Иван-Алла Рыжков-Савва

Я смотрела на экран телефона. Максим. Звонил третий раз за день. – Баб, ты дома? Я зайду. В животе похолодело. Зайдет — значит, опять за деньгами. Всё началось два года назад. Максиму было четырнадцать. – Бабушка, дай на телефон, а то у всех есть, один я как нищий хожу, – он тянул руку к моей сумке, даже не глядя на меня. Я тогда растерялась. У меня самой старенький "Нокиа" — кнопочный, с трещиной на экране. Мне хватало. А Максим стоял передо мной с протянутой ладонью, как будто я должна. – Максимка, у меня пенсия восемнадцать семьсот. Откуда у меня деньги на айфон? – я попыталась улыбнуться, чтобы он не обиделся. – Ты что, жалеешь? Своему внуку! – он скривился, как будто я его ударила. Внутри что-то сжалось. Жалею? Я? Ему? Своему единственному внуку? – Нет, Максимка, не жалею, просто... – Тогда дай, – он перебил меня. – Мне нужно сто десять тысяч. Можешь взять кредит. Сто десять тысяч. Я стояла на кухне — восемь метров, старый диван с продавленными подушками у стены, холодильник "Бирю