки произвести впечатление — это был его способ существовать. Он был человеком действия и энергии, для которого общение — почти форма искусства. В доме Миронова царила атмосфера постоянного движения: что-то обсуждали, кого-то встречали, кого-то угощали, кому-то звонили. Он не переносил замкнутости и одиночества — даже в ванной мог говорить по телефону, чтобы не терять контакт с миром. Дом Миронова был живым пространством — местом встреч, разговоров и обмена идеями. Он не уединялся

«Принесите мне царский наряд», – приказала она служанкам. Они, покорно склонившись, вышли из комнаты. Все приготовления были сделаны, послание Октавиану отправлено, оставалось совершить лишь самый важный, последний шаг. Она жила, называя себя божеством, «новой Исидой», а потому и умереть должна была, не потеряв божественного достоинства, как истинная царица. И это был её последний политический ход. Даже спустя два тысячелетия история этой египетской правительницы будоражит наше воображение. В художественных фильмах и на многочисленных полотнах живописцев мы видим Клеопатру и змею, укус которой отправил великую женщину в мир мёртвых. Но так ли всё было на самом деле? Что писали о этом древние авторы? Почему даже они сомневались, что смерть царица приняла от змеи? И отчего современные исследователи считают, что причиной был совсем не змеиный укус? Информацию о последних днях жизни знаменитой египетской царицы мы можем найти в трудах античных авторов – Плутарха, Страбона, Диона Кассия.