Игорь Шавров

9 июля 1935 года Чарльз Уоррен поднимался по леднику Ронгбук, думая о погоде. Погода ещё держалась, хотя с юга уже тянуло облачностью. Уоррен прищурился. В нескольких сотнях метров выше третьего лагеря на снегу что-то лежало. Приблизился. Рваная ткань палатки, размётанная ветром, рюкзак и человек на боку, будто прилёг отдохнуть и заснул. На нём был сиреневый пуловер и серые фланелевые брюки. Уоррен присел на корточки. Тело пролежало здесь больше года. Кто бы ни был этот человек, он был здесь в одиночестве, почти на 7000. В рюкзаке нашёлся дневник. Уоррен раскрыл его, пролистал последние страницы. Последняя запись, датированная 31 мая 1934 года, была написана почерком человека, который уже с трудом контролировал руку, но ещё не потерял способности радоваться: «Снова в путь. Прекрасный день». За три года до этого, зимой 1932-го, в Лондоне умирал мужчина 34 лет. Точнее, ему казалось, что он умирает, и у него были все основания так думать. Лёгочный туберкулёз в те годы звучал почти как п